Фильм

Европа

Как показывает мой опыт, для того чтобы определить хороший фильм или говно (да, чаще всего именно с такой категоричностью - честность один из необходимых элементов выработки вкуса) обычно достаточно посмотреть хотя бы его первые 20-30 минут. Надежда, что к середине фильм разгонится и удивит чем-то выдающимся, как правило, не оправдывается. До сегодняшнего дня единственным исключением в моей синефильской практике были "Бешеные псы" Тарантино, которые ровно до сцены отрезания уха полицейскому нагнетали во мне устойчивое отвращение к этой мнимой, как оказалось, романтизации криминала и упоению ультранасилием, а после во всей красе раскрыли постмодернистскую игру режиссера с материалом.

Теперь компанию "Бешеным псам" составила и "Европа". (К слову, вышла она годом раньше тарантиновской работы - в 1991 году). При этом нельзя не заметить, что "Европа" - это крайне заслуженный в некоторых кругах фильм: "лучший фильм фон Триера", "веха в истории арт-хауса", "безусловный шедевр" и пр. пр. А от дурацкой привычки заведомо ожидать чего-то по-настоящему потрясающего от признанных произведений мне пока избавиться не удалось. (Миллионы интеллектуальных мух не могут ошибаться). Например, просмотр трилогии Кесьлевского "Три цвета" и "Чайнатаун" Полански начинался для меня восторженным предвкушением чуда, а закончился полным разочарованием. (Многие люди в подобной ситуации опять-таки начинают обманывать себя, утверждая, что "сработанно мастерски, очень понравилось").

Так вот, "Европу" я стал смотреть очень внимательно, особенно нагружая свой ум в стремлении отыскать смыслы, увидеть метафоры и разглядеть реминисценции. До середины фильма мне это не очень удавалось, а в какой-то момент я даже испытал полное несогласие с происходящим на экране - мне показалось, что режиссер даже начинает сочувствовать послевоенной Германию, угнетаемой злыми американцами (на мой взгляд ей досталось поделом и несравнимо меньше, чем СССР, например).

Но в какой-то момент (не сразу понимаешь, как это делается - в этом и мастерство режиссера) разрозненные смыслы повествования стали складываться во вполне четкую картину. Причем идеологический посыл Триера оказался очень созвучен с моими собственными убеждениями. Человек, который оказывается в стороне, выбирает позицию нейтрального отстраненного наблюдателя, оказывается чуть ли не главным виновником ужасных преступлений. Всегда нужно выбирать одну из сторон, какими бы неприятными они все не казались. Политика, конечно, дело грязное, но именно от нее зависит наша жизнь и ее качество.

Сразу после просмотра с кучей позитивных эмоций я обратился к Яндексу и Гуглу для того, чтобы найти рецензии и утвердится в собственном понимании фильма. К моему удивлению, в немногочисленных мнениях люди восторгались "Европой", оставляя за ней звание безусловного шедевра, но отмечали в ней совсем другие моменты. Они писали, что фильм феерически красивый, замечательно стилизованный, какой-то там поэтический, но совершенно непонятный - дескать, Триер не политик, чего-то там намудрил, но "не это главное". (Правда, стоит признать, что мне не попадались отзывы известных критиков).

Мое же мнение оказалось прямо противоположным. Конечно, фильм снят профессионально, красиво, но этого всего лишь ремесло, необходимое для обрамления посыла автора. Ничего особенного в визуальном плане: черно-белые кадры, цветные вставочки, несколько перекрестно смонтированных сцен - сейчас каждый второй такое может. А вот "непонятно о чем снимал" меня крайне удивило. Для тупых Триер в конце объясняет прямым текстом: " – По-моему, единственный преступник, это ты. – Но я же ничего не сделал, я не был ни чьим сообщником. – Вот именно…"

Вот это вот абсолютное несовпадение с другими людьми немного напрягает - они по-другому думают что ли, они с другой планеты, попросту идиоты? Кстати, в процессе своих изысканий наткнулся на промежуточный образец всего, что я не люблю в кинокритике.

"Играя с цветом, звуком и врезками, он создал завораживающую сказку о бесшумно проникающем потоке зла, щедро разливая его по закоулкам пустых душ участников "черной мессы"… Можете представить себе ожерелье из кусочков разбитых слоников с полки черного дерева, упакованной пожелтевшей салфеткой?.. Я вижу здесь ребус, когда обычные и понятные вещи, лишь угадываемые по очертаниям или расцветке, складываются в окрик демона - того, кто шепчет над киномиром, дергая нити, обрекая на смерть единиц и скрывая смерть миллионов…"

Это ужасно. Эта какая-то глупая, пафосная, бессмысленная и бесполезная литературщина, которая ничего, абсолютно ничего не говорит о фильме. В рецензии я хочу увидеть описание сюжета фильма, оценку качества актерской и режиссерской работы, какое-то описание его направленности, а потом уже и поэтической литературки можно немного. В общем, стиль рецензий "Афиши" меня в целом устраивает. (Если что, моя рецензия дневниковая, в СМИ бы я писал по-другому, конечно).

Вообще же, мои заочные споры с многочисленными любителями "призрачного морока завораживающей игры светотеней" заставляют вернуться к давнишнему вопросу - должно ли искусство нести какую-то идею, влиять на реальность или быть просто вещью в себе? Нет, конечно, никто никому ничего не должен. И в своем праве Набоков, заявлявший, что своим творчеством не хочет ничего сказать миру, а лишь дает выход своей страсти писать. Интересен и Уайльд со своей концепцией "искусства ради искусства". Художники вообще терпеть не могут отвечать на вопрос: "Какая идея у вашего произведения". (Сам Триер, кстати, в интервью таков же).

Но как бы то ни было, подспудно ли, несознательно ли, или просто под прикрытием своеобразного кокетства у всех более-менее стоящих мастеров получаются именно произведения, которые что-то несут, чему-то учат, к чему-то призывают, с чем-то спорят. Я это к тому, что в этом мире еще достаточно вещей, которые нужно менять, а оставаться в стороне, знаете ли, не очень честная позиция.

За что люблю Триера - так это за его природное чутье нового, шокирующего, притягивающего в кино. Он умудряется находить такие тонкости, придумывать такие решения и оформлять это в таком виде, что вопросов не остается - да, это Триер. Европа - одна из первых серьезных его работ. И надо сказать очень сильная, смелая и важная. После небольшого гипноза вы попадете в нацистскую европу и начнете жить изнутри главного героя. Вы обаятельны, молоды и чисты в своих помыслах, но вокруг вас хаус. Сможете ли Вы остаться Человеком или пропадете как всё живое? Фильм-квест в сложнейших условиях Триеровской психологии. Выключите свет, устройтесь поближе к экрану и окунитесь в мессиво жизни.

Война закончилась. Американский пацифист немецкого происхождения по имени Леопольд Кесслер (Марк Барр, для которого этот фильм - начало продолжительной творческой дружбы с фон Триером) оказывается во Франкфурте. Что он там делает - не знает и он сам. Вокруг последствия поражения Германии - границы условны, земля выжжена, вокруг шпионы, предатели, террористы и полицейские, единственная цивилизация осталась лишь в рамках железнодорожных линий, которыми руководит компания "Зентропа", в которой работает дядя Лео, который и устраивает своего племянника себе под присмотр, работать кондуктором в вагонах, что раньше возили евреев в концентрационные лагеря, а теперь - американские оккупационные части, одной из задач которых стоит подавление очагов террористического восстания на территории Германии. В мире наступает новый порядок, на порядок, правда, пока совсем не похожий. Лабиринт стен, путей, отражений в окнах, чувств, мыслей и образов, в которых путается не только зритель, но и сам герой.
Идеальный фильм эстетического европейского кинематографа, полный призрачных аллюзий, феноменального постановочного подхода и невероятно красивых, сумасшедших и слегка сюрреалистичных сцен, куда-то в сторону Мэддина, Линча и Вендерса, но с неповторимым и узнаваемым почерком фон Триера. Схемы железнодорожных путей, как пульсирующие артерии, пересекают измученное тело некогда сильной, а ныне умирающей, страны,. Земля напоминает те мусорки, что покрывают поверхность земли в фильмах "Картины освобождения" и "Элемент преступления".
Это фильм об агонии умирающей земли и умирающего нацизма? О моральной ответственности (точнее - безответности) американских освободителей? О машинальной постсмертной моторике организма (поездов), когда мозг (страна) уже мертв, а органы по привычке продолжают делать то, что они привыкли? А может это очередная психоаналитическая выходка автора, известного своей ненавистью к путешествию куда-нибудь и таким образом избавляющегося от комплекса проблемы отсутствия дома? Каждый может вынести для себя свой вывод, благо символов тут натыкано - хватит под каждую теорию, хоть про тамплиеров и масонов.
Самая главная прелесть фильма - это его визуальная составляющая. Вся эта красная кровь, в черно-белой колоратуре картины. Мельтешащие поезда. Тяжелые, неповоротливые, умопомрачительные длинные трэвеллинги, с путающей все своим движением камерой. Фон Триер не только часто использует двойную экспозицию в съемках, но и самих персонажей помещает в многослойные декорации, будто подопытных насекомых, бегающих за стеклом. Кстати, что удивительно, доведя до совершенства эту мощную постановочную манеру, фон Триер сразу же отказывается от нее, начиная новый этап в собственной творческой жизни - с ручной камерой и прочими атрибутиками "синема веритэ".
Что же касается самой истории, то она интересна, интригующе притягательна, но специально слегка запутана, хотя и не до уровня клубка картины "Элемент преступления", за что низкий поклон. Вновь в фильме присутствует месмеризующий гипнотизер (голос Макса фон Сюдова за кадром), и он вновь остается за кадром, и вновь от него никакой пользы в нарративном плане - очередная завеса, прикрывающая общие очертания сюжета, иногда даже путающая понимание происходящего. Впрочем, надо отдать должное, на этом эксплуатация приема с гипнозом у фон Триера сходит на нет, больше к нему, по крайней мере в столь сюжетообразующем виде, он обращаться не станет. Так, побалуется по мелочам, не больше остальных.
Так или иначе - "Европа" становится если не первой и не последней, то главной удачей фон Триера как режиссера. С одной стороны тут продемонстрировано то умение снимать арт-фильмы, которое широко востребовано в узких кругах, чему пример ряд наград на Каннском фестивале. С другой - он еще не столь целенаправленно и без прикрас дурит, обманывает, провоцирует своего зрителя, проверяя устои кино-прессы на прочность. Конечно, доля иронии и издевки (в первую очередь над собой - чего стоит его эпизодическая роль в качестве еврея) есть и тут, но она не превалирует над основными ценностями и достижениями картины. И, как минимум, не мешает смотреть. Хотя формализм, конечно, на том еще уровне. Но формализм правильный. Хоть в учебники помещай.

Почему-то рецензенты ищут свой особый смысл в каждой картине трилогии "Е" фон Триера, объединяя все три фильма лишь неким банальным «пророчеством» о закате Европы. Вдохновленный недавним просмотром заключительной части "европейской" трилогии (именно «Европы»), я попытался обозначить более интересное, на мой взгляд, связующее звено. Получилось, правда, не слишком оптимистично.
Итак. В каждом фильме трилогии есть некое Зло. В декадентском "Элементе преступления" это маньяк, в хирургической "Эпидемии" - чума, в кафкианской "Европе" - нацистская организация Вервольф. В каждом фильме есть главный герой (в "Эпидемии" их два, что не суть важно), занимающий некую позицию по отношению к Злу: активное противодействие ("Элемент преступления"), нейтралитет ("Европа") или отстраненность художника ("Эпидемия"). К чему же приводит их выбор? Во всех трех случаях герой САМ превращается в источник этого Зла! Полицейский становится тем самым преступником, за которым охотится, сценарий фильма о чуме становится реальностью, жаждущий «дать немного доброты» Германии молодой человек взрывает ко всем чертям поезд вместе с пассажирами, претворяя в жизнь планы террористов. Для всех героев, кстати, подобное перевоплощение заканчивается трагично.
Что же хочет нам сказать фон Триер? Что человек и порожденное им общество настолько больны, что любой выбор ведет к Злу и саморазрушению? Что выбора нет, а есть лишь иллюзия выбора? Или… В общем, есть над чем поразмышлять. Не говоря уж о том, что в первой триеровской трилогии есть еще масса скрытых смыслов и нетривиальных взамосвязей. Как, впрочем, и в любой работе мэтра.

PS О видеоряде промолчу, благо его обсуждают все кому не лень. И так ясно, что для понимающего зрителя это - изысканное блюдо.
PPS Оценка? Шедевр, конечно. Вся трилогия.

Сейчас я до считаю до 10. И на счёт 10 с вами случится то-то и то-то...

До чего же фон Трир прекрасен в своей наглости!