Лучшие триллеры 2023 года

Долгое время внимание прессы, особенно желтой, было приковано к семье Грейси (Джулианна Мур) и Джо (Чарлз Мелтон) — ведь их роман закрутился, когда парню было всего 13, а у Грейси уже был сын его возраста. Спустя 20 лет по громкой истории решают снять фильм. Актриса Элизабет (Натали Портман), которой предстоит сыграть Грейси, просит несколько дней провести с этой семьей, чтобы лучше вжиться в роль. Необычный эксперимент может завести участников дальше, чем планировалось.

Название «Май декабрь» отсылает к английскому выражению, которое означает роман между людьми с большой разницей в возрасте. С исполнительницами главных ролей определились сразу, Портман стала одним из продюсеров картины, а режиссером — Тодд Хейнс («Вдали от рая»), вечный экспериментатор, снимавший про рок-звезд («Меня там нет»), квир-персон («Кэрол») и заговоры корпораций («Темные воды»). Весь фильм строится на дихотомии двух женских образов — настолько мощных, что они, подобно звездам, искривляют вокруг себя художественное пространство. Наблюдать за актерской химией Мур и Портман — одно удовольствие. Но и Чарлз Мелтон на удивление почти не отстает и здорово уравновешивает их в образе вечного подростка, которому так и не дали вырасти в мужчину, — недаром всю троицу номинировали за роли на «Золотом глобусе». Но главное — это то, как Хейнс грамотно направляет эту актерскую энергию в нужное русло и создает местами нежное, местами откровенно ироничное полотно о том, как сложно сделать что-то правильно и по-честному: построить семью, прожить жизнь или снять кино.

В небольшом прибрежном городке Скарборо на севере США происходит жестокое убийство. Девушка-риелтор (Матильда Анна Ингрид Луц) найдена мертвой в одном из проданных домов. Дело отдают опытному детективу Тому Николсу (Бенисио Дель Торо), который недавно перебрался в эти края после того, как его напарника поймали на коррупции. Бывалому полицейскому нужно докопаться до правды, а заодно доказать новым коллегам во главе с капитаном (Эрик Богосян) — дядей своей жены (Алисия Силверстоун), — что ему можно доверять.

Полнометражный дебют клипмейкера и соратника певца The Weeknd Гранта Сингера. Бенисио Дель Торо не только исполнил главную роль, но и спродюсировал кино, а также помогал Сингеру писать сценарий, основанный на истории реального нераскрытого убийства. Также спустя четверть века после «Лишнего багажа» он воссоединился на экране с Алисией Силверстоун. После того фильма они еще пару лет встречалась — отчего экранная химия тут прямо искрит. Фильм не особо зашел критикам — они обвинили Сингера в напыщенности, а зрителям не хватило, собственно, детектива. Впрочем, и за то и за другое ругали, к примеру, и вернувшийся на экраны сериал «Настоящий детектив», на который фильм больше всего и смахивает. Это медленное и внимательное к деталям кино, не стесняющееся откровенного эстетства и жирного символизма. Героев здесь часто соблазняют разными блестяшками — от денег и медалей до новой сантехники, а цена одна — сбросить шкуру и расчеловечиться. Кто справится с искушением — загадка поинтереснее, чем «кто убил риэлтора?».

2015 год. После скандала из-за газетной статьи о «группах смерти», доводящих до самоубийства подростков в соцсетях, пару следователей — молодого карьериста (Владимир Аверьянов) и опытного сыскаря (Алексей Серебряков) — отправляют в подмосковный Подольск, чтобы по второму кругу расследовать суицид местной школьницы. Нехотя погрузившись в дело, они постепенно находят тот самый сетевой след. А вскоре, буквально у них на глазах, шагает с крыши еще одна девочка.

Фильм художественно переосмысляет реально разразившуюся в российском обществе моральную панику после статьи в «Новой газете». Бывший кинокритик, а ныне сценарист и режиссер Роман Волобуев начал писать эту историю по горячим следам еще в 2016 году. Снять фильм на непростую и злободневную тему решилась актриса театра и кино Алиса Хазанова, для которой картина стала второй режиссерской работой после «Осколков». Кино удачно балансирует между почти документальным материалом (здесь действительно много реальных деталей) и большой традицией антидетектива, где расследование лишь повод поговорить на разные социально-философские темы, — можно припомнить хоть «Настоящего детектива», хоть «Воспоминания об убийстве», хоть «Зодиак». Но это не просто очередная стилизация «под Финчера». Хазанова и Волобуев полноценно обживают жанр и перерабатывают его на свой лад. Это умное, отлично написанное и честно сыгранное кино с отлаженным и тонко настроенным механизмом внутренней полифонии. На сложные вопросы здесь дают не один, а сразу множество ответов — и зритель сам решает, выбрать один из них или предложить свой.

Нарвел Рот (Джоэл Эджертон) — садовник с темным прошлым и нацистскими наколками — стрижет газон в поместье богатой вдовы Нормы Хэверхилл (Сигурни Уивер) и практикует аскетичный образ жизни. Но вот однажды к женщине приезжает внучатая племянница Майя (Квинтесса Суинделл), и размеренная жизнь Нарвела оказывается нарушена. 

Подобно своему лирическому герою, режиссер Пол Шрейдер экономно использует имеющиеся у него средства — можно даже сказать, что в «Садовнике» его брессоновский аскетизм достиг апогея. Что-то похожее на экшн есть только в конце фильма. Все остальное время занимают ритуалы, ритуалы, ритуалы — суть медленного кино. Но это вовсе не означает, что Шрейдер дает заскучать зрителям. Он ловко выкручивает градус напряжения, в частности, за счет героини Уивер Нормы, но не Десмонд, а в финале и вовсе остроумно деконструирует «Бульвар Сансет». Вообще, в фильме много всего смешного. Как заправский тролль, Шрейдер проходится по всем острым вопросам современности. И пусть «Садовник» — самая необязательная часть его трилогии (куда также входят грандиозная «Первая реформатская церковь» и «Холодный расчет»), такому тихому мастерству, таким режиссерским скиллам можно только позавидовать. 

Успешная немецкая писательница Сандра (Сандра Хюллер) живет с мужем-французом Самюэлем (Самюэль Тейс), преподавателем и тоже литератором, который все не может дописать свой первый роман — в уединенном шале во французских Альпах. Несколько лет назад из-за аварии их сын Даниель (Мило Машадо-Гранер) потерял зрение — и с тех пор по семейному счастью побежали трещины. Но тут происходит новая трагедия: Самюэль падает с балкона дома и разбивается насмерть. Сандру подозревают в убийстве мужа, а Даниель становится главным свидетелем.

Жюстин Трие («В постели с Викторией», «Соблазн») и соавтор сценария Артюр Арари писали роль Сандры специально для Хюллер. Премьера ленты состоялась на Каннском фестивале, где Трие взяла главный приз, став третьей женщиной в истории, удостоившейся этой награды. Также «Анатомия падения» успела отхватить шесть наград Европейской киноакадемии (включая «Лучший фильм») и два «Золотых глобуса». В ходе подробного и даже въедливого судебного процесса кино с той самой анатомической точностью разбирается, когда и как из одной конкретно взятой семьи исчезло счастье. Центральной темой для Трие становится отсутствие общего языка (героиня — немка, думающая и пишущая по-английски, но живущая во Франции). Часто персонажи не только не слышат, но и порой буквально не видят друг друга. И хотя местами авторам не хватает внятного социального месседжа и чуть-чуть самоиронии, это мастерски сделанная картина, которая держит в напряжении на протяжении всех, пугающих поначалу, двух с половиной часов.

Нелюдимый таксист Саша (Юрий Борисов) работает по ночам и гордится умением за пару минут «читать» своих пассажиров. Однако севшая в его машину Лиза (Анастасия Талызина) и не скрывает, что работает эскортницей. Она выкупает Сашу с автомобилем до утра, чтобы тот повозил ее по клиентам, — так безопаснее, ведь в округе орудует серийный убийца. Но могут ли они действительно доверять друг другу?

После успеха боевика «Никто» режиссер Илья Найшуллер продолжает работать в Голливуде, но и не забывает активно продюсировать российские фильмы. После комедий («Я худею», «Молодой человек») он постепенно добрался и до любимого жанра остросюжетного боевика. Сделать картину в духе «Таксиста» и «Драйва» взялись телевизионные трудяги: режиссер Кирилл Кемниц («Zомби каникулы»), сценарист Михаил Зубко («Филатов») и оператор Роберт Саруханян (второй сезон «Эпидемии»). Надо сказать, команда сработала на ура — фильм написан и снят очень крепко, уверенно и стильно. В наследство от Н.В.Рефна ему достался утопающий в неоне город, от Скорсезе — герой с ворохом неврозов и травм, хотя по духу и ритму кино скорее смахивает на «Соучастника» Майкла Манна — с той лишь разницей, что здесь до конца непонятно, кто же в салоне убийца, а кто жертва. Да и «химия» между персонажами куда менее предсказуемая. И хотя местами картину заносит в откровенную стилизацию, свои час сорок она отрабатывает на отлично — за такое точно хочется влепить пять звезд!

1957 год. На носу у владельца автомобильной компании Энцо Феррари (Адам Драйвер) гонка Mille Miglia, а он разрывается между женой Лаурой (Пенелопа Крус) и любовницей Линой (Шейлин Вудли) с их общим сыном, который уже задает вопросы о том, почему он не носит фамилии отца. Коллизия, достойная застойного советского кинематографа семидесятых. Собственно, «Феррари» так и выглядит — как «Осенний марафон», «Полеты во сне и наяву» и «Отпуск в сентябре» с гонками. Это очень уязвимое для критики кино. Майкл Манн ничего не разжевывает и как будто даже не занимает позиции. Центральный интерес его остается неизменным: человек и его навыки. Впрочем, до этого Манн в своих фильмах так пристально не вглядывался в семейную драму (в той же легендарной «Схватке» она у него была показана мимоходом) и еще не разыгрывал такую высокую трагедию. 

В «Феррари» смерть неотступно следует за героями. За самим Феррари, который недавно похоронил сына. За гонщиками, которые пытаются ее обогнать. Даже лошадка на эмблеме Ferrari в какой-то момент словно превращается в четвертого коня Апокалипсиса — Смерть. Вообще, в Италии, как в очень набожной стране, есть какой-то нездоровый культ смерти. А поскольку для Феррари гонки — это почти религия, то антиподом смерти в фильме выступает двигатель внутреннего сгорания — своего рода метафора жизни. Пока мотор работает, значит, все в порядке. Но любой мотор не вечен, поэтому Феррари пытается его усовершенствовать, ведь «жизнь так устроена, что если что-то хорошо работает, то оно и глазу приятно». Если кино снимает смерть за работой, то Майкл Манн снимает за работой людей, которые бросают смерти вызов. В этом и кроется величие его фильма. 

1939 год. Власти США думают, стоит ли ввязываться во Вторую мировую войну, а стареющий детектив Филип Марлоу (Лиам Нисон) — браться ли за очередное дурно пахнущее дельце. На этот раз богатая красотка Клэр Кавендиш (Диана Крюгер) просит отыскать пропавшего любовника (Франсуа Арно). Тот не настолько мертв, как о нем говорят. Скорее всего, он скрывается от бывших партнеров, у которых увел что-то крайне ценное. Поиски заводят Марлоу в Голливуд, где все — не совсем то, чем кажется.

Режиссер Нил Джордан больше всего известен своим «Интервью с вампиром». В этот раз он решил взяться за историю другого «вечно молодого» героя Голливуда — знаменитого сыщика Филипа Марлоу, детище писателя Реймонда Чандлера, пик популярности которого пришелся на сороковые и семидесятые прошлого века — эпоху расцвета нуара и неонуара. Новый роман о сыщике в 2014 году написал соотечественник Джордана ирландец Джон Бэнвилл, а адаптировал его для экрана оскароносный сценарист Уилльям Монахан («Телохранитель»). На первый взгляд, фильм выглядит как старомодный косплей, среднего качества стилизация под какой-нибудь «Китайский квартал» (к которому недвусмысленно отсылает завязка). Но ровно до тех пор, пока дела не заводят Марлоу на «фабрику звезд». Именно эта страна чудес больше всего занимает синефила Джордана, как и Квентина Тарантино. Если вслушаться в грубые нуарные диалоги, то, помимо обычных угроз и оскорблений, они наполовину собраны из классических киноцитат и прочих метаотсылок. А сценарий остроумно пытается подружить золотой век Голливуда с современными реалиями. Под таким соусом от этого детектива можно получить массу удовольствия.

Знаменитый бельгийский сыщик Эркюль Пуаро (Кеннет Брана) вышел на пенсию и живет отшельником в Венеции. Но здесь его достает давняя подруга, автор детективов Ариадна Оливер (Тина Фей), сделавшая карьеру на книгах о его былых приключениях. Чтобы вновь разжечь в детективе страсть к работе, она зовет Пуаро в мрачное и, по слухам, проклятое палаццо, где знаменитая медиум (Мишель Йео) покажет чудеса спиритизма. Вот только вызванный дух требует от сыщика отыскать виновных в его смерти, а вскоре в отрезанном от мира бурей особняке произойдет и новое убийство.

Третья часть приключений невероятно усатого Кеннета Брана в роли изъеденного неврозами, но по-прежнему гениального сыщика. На этот раз за основу взяли не бестселлеры Агаты Кристи, а ее малоизвестный рассказ «Вечеринка в Хэллоуин», который сценарист Майкл Грин еще и перелопатил чуть ли не до основания, оставив, собственно, праздник да пару выразительных деталей. По сравнению с предыдущей «Смертью на Ниле» кино слегка потеряло в бюджете и заодно окончательно перестало быть капустником для стареющих звезд. Что на удивление пошло ему на пользу. Как только голливудские актеры перестали дергать оператора Хариса Замбарлукоса по поводу своих рабочих лицевых сторон, тот выдал умопомрачительную во всех смыслах картинку. Филигранный свет, зеркала и самые безумные ракурсы не дают заскучать — а вместе с музыкой Хильдур Гуднадоуттир создают неповторимую атмосферу настоящего готического хоррора, так что усищи Пуаро встают дыбом и поворачиваются винтом. Бесспорно, самый выразительный и стильный фильм трилогии!

Солнце продолжает вставать на востоке, а Тимур Бекмамбетов — продюсировать десктоп-триллеры (хоть что-то в этом мире остается неизменным). «Пропавшую без вести» поставили монтажеры «Взаперти» и «Поиска» Николас Д.Джонсон и Уилл Меррик. И если «Поиск» рассказывал про то, как отец ищет дочь, то в этом фильме ситуация ровно противоположная: 18-летняя девушка Джун (Сторм Райд из «Эйфории») ищет свою мать (Ниа Лонг), которая поехала с бойфрендом (Кен Люн) отдыхать в Колумбию — и пропала. В поисках помогает колумбиец Хави (Жуакин ди Алмейда, переигравший тысячу разных латиноамериканских злодеев, а тут раз в жизни исполнивший роль приличного человека).

Когда-то казавшаяся прорывной форма десктоп-триллера за десять лет порядком поднадоела, если не устарела. Зачем снимать кино, действие которого целиком разворачивается на экране компьютера, если за браузерными окнами есть целый мир? Кажется, авторы и сами это понимают, поэтому периодически стараются сделать так, будто действие покидает пределы монитора — скажем, героиня однажды переключается на гаджет со встроенной камерой. Все это правда выглядит немного по-жульнически (особенно когда играет закадровая музыка, кто ее ставит?), и совершенно непонятно, зачем вообще нужны эти формалистские ограничения. Поэтому в «Пропавшей без вести» интересна не форма, а в первую очередь содержание. У фильма на редкость многоступенчатая интрига: каждый раз, когда вам покажется, что вы догадались, к чему идет дело, картина совершает сюжетный разворот и обманывает ожидания. Редкий случай, когда триллер реально заставляет трепетать. 

Иран в «Священном пауке» снимали в Иордании — и, если вы хоть чуть-чуть знакомы с персидским кинематографом, у вас не возникнет в этом сомнений. Фильм начинается с голого торса и синяков на измученном теле секс-работницы, которая собирается выйти на панель. Такой репрезентации телесности, женской телесности, а также орального секса, которым героине приходится заниматься с клиентами в автомобиле, невозможно увидеть в зацензурированном официальном, да и диссидентском иранском кино. В этом смысле картина нарушает множество табу, но, главное, она выступает с социальной критикой несовершенного иранского общества. 

Действие в фильме происходит в священном городе Мешхед в 2001 году, где в то время орудовал серийный убийца Паук, расправлявшийся с женщинами легкого поведения и ставший в массовом сознании чуть ли не национальным героем. Собственно, одной из его жертв становится та самая секс-работница из пролога картины, глазами которой мы видим социальное дно Мешхеда. Расследовать эти и другие преступления из Тегерана приезжает журналистка Рахими (Зар Амир-Эбрахими, приз за лучшую женскую роль на Каннском кинофестивале 2022 года), которая не находит поддержки у местной полиции (даже наоборот: один из полицейских начинает ее домогаться), поэтому репортерке приходится ловить маньяка на живца — то есть на злачных улицах Мешхеда подставляться самой. 

В кино есть одно золотое правило: если режиссер не хочет скатиться в так называемый эксплуатейшн — эксплуатацию секса, насилия и всего такого, — то он снимает жанровый фильм, потому что в жанровой оболочке ужасы этого мира выглядят уже не так страшно. Поэтому картина Аббаси не надрывная драма (хотя драме в ленте, конечно, найдется место), а криминальный триллер — игровой тру-крайм, который, как и документальная мини-серия «Разговоры с убийцей» Джо Берлингера на Netflix, заставляет в нервном напряжении ерзать на краешке стула два часа.

Уйдя на пенсию, французский преподаватель Антуан (Дени Меноше) решает переехать в испанскую глушь, чтобы вместе с женой Ольгой (Марина Фои) выращивать томаты в поте лица. А на свободные средства он ремонтирует брошенные дома, чтобы кто-нибудь из городских обратил внимание на райское местечко. На него в итоге выходят норвежские энергетики, которые предлагают местным деньги за строительство на их участках ветряных мельниц. Антуан идет в отказ — и небольшой конфликт между ним и деревенскими вскоре перерастает в настоящую вражду.

Фильм основан на реальной истории пары датчан в глухой испанской деревушке Сантанолла — в 2016 году вышел документальный фильм-расследование об этой запутанной и трагической истории. Режиссер Родриго Сорогойен («Стокгольм») решил художественно переосмыслить этот материал, в чем ему помогла верная соратница — сценаристка Исабель Пенья. Многие окрестили фильм новой инкарнацией «Соломенных псов»: и там и там приезжий интеллигент конфликтует с деревенской гопотой. Но при внешних сходствах механизмы драматургии у фильмов совершенно разные. Если Сэм Пекинпа в семидесятые старался разглядеть зверя внутри респектабельного профессора, то Сорогойен разыгрывает на деревенском пленэре настоящую греческую трагедию, в топку которой подкидывает один конфликт за другим: города и деревни, мужского и женского, отцов и детей. При этом каждый причудливо развернут необычной стороной. А неожиданная смена протагониста ближе к финалу окончательно превращают кино в аттракцион с кривыми зеркалами, где каждый зритель сам решает, хохотать или плакать над очередным отражением.

В сочельник в Балтиморе происходит трагедия. Во время салюта таинственный снайпер убивает десятки мирно празднующих людей и исчезает. Полиция бессильна, город в панике. Чтобы справиться с экстремальной ситуацией, по следу маньяка идет агент ФБР Джеффри Ламмарка (Бен Менделсон), известный своими необычными методами расследования. Он собирает небольшой отряд и выбирает своей протеже скромную патрульную с темным прошлым Элеонор Фалько (Шейлин Вудли) — ведь та, как ему кажется, мыслит в точности, как убийца.

Аргентинец Дамиан Шифрон покорил зрителей своим комедийным альманахом «Дикие истории». Вскоре перспективного режиссера позвали в Голливуд снимать ремейк «Человека на шесть миллионов долларов» с Марком Уолбергом, но проект застрял в производственном аду. В итоге его американским дебютом стал психологический триллер, написанный в соавторстве с Джонатаном Вэйкхэмом. Фильм часто сравнивают с «Молчанием ягнят» (хотя маньяк тут не просто не каннибал, а ярый вегетарианец) на том основании, что фэбээровцы проникаются к серийному убийце то ли уважением, то ли сочувствием. То же делают и авторы картины, дежурно переводя стрелки с «виновника торжества» на американскую систему. Но фокус не особо удается — слишком уж холодный нос у Шифрона-режиссера, снимающего под Финчера. И хотя тут есть пара-тройка метких социальных подколов, кино остается незамысловатым, но крепко сбитым триллером про зло за соседней дверью.

Шестидесятые. Айлин (Томасин МакКензи) работает в тюрьме для несовершеннолетних, присматривает за пьющим отцом, бывшим полицейским (Шей Уигем), и испытывают подавленное желание (у девушки полный швах в личной жизни). Все меняется, когда в тюрьме появляется интересная женщина-психолог Ребекка (Энн Хэтэуэй), с которой у Айлин завязывается дружба, а, возможно, и нечто большее.

Сначала «Айлин» напоминает «Кэрол» Тодда Хейнса по роману Патриции Хайсмит «Цена соли», но затем дело принимает более крутой оборот. «Айлин» как бы хичкоковский триллер, но поставленный так, будто кодекса Хейса никогда не существовало. Режиссер Уилльям Олдройд («Леди Макбет») возвращается в прошлое, чтобы снять знакомый жанр с новой перспективы. В прошлый раз он обратился к Николаю Лескову, в этот — к роману Отессы Мошфег. Все подавленные неврозы одноэтажной Америки шестидесятых лезут наружу, в Массачусетсе как будто нет нормальных семей (дело доходит даже до инцеста), а сама Айлин постоянно себе что-то воображает, так что мы до конца не можем быть уверены в том, что все происходящее не выдумка девушки. И где-то Олдройду, быть может, не хватает тонкости. Мы, например, уже и так поняли, что Айлин душно, но чтобы это стало совсем очевидно, девушка постоянно задыхается в своей машине от неисправного мотора. Но все же в фильме есть один по меньшей мере гениальный момент, когда МакКензи приезжает на Рождество в гости к Хэтэуэй. Мы понимаем, что Айлин, скорее всего, неправильно истолковала приглашение Ребекки, но мы еще не знаем, зачем ее на самом деле пригласила Ребекка, — и в этот момент рождается настоящий саспенс, от которого сносит крышу. 

В 10 лет жизнь Хелены (Бруклин Принс) резко изменилась. Воспитанная строгим отцом-охотником (Бен Менделсон) в лесной хижине, она и не знала, что тот — убийца, прозванный Болотным царем, который похитил и все это время насильно удерживал ее мать. Когда той с дочерью наконец удалось вырваться, мужчину при попытке их догнать поймали и посадили. Спустя 20 лет Хелена (Дейзи Ридли), у которой уже у самой есть муж и дочь, узнает, что отец сбежал и намерен найти ее во что бы то ни стало.

Экранизация навеянного сказками Х.К.Андерсена бестселлера Карен Дионн. Фильм по горячим следам собирался снимать Мортен Тильдум («Игра в имитацию», «Пассажиры») с Алисией Викандер, но производство затянулось, и в режиссерское кресло сел Нил Бергер («Иллюзионист», «Области тьмы»), а главную роль исполнила звезда новых «Звездных войн» Дейзи Ридли, которой, наконец, дали сыграть что-то внятное. Кино снято на девяностнических вайбах (когда любили истории про внезапно объявившихся из тюрьмы друзей/мужей/отцов), но явно из сегодняшнего дня, потому что в нем затрагивается тема детской травмы, которую героиня прячет внутри, подобно сведенным татуировкам под тональником. Подружить две эпохи и эстетики Бергеру удается благодаря сухой, слегка отстраненной, но выразительной визуальной манере. Вырванная из природы героиня Ридли по ходу фильма все больше погружается в родные леса. А в финале их короткий, но яркий дуэт с демоническим Менделсоном (по иронии тоже звездой новых «Звездных войн») напоминает, что травматический опыт можно не только изживать, но и использовать по назначению.

Марко (Кан Тхэ Чжу) — копино, полукровка-безотцовщина, каких много на Филиппинах, которые давно превратились в курорт для богатых корейцев. Он боксирует на нелегальном ринге и берется за любую грязную работу — все для того, чтобы заработать на операцию для больной матери. Ради этого он даже пытается разыскать отца, но тот внезапно находит его сам. Оказывается, богатый папаша при смерти и хочет срочно видеть сына. Вот только по дороге к нему в друзья набивается опасный киллер (Ким Сон Хо), а вскоре на Марко открывается настоящая охота.

В 2010 году Пак Хун Чжон дебютировал в кино, написав сценарий к культовому триллеру Ким Чжи Уна «Я видел дьявола». А с 2011-го начал сам снимать, специализируясь в основном на криминально-полицейских драмах и злой фантастике. В «Наследнике» он решил проявить еще одну грань своего таланта — не только попугать, но и повеселить зрителя. По интонации кино больше всего напоминает боевики Шейна Блэка в лучшие годы («Смертельное оружие», «Последний бойскаут»). Начавшись как экшен в духе «Боя с тенью» про боксера, попавшего в криминальный переплет, фильм резко меняет протагониста, и на первый план выходит безымянный самовлюбленный киллер-педант. Для Ким Сон Хо это настоящий бенефис — он тут успевает и комиковать, и разрывать на части толпы бандитов (к слову, экшен в картине поставлен в лучших корейских традициях) и даже выдать драму. Также, помимо эксцентричного героя, у этого кино припасена пара-тройка остроумных сюжетных твистов и стратегический запас самоиронии.

Ралфи (Джесси Айзенберг) подрабатывает таксистом, ходит в качалку и живет с девушкой (Одесса Янг), с которой они ждут ребенка. Кажется, у него все в порядке, но это обманчивое впечатление. Ралфи — безотцовщина, которого пугает перспектива стать родителем. К тому же он испытывает подавление влечение к мужчинам. Когда он попадает в секту женоненавистников, которую возглавляет Папа Дэн (Эдриен Броуди), ситуация совершенно выходит из-под контроля. 

«Таксист» Мартина Скорсезе настолько въелся в подкорку мировой поп-культуры, что каждый раз, когда мы видим слетающего с катушек водителя, сразу вспоминаем Трэвиса Бикля. Ралфи одновременно и похож, и не похож на него. Он также одержим, как и герой фильма Скорсезе, но вот все его неврозы имеют иное происхождение. Вместо военного ПТСР — детская травма, связанная с ушедшим из семьи на Рождество отцом (поэтому герой просто ненавидит Санта-Клаусов). Вместо поиска возлюбленной — проблемы с принятием своей сексуальной идентичности. Как и Бикль, Ралфи тоже возьмется за оружие, только вот это не та история, когда человека, начавшего убивать людей, приняли за героя. Наверное, «Манодром» Джона Тренгова — где-то претенциозное, а где-то и вовсе напыщенное кино. Но все равно от него не получается так просто отмахнуться. Слишком много триггерных точек задевает фильм. Слишком убедителен Айзенберг в роли растерянного, не знающего, как жить, миллениала. 

Мейбен (Уилла Фицджералд, Роско из «Ричера») с маленькой дочкой перебивается, чем может, а когда полицейский насилует ее, убивает его несколькими выстрелами в упор. Расселл (Гарретт Хедлунд) только вышел из тюрьмы за непредумышленное убийство и пытается начать жить заново, но братья погибшего по его вине в автокастрофе парня не дают ему покоя.  Судьбы Мейбен и Расселла туго переплетутся в этом южном триллере, вайбами напоминающего прозу создателя «Настоящего детектива» Ника Пиццолатто, а конкретно — «Галвестон».  К слову, «Дорога отчаяния» тоже снята по книжке — по одноименному роману Майкла Фэрриса Смита, который сам же превратил его в сценарий (в прошлом году он стал сценаристом еще одной суровой драмы — «Грохот сквозь тьму»). Герои Фэрриса — помотанные жизнью люди, которые ищут приюта и которым в жизни не хватает немного милосердия. В итоге классический триллер про отмщение в чутких режиссерских руках Надин Крокер превращается в мелодраму про прощение — каждый, кто на свете жил, любимых терял. 

Американки Ханна и Лив (Джулия Гарнер и Джессика Хенвик) путешествуют по Австралии, потому что «дальше уже некуда было ехать». Оказавшись без денег, они устраиваются работать в бар у черта на куличках, где местное (преимущественно мужское) население только и делает, что надирается. А напившись, пристает к девушкам. Бойкая Лив не против такого внимания, а вот интровертная Ханна отчаянно пытается выстроить личные границы в пабе, где о них и слыхом не слыхивали. 

То, что Австралия с ее выжженными дотла пустынями, вечно лезущими под колеса автомобилей кенгуру и беспробудно бухающим в провинции населением находится у дьявола за пазухой, было понятно уже по «Опасному пробуждению» Теда Котчеффа, в котором школьный учитель спускался на самое дно австралийского ада. В «Отеле „Ройал “» то же самое проделывают две американки. Если предыдущая картина Китти Грин (ее игровой дебют «Ассистентка») была про ужасы офисного харассмента, то новая — про ужасы бытового сексизма и умение сказать нет. Ханна все время присматривает за Лив, которая вечно ходит по краю и несколько раз чуть не оказывается изнасилована. Лив же считает Ханну чересчур зажатой и призывает ее расслабиться. Грин никого не осуждает, а пристально вглядывается в парадоксальную ситуацию, когда неплохие, в общем-то, люди ведут себя как свиньи — в основном мужчины с женщинами. Долго так, разумеется, продолжаться не может, поэтому, когда ситуация достигает точки кипения, все вокруг начинает полыхать. А значит, пора сваливать. 

Суровый батя Игорь (Алексей Серебряков) везет сына Вовку (Всеволод Володин) на родину — в глухой таежный поселок. Тот давно и плотно сидит на героине, а отца предупредили, что скоро он сядет по другой линии. И Игорь решает во чтобы то ни стало «переломать» сына народными средствами: свежим таежным воздухом и крепкой цепью. Вот только в районе начинается эпидемия бешенства, и ополоумевшие от жажды крови волки вскоре покажут людям, кто тут настоящий хозяин тайги.

Сценарий Алексей Казаков писал по реальным событиям, произошедшим в 2019 году в Амурской области, хотя там речь, конечно, шла только о нападениях бешеных волков на людей без трагических исходов. За редкий для нашего кино жанр лютого сурвайвала неожиданно взялся Дмитрий Дьяченко, сделавший себе имя на комедиях с «Квартетом „И“» и новогодних суперхитах: трилогии «Последний богатырь» и «Чебурашке». Фильм снят в русле популярного в последние годы направления «высокий хоррор», который использует сложившийся аппарат страшилок, чтобы поговорить на важные, часто социально темы. Бешенство, охватившее тайгу, поначалу выглядит незамысловатой метафорой поразившей страну наркоэпидемии, но постепенно аллегория расползается все дальше — на отсутствие диалога между людьми и глухоту системы по отношению к ним. Но и по части пугалок и кровавого экшена кино уверенно держит марку и вжимает зрителя в кресло на все час сорок минут — думать будете потом!

Респектабельный финансист Мэтт Тернер (Лиам Нисон) в кои-то веки согласился подменить жену и отвезти детей в школу. Казалось бы, что может быть хуже, чем оказаться в машине с двумя подростками? Но тут ему звонит незнакомец и сообщает, что машина заминирована и вставать с сидений им строго-настрого запрещено — а чтобы его слова звучали убедительно, подрывает пару коллег Мэтта. Делать нечего — придется вписаться в садистскую игру какого-то конченого психопата.

Это уже третий по счету ремейк испанского триллера «Незнакомец» (2015) после немецкой и южнокорейской версий. Впрочем, российские прокатчики решили не возиться с названием вроде «Возмездия», а попросту сослались на другую известную франшизу с Лиамом Нисоном. Часто снимающий актера то в поездах, то в самолетах Жауме Коллет-Серра здесь ограничился ролью продюсера, а в режиссерское кресло сел американский венгр Нимрод Анталь, давно переквалифицировавшийся с фестивального кино («Контроль») на крепкие боевики («Инкассатор», «Хищники») и сериалы («Сосны», «Дом с прислугой»). Фильм можно отнести к жанру клаустрофобичного триллера, где напряжение нагнетается за счет ограниченного пространства. И хотя герою Нисона здесь придумали нехитрую семейную драму, это скорее какая-нибудь «Телефонная будка», чем «Лок». Анталь решил не утомлять зрителей излишней интеллектуальной игрой с маньяком — разговоры носят скорее дежурный, обслуживающий характер, а Нисон быстро переходит к более привычным для него погоням и взрывам. И если вам в целом нравится этот уже почти самостоятельный жанр «боевик с Лиамом Нисоном», «Заложники» точно не ударят в грязь лицом.

На курортном островке у Хэ Фэя (Чжу Илун) исчезает молодая супруга (Кай Хуан). А спустя две недели безуспешных поисков он внезапно просыпается в постели со знойной незнакомкой (Дженис Мань), которая утверждает, что она и есть его одумавшаяся жена. Это подтверждает и персонал отеля, и записи с камер видеонаблюдения, и даже фото в его телефоне. Верит мужчине только местная адвокатша (Ни Ни), которой не привыкать распутывать самые сложные дела.

Хит летнего китайского проката, собравший в общей сложности более полумиллиарда долларов. Причем сняли его почти дебютанты — для Цуй Жуя это первая полнометражная работа, а для Лю Сяна — вторая. Любопытно, что в основу сценария легла пьеса французского драматурга Робера Тома «Ловушка для одинокого мужчины» (1960), которую когда-то хотел экранизировать сам Альфред Хичкок, а в 1990 году поставил советский режиссер Алексей Коренев с Николаем Караченцовым. Впрочем, китайцы решили воплотить на экране, скорее несостоявшуюся версию Хичкока. То, что писалось, а после снималось в СССР как фарс, они разыгрывают на серьезных щах. Это честный параноидальный триллер в духе какого-нибудь «Головокружения» с героинями-двойниками, ненадежным во всех смыслах рассказчиком и плотностью сюжетных твистов как у Шьямалана или Финчера, к «Исчезнувшей» которого явно отсылает российское название. И хотя местами кино выполнено чересчур грубыми мазками, его действительно интересно и приятно смотреть — не в последнюю очередь благодаря вылизанной цифровой картинке с массой несложных живописных цитат.

Стараниями режиссерки Тины Саттер документальный театр проник в кино, а затем и на телеканал HBO, где состоялась американская премьера фильма «Реальная история Уиннер» (в России он в апреле выйдет в официальный прокат). «Reality» (так картина называется в оригинале) основана на офф-бродвейском спектакле Саттер «Эта комната» и сделана в технике вербатим — это когда актеры перепроизносят монологи или диалоги реальных людей. В данном случае речь идет о расшифровке допроса разведчицы Реалити Уиннер (Сидни Суинни), которая обнародовала данные о вмешательстве российских хакеров в американские выборы 2016 года и села за это на пять лет. Для Саттер фильм стал кинематографическим дебютом, и видно, как она упивается возможностями другого медиума — в частности, крупными планами. Вообще, в кино возможностей явно больше, чем на сцене, Сидни Суини классная, а WAV-файл вместо сценария — довольно нетривиальный ход. Но все равно это какой-то эскиз фильма, а не фильм. Иногда формалистская сторона картины начинает давить на ее содержание, а реэнактмент выглядит слишком постановочным. В этой реконструкции слишком много условностей, которые не терпит кино и которые куда органичнее смотрятся на сцене. Так что нельзя сказать, что эксперимент по скрещиванию двух видов искусства во всем вышел удачным. 

Казалось, что жанр майндфак-триллера умер, но, если приглядеться, в нем еще теплится жизнь. Взять, например, фильм «Астронавт» — вторую картину начинающего режиссера Колина Уэста. По сюжету живет себе пожилой мужчина Кэмерон (Джим Гаффиган) — ведущий детского телешоу, которого заела семейная рутина. А когда на его домашнем участке падает кусок космической ракеты, он вспоминает, что всегда хотел быть астронавтом. Кэмерон решает построить в гараже собственную ракету, из-за чего наталкивается на непонимание со стороны жены Эрин (Риа Сихорн), которая уже подала бумаги на развод. Параллельно его дочка Нора (Кейтлин Нейкон) начинает встречаться с парнем имени Марк (Гэбриел Раш), который быстро находит общий язык с Кэмероном. Вроде бы простая и затертая до дыр история про кризис среднего возраста. Но тут реальность вокруг мужчины начинает сбоить — и все оказывается не тем, чем кажется. «Астронавт» сделан на сильных вайбах «Донни Дарко»: иногда режиссер вообще забывается и начинает его покадрово переснимать. Это страшно сентиментальное, а в финале и вовсе душераздирающая семейная драма про то, как игры разума образуют пресловутую ленту Мебиуса, которая, как и кинопленка, способна заворачиваться в невероятные спирали.  

Жизнь полицейского Дэнни Рурка (Бен Аффлек) идет под откос, после того как у него из-под носа похищают маленькую дочь. Найденный вскоре преступник утверждает, что ничего не помнит, а зацепка приходит неожиданно. Преследуя таинственного грабителя банка (Уильям Фихтнер), Рурк обнаруживает в ячейке камеры хранения записку с фото дочери. След приводит его к медиуму Диане Круз (Алиса Брага), которая на деле оказывается мощным гипнотизером. Как, впрочем, и злодей, затеявший с Дэнни запутанную и смертельно опасную игру.

По словам самого Родригеса, сценарий «Гипнотика» он написал еще в 2002 году, и все это время он оставался одной из его любимых задумок. Осовременить и довести его до ума Родригесу помог Макс Боренштейн, в последние годы ответственный за истории про Годзиллу и Кинг-Конга. В съемочном процессе поучаствовало все семейство Родригесов, ведь режиссер вырастил из четверых сыновей и дочки полноценную киношную команду: одни продюсируют, другие пишут музыку, монтируют, создают визуальные эффекты и т. д. К сожалению, за 20 с лишними лет идеи Родригеса слегка поистерлись. В частности, их заюзал Кристофер Нолан — сначала в «Помни…», потом — в «Начале». А Джон Ву еще в 2003 успел снять с тем же Аффлеком похожий сайфай «Час расплаты». Впрочем, ругать Родригеса совсем не хочется. Уж больно мало сегодня выходит крепкой среднебюджетной фантастики в духе модных в начале нулевых майндфак-триллеров. Это не слишком изящное, не слишком дорогое и по-хорошему старомодное кино, которому не жалко уделить вечерок.