Фильм

Нимфоманка. Часть II

Наверно все было примерно так. Продюсеры говорят: "Ларс, вы сняли обалденное кино. У нас - никаких нареканий. Да-да-да. И по полтора часа механического секса чистого времени в обоих частях тоже оставляем. Вы бы пока сходили, выпили чуть-виски за успех. Студия угощает... Ну вот и славно". И только он ушел друг другу: "Ааа, давай-давай-давай быстрей подправляй договор и сценарий, пока он ушел, авось придет не заметит".
А Ларс такой сидит на премьере ближе к концу и думает: "Нууу ёёоооо... Ну вот опять же надули меня... Ну как же так... Ну где вот крупный план вагины на 5 минут и снег начинает идти, а? Снег оставили, вагину убрали, сволочи. И почему в фильме с названием Нимфоманка так МАЛО и ЦЕЛОМУДРЕННО блин трахаются??!! Я вот как людям в глаза то буду смотреть? Еще и секс в кадре сделали почти привлекательным, сволочи. Типа ромком такой, ага. Это же вам не шутка, это же, на минутку, европейский интеллектуальный фильм. Я же хотел все так показать чтобы никто еще полгода не мог возбудиться, а думал об одиночестве и зависимости... Кругом один обман. Пойду пить, а следующий фильм сниму на айфон и выложу сразу в сеть. Сейчас так можно."

Не долго думая над названием режиссер просто поделил фильм на два приблизительно равных куска под названием “Часть I” и “Часть II”. Все просто и логично.

После просмотра первой части, я подумал, что подобное разделение не более чем коммерческий ход, который так любят в последнее время использовать прокатчики, дабы карманы пухли от сборов. Но после просмотра продолжения (не могу назвать “Нимфоманка. Часть II” сиквелом), дробление фильма показалось более чем логичным, и вот почему. На мой взгляд всю историю можно разделить по принципу “преступление и наказание”, и если первая часть содержала в себе в большей степени сцены “преступлений” Джо, лишь с отдельными намеками на неизбежный крах, то продолжение в полной мере раскрывает процесс “наказания” через людей, с которыми жизнь свела Джо и через их поступки относительно нее. Никакой романтики и игры в любовь, все жестко и бескомпромиссно.

Как я уже отмечал в заметке о первой части фильма “Нимфоманка” то, в моем понимании, фильм не о сексе как таковом, а о людях и отношениях людей, показанные через призму сексуального влечения. И главное, что стоит вынести из этого фильма, это то, что не стоит доверять людям, даже тем, кто с первого взгляда кажется вам другом, и которые пытаются якобы искренне понять ваши переживания. Не расслабляйтесь. Как только вы дадите слабину и доверчиво повернетесь к ним спиной, они попытаются вас трахнуть (ой, спойлер).

Фильм наполнен диалогами о жизни, об обществе, о цензуре, о людях с различными видами девиаций. В целом, мысли, высказанные в фильме более, чем адекватные, и в “Нимфоманке” не бояться говорить “правильные слова о неправильных вещах”, и показывая жизнь Джо через ее страсть, Триер в большей степени показывает насколько лицемерно общество, и как оно пытается уничтожить человека, который так не похож на всех остальных, и которое не может адекватно оценить ответную реакцию человека на попытки уничтожения.

Меня несколько удивил тот факт, что блюстители морали все же оставили по одной сцене минета в каждой части, хотя продолжение так же была подвержена вмешательству со стороны особо нежных организмов. Хотя с другой стороны, фильм имеет категорию “18+”, его демонстрировали на Каннском кинофестивале, но, наши блюстители морали через чур нежные, чтобы не вмешиваться в творение признанного режиссера, и кроить фильм под свои рамки. Очень жаль, что официально посмотреть режиссерскую версию в нашем городе нельзя.

Про актерскую игру говорить особо не хочется. Каждый герой, появившийся на экране, позволил раскрыться актерам в полной мере, что ЛаБафу, что Беллу, что Скарсгарду.
Кстати о ЛаБафе. Очень понравилась его игра. Честно говоря, не ожидал от него такого мастерства. Раньше для меня он всегда ассоциировался с Сэмом из “Трансформеров”, но, как показал опыт “Нимфоманки” большие роли для него не проблема.

Про Шарлотту Генсбур и говорить нечего. Она как Депп для Бартона, как Лео для Скорсезе, как Ума Турман для Тарантино. Именно такие тандемы и позволяют создавать прекрасные фильмы, в полной мере адаптированные для актера, и позволяющие показать актерский талант в полной мере, а актер сможет изучить режиссера и реализовывать на экране не только его слова, но и его желания. Шарлотта принимала участие в каждом фильме из трилогии депрессии Триера, и неудивительно, что главная роль в “Нимфоманке” досталась именно ей.

Скарсгард удивил. Честно говоря, не знаю, чем Триер смог его вовлечь в эту большую авантюру, да еще предложил роль великовозрастного девственника трясущего членом.

Пробежимся по отдельным сценам. Бегло просматривая трейлер ко второй части я не мог понять, к чему появлялись кадры с утками… Но история “Немая утка” поставила все на свои места. Кстати, именно эта история стала для меня самой яркой из всех. А уж когда малыш Марсель полез на балкон, сердце сжалось. Честно говоря, я ожидал повторения сцены из “Антихриста”, где малыш выпадает их окна в момент совокупления родителей (если мне не изменяет память). К счастью все обошлось, но сюжет второй части заставляет по - настоящему сопереживать героини, понимать ее, сочувствовать ей видя расплату за ее страсть, и, практически, физически ощущать боль Джо как физическую, так и душевную.

Чрезвычайно не хочется спойлерить, поэтому советую всем сходить в кино, пока есть такая возможность. “Нимфоманка” не оставит вас равнодушной, и в любом случае вызовет у вас бурю эмоций, а уж положительные или негативные они будут зависит только от вашей испорченности.

Фон Триер — мастер морочить зрителю голову. Конечно же, с самого начала было понятно, что к порнографии эта лента не имеет никакого отношения. Первая часть оставила впечатление фильма о глубокой личной драме, вырывающейся наружу в форме сексуальной озабоченности. Тут и комплекс Электры, и травма от потери отца, одним словом, полный комплект. Но Триер не был бы Триером, если бы всё оказалось настолько просто. Настоящую правду режиссёр приберёг до второй половины. Разгадку смысла своего фильма фон Триер открывает в сцене работы героини Генсбур с одним из «клиентов» своего бизнеса, где она один за другим живописует ему различные виды сексуальных извращений и наблюдает за его реакцией. Триер делает со зрителями то же самое, причём реакция оказывается неожиданной для подопытных по обе стороны экрана. Однако «Нимфоманка» не просто передаёт информацию от человека к человеку, она в буквальном смысле залезает человеку в голову.

Ведь героиня и её собеседник — это не что иное, как либидо и сознание внутри одного и того же человека. И это совершенно не обязательно извращенец, маньяк или нимфоманка. В этом смысле нимфомания героини — не более, чем изобразительный инструмент в руках режиссёра, а вовсе не центральная проблема фильма. Герой Скарсгарда в одной из сцен говорит, что ребёнок объединяет в себе все формы сексуальности, просто часть из них потом угасает или подавляется. Даже внутри самой психически здоровой и уравновешенной личности, либидо чувственно и необуздано, наполнено энергией действия. Сознание стерильно, инертно, питается информацией из книг, пытается всё уложить в им же созданную схему. Полутёмная комната Селигмана с почти голыми стенами и окнами, выходящими на глухие кирпичные строения больше всего похожа на черепную коробку, внутри которой происходит встреча.

Либидо, живущее в бессознательном, и сознание встречаются, когда одно из них переживает жесточайший кризис. Лишь тогда второе получает возможность обратить на первое внимание и вступить с ним в контакт. В реальной человеческой жизни именно так чаще всего и происходит. Возможно такая встреча могла бы состояться на сеансе психотерапии. Недаром исповедающаяся героиня лежит в кровати — карикатурный намёк на психотерапевтическую кушетку. Кстати, имя «Селигман» отсылает нас к Мартину Селигману, основоположнику позитивной психологии, автору концепций «синдрома выученной беспомощности» и «феномена сознательного оптимизма». Естественно, что эмоциональную, подсознательную сторону психики изображает женщина, а отстранённо-рациональную — мужчина. Это тоже символы, как и всё остальное.

Бессознательное полно всяческих сексуальных желаний, необузданных и во многом извращённых, сознание оттограет грубую сексуальность и пытается перевести её в плоскость символов, т. е. рационализировать. Это ему удаётся, но только отчасти, потому что получается гербарий, столь же красивый, сколь и безжизненный.

И эпизод с солнечным бликом понятен и неслучаен. Ведь разум видит не сам солнечный луч, а лишь его образ, переотражённый сетчаткой глаза и обработанный зрительным нервом. Действительно чудо, что в его темницу долетает хотя бы какой-то отголосок солнечного света!

Подсознание и сознание не могут существовать отдельно друг от друга, потому что это делает жизнь невозможной. Но чем закончится их встреча? Удастся ли им достичь гармонии? Да возможно ли просто примирение между ними, или одно обязательно должно взять верх и вырваться на свободу, сокрушив последнее препятствие?

Весь фильм мы находимся на территории разума и видим его глазами. Поэтому, когда разум в определённый момент отключается, экран гаснет. Но только для того, чтобы ещё ярче вспыхнуть в голове у зрителя, где и проходит остаток действия.

Фильмы, которые показывали происходящее в голове героя, уже снимались, вспомнить хотя бы шедевральный «Быть Джоном Малковичем». Но фильм, где пусть даже малая часть показывается (или происходит?) в голове зрителя совершенно без помощи экрана — это новое слово в кино и новая вершина мастерства гениального Ларса фон Триера.

Если первая часть Нимфоманки - это шуточки и 500 дней лета, то вторая это уже типичный Трир и реальная клиника.
Шостакович сменяется Бетховеном, рыбалка - настоящим Христианством.
Провокации хлещут из рога изобилия - негры становятся неграми, педофилы - жертвами, садисты - врачами.

Вторая часть хоть и зеркальна первой, но все же это абсолютно иное прочтение. Тут Трир смеется теперь уже над собой, у которого мальчик снова бежит бросаться с балкона, пока его мамаша занимается чем-то непотребным с каким-то садистом.
Тут и опыты с сжиганием, и Меланхолическая концовка черным долгим экраном.

И если в Меланхолии Трир просто пришлепнул этот мир как муху, то во второй Нимфоманке он обьясняет почему - потому что люди страшно слабы и бессильны, и будущего у них нет.

Редкий фильм. Шикарный фильм. Гениальный и смешной. Сходите, проверьте свою способность к абстрагированию от внешней формы, которая на протяжении всего фильма пытается вас утянуть на дно смыслов тяжестью сильнейшего, "основного" инстинкта человека. Да, из зала выходят, не выдерживают, особенно люди постарше, у них не получается пробить засохшую корку стереотипов и условностей на поверхности своего сознания. Кстати, так можно вычислять закостенелость мышления, но конечно только у людей после 21 года).
Режиссеров провокаторов хватает, но так много криворуких, неспособных вообще что то достать из под поверхности пошлости, которую они являют в своих трудах. Триер же - красавчик, так тонко выстебать все человечество, всю фальшивость нашу земную - не под силу большинству. Во истину интеллектуал нашего времени. Сам сценарий написал, сам срежиссировал, сам еще и поржал над нами и надеюсь, вместе с нами). Вобщем, вроде как есть грязная, пошлая, безнадежная блудница, которая по результату оказывается единственным честным человеком из всей армии персонажей этой картины, а вот как формируется это осознание у зрителя - уже авторский прием Триера, сходите, посмотрите. Если взять не форму, но суть, то её можно выразить очень даже невинно, например в фильме про зависимость от шоколада, или про алчность какого-нибудь трейдера или банкира и все будет одно, про лживые условности и честность к себе, а Ларс фон Триер же выбрал самое сильное средство выражения - сексуальный инстинкт и поверьте - вывез эту программу на оценку гениально. Ржака неимоверная, если не смотреть этот фильм с позиции полиции нравов.
P.S. Я не защищаю сексуальные перверсии любого рода, люди их не выбирают, в подавляющем большинстве это результат воздействия социума в самом раннем нежном возрасте, потому это крест, тяжелейший крест, и те, кто сможет его пронести через свою жизнь и не поранить окружающих - блаженны.