Рекомендации для вас
Гид выходного дняВсе
Популярно сейчас
Владелец IT-компании придумал топ-менеджера, от имени которого принимает все непопулярные решения. Проблемы возникают, когда он решает продать фирму исландцам: те требуют встречи с мифическим руководителем, а актер, нанятый начальника изображать, входит во вкус и начинает руководить. Очередной фильм Ларса фон Триера — в неожиданно скромном жанре офисной комедии.
| Комедия |
| 16+ |
| Ларс фон Триер |
| 21 сентября 2006 |
| 1 час 35 минут |
Трейлеры и кадрыВсе
Режиссёр
Все
Как вам фильм?
Рецензия Афиши
«Вот мы и встретились. Я — директор», — говорит помятый, почему-то перемазанный сажей Кристофер (Йенс Альбинус) своему робкому отражению в зеркале. Получается не дико убедительно, и он повторяет: «Я — директор». И еще раз.
Безработный актер, бесконечно осмысляющий провал единственного спектакля (трехчасовой одноактной комедии малоизвестного средневекового итальянца Гамбини о трубочисте — потому сажа), подписывается на не очень законную, но вроде безобидную халтуру — изобразить гендиректора компьютерной фирмы на переговорах с инвестором, собирающимся фирму купить. Планируется, что он просто покивает, подпишет, где надо, и все. Но жлоб покупатель (исландский режиссер Фридрик Тор Фридрикссон в неописуемой шапочке) вычитал в «Старшей Эдде», что дела надо вести с самым главным, — так что весь предпродажный период фальшивому директору приходится ходить на работу. Тут оказывается, что настоящий владелец (Петер Ганцлер) придумал этого персонажа еще много лет назад; более того — все это время от его имени увольнял, урезал, надувал с бонусами, слал сотрудницам неприличные е-мейлы и проч. В ситуации, когда один подчиненный с ходу бьет его в лицо, а другая лезет в штаны, герой видит вызов себе как актеру. Вживаясь в образ, он проявляет себя перфекционистом, а ближе к середине истории еще и идеалистом — а поскольку это фильм Ларса фон Триера, вопрос лишь в том, какой из двух «-измов» грозит большей бедой.
Триер, снимающий малобюджетную офисную комедию, это, конечно, Мухаммед Али со скакалкой — ну или Шумахер на детском автомобиле с педальками. В добровольный дауншифтинг в его случае никто, конечно, не поверит — все уверены, что у него кризис, чему порукой и свежий триеровский манифест с заголовком (внимание) «Гений в кризисе». В манифесте наш герой, вкратце, обещает две вещи — экономить и не выпендриваться. Про экономить ему, конечно, виднее (он вроде правда сильно потратился на «Мандерлай»), а вот насчет кризиса, это, простите, бессовестное кокетство. То есть понятно, что с неоклассицистическими проповедями на материале американской истории надо делать перерыв, там и так уже одна выжженная земля вместо Америки; и понятно, что непонятно, куда идти дальше, но если Триер банкрот — такого блистательного, остроумного, уверенного в себе банкрота мир не видел.
«Не волнуйтесь, нравоучений не будет. Нас ждет комедия в самом безобидном из возможных смыслов. Что может быть слаще, чем похихикать над высокими устремлениями других?» — после вступительного слова Триер влезет с комментариями еще дважды: в середине — объяснить, что действие буксует и надо ввести нового персонажа, и в конце — извиниться, что фильм в целом вышел не ахти. Последний раз такой придурочный конферанс он позволял себе 10 лет назад, в сериале «Королевство» — тоже своего рода комедии, послужившей водоразделом между вымороченным символизмом «Е-трилогии» («Элемент преступления», «Эпидемия», «Европа») и будущей революционной доктриной «Догмы-95».
Фокус «Королевства», если кто забыл, заключался в том, что Триер, до того со свинцовой серьезностью живописавший мир, утративший ориентиры и правила (и, как считается, зашедший в этом живописании в некий тупик), — вдруг топнул, хлопнул и сделал на ту же тему телевизионный ситком. В «Самом главном боссе» он проделывает аналогичный трюк. Тут через дурацкое комедийное сито пропущена другая излюбленная им и не менее апокалиптическая тема — лейтмотив «Танцующей в темноте» и «Догвиля» с «Мандерлаем» — «человек хочет как лучше, а получается даже еще страшнее, чем всегда». Если в «Догвиле» в этой связи расстреливали, тут бьют по носу. Протагонист бесконечно задается вопросом, директор он или нет. От Триера, как обычно, ждут ключ к шифру (в случае с «Догвилем» кодовое слово было «Брехт», с «Мандерлаем» — «де Сад»), а он подсовывает этого своего Гамбини — самыми простодушными почему-то оказались англичане, у них в малотиражной интеллектуальной периодике уже вовсю чирикают: «Gambini-esque», «финал вполне себе гамбиниевский» (притом фамилию драматурга Триер, конечно, списал чуть ли не с грузовика с овощами).
Это не шаг назад — Триер, как крокодил, ходить назад просто не умеет. В «Боссе» он по многим параметрам заходит дальше, чем в фильмах американской трилогии. Эстетика студийного брака, которой он традиционно лечит себя от тяги к красивостям, тут доведена до полного совершенства (и окончательного идиотизма): в соответствии с какой-то очередной новой доктриной (пересказывать ее — вот уж увольте, в интернете есть) Триер теперь снимает без оператора, камеру произвольно наводит и фокусирует компьютер, а монтажные склейки рубят диалоги на полуслове. И, как всегда, в своей битве против формы и красоты наш герой блистательно проигрывает: сколько ни портит он пленку, сколько ни выкручивает себе руки, все равно получается красиво и в чисто кинематографическом смысле до невозможности хорошо — лучше, чем когда бы то ни было.
Есть тут и более важная подвижка. Отношения Триера со зрителем всегда немножко напоминали известную сцену из начала «Семи самураев», когда человека приглашают зайти в открытую дверь, а потом со всей дури бьют по голове палкой. Так повторялось из фильма в фильм — и интерес был уже почти спортивный: войти во всеоружии и снова получить по мордасам, причем каждый раз под каким-то неожиданным, доселе неизвестным драматургическим углом. В «Боссе» — иначе. Тут чувствуешь себя тем самым последним, седьмым самураем, который, вместо того чтоб сунуться в дверь и огрести, останавливается на пороге и с улыбкой говорит хозяину: «Я вас очень прошу — без таких шуток». У Куросавы после этих слов гость и хозяин оказывались старинными друзьями и садились пить чай и говорить о главном. С Триером тоже намечается что-то в этом роде — кажется, закончились проверки зрителя на прочность и начинается какой-то совсем другой разговор. Это немного неожиданно, но тем и здорово — и, как говорят в таких случаях английские интеллектуалы, вполне себе Gambini-esque.
Офисная комедия от Ларса фон Триера – это звучит почти так же, как «Мелодрама от Квентина Тарантино» или «Памела Андерсон в роли инвалида». Гений европейского кино, снявший «Догвилль», перед грозой своего грядущего «Антихриста» решил повеселить интеллектуалов разговорно-иронической постановкой.
«Самый главный босс» идёт на датском, с подслеповатыми жёлтыми субтитрами – но при этом публика на нём смеется так, как не на всякой классической комедии.
Сюжет простой, но весьма оригинально закрученный: пронырливый бизнесмен нанимает неудачливого актёра, чтобы тот сыграл вымышленного директора для сделки по продаже IT-фирмы (покупатель пожелал иметь дело исключительно с директором). Первый раз переговоры срываются – и актёру приходиться сыграть директора ещё и для сотрудников фирмы, которых, как оказывается, бизнесмен ловко обирал, всякий раз прикрываясь приказом «самого главного босса».
В этом почти линейном сюжете (трепещите, голливудские бумагомараки!) Триер находит столько метафор и аллюзий, сколько жанру «офисной комедии» в принципе не надо.
Тут и стремление всякого объединения людей искать причины неудач «выше» - от начальника до бога, в противовес тому, что начальники и боги любят сваливать вину, наоборот, в самый низ.
Взаимоотношения «директора» и нанявшего его бизнесмена – аллюзия на отношения режиссёра и актёров на съемочной площадке: может ли режиссёр быть уверен, что это он делает свой фильм?
И самая главная, на мой взгляд, тема – сила (и одновременно слабость) искусства: оно побуждает людей к проявлению своих лучших качеств, но одновременно жаждет внимания – и в этой жажде раскрывает самые худшие стороны человеческой натуры.
Уже после титров я узнал, что фильм снят по новоизобретённой Триером технологии Automavision – когда нужный ракурс выбирает не оператор, а компьютер из восьми вариантов при заранее определенном положении камеры.
Единственный кадр, снятый, как говориться, по-человечески (чувствую, со временем в разговоре про кино это уже будет не ирония, а констатация факта) – слон в зоопарке, который при «компьютерном» выборе никак не влезал в экран.
В "Боссе" помимо сюжета самое лучшее - великолепные актёры: от, собственно, "директора", легко пробивающего на ха-ха "долгим взглядом своих печальных глаз" до затурканой пугливой сотрудницы, вскрикивающей всякий раз, когда включается принтер.
При всей своей гениальности фильм вызывает лёгкое недоумение – как у человека, который ещё не определился, услышав остроумную шутку: добродушное ли это веселье или тонко продуманное издевательство над ним? С таким же чувством на этот раз я покидал кинозал после фильма Триера: словно ещё не решив, бросаться ли на обидчика с кулаками, или добродушно засмеяться в унисон со всеми.
Являясь убежденным антогонистом датского гения я шел на офисную (ага, уже стало быть, вообще денег не дают) комедию фон Триера ( да-да, конечно, "драма Рязанова о датском сказочнике" и то заманчивее) предвкушая как из малого зала "Ролана" через 10 минут после начала начнут выбегать парочки ботаников - поклонников мультяшных пингвинов и белок, соблазнившихся "инаковостью" все-же комедии. А оставшиеся интеллектуалы-мазохисты по-полной унизят свои не-до-еропейский интеллект и прозомбировавшись посоветуют всем посмотреть фильм, хотя бы из чувства мести "российскому кино".
Для полной картины я прихватил своих друзей: постящегося экономиста-международника, поклонника Жана-Поля Бельмондо и 22-х летнюю блондинку - портфельного инвестора и постоянного персонажа светских хроник и до кучи купил самый большой тазик поп-корна и самую большую колу. Хе-хе. Месть Триеру - аппетитна!
... через 10 минут из зала выскочиал парочка очкариков.
... через 15 минут блондинка хохотала в голос и хлопала меня по колену, так что поп-корн разлетался.
... через 20 минут перегнувшись через блондинку поклонник французского кино восхищенно шептал мне: "Ну и деляга! Очень грамотно сделал!"
... через 30 минут после первого промежуточного финала в зале после приступов смеха по инерции подвывали и вытирали глаза.
Триер великодушно дал отдохнуть десять минут и началось по-новой.
Я за эти 10 минут решил для себя что Триер как-то совсем уже не-по-детски стал гением и стал мысленно подбирать цитаты в обиходный цитатник состоявший до-сих пор только из нетленки Ильфа-Петрова, Гашека, Булгакова, "Клерков" и фильмов Скорсезе.
Как-то не по человечески все гениально было сделано и эти великолепные бесталанные актеры и робот-оператор...
И, конечно, можно было предположить, что в концовке будет припрятан некий изящный фокус-престиж...
"Ну что тебе сказать, вполне себе "гамбиниевский финал" - , посмеиваясь сказал мне на выходе из зала экономист: "У кого торговая доверенность тот и самый главный босс, вот кстати с "Мегафоном" такая штука была..." Но я не слушал его - выходя на бульвар под руку с улетающей на пасху в МиланчеГ блондинкой, я ощущал себя совершенно пустым и несчастным, как и после любого из фильмов Триера.
После эпических работ Триера сидишь и удивляешься – а где эпос, где масштаб и катарсис? Ничего подобного в этой комедии нет. Хотя, то, что передо мной фильм Триера – сомнений не возникает. Потому что Автор присутствует. Потому что композиция зависит только от воли Автора. И даже в банальнейшем сюжете я угадываю руку гениального человека, живущего среди нас.
Он вновь держит немного в напряжении. Балуется с камерой и монтажом. Обрушивается на всех нас, на современность с ее ксероксами и контрактами. Посмеяться над пошлостью Триеру удается. Он сам точно определяет то, что делает – хихикает.
Фильм можно посмотреть еще пару раз и успокоиться. Но есть там сцены, снятые красиво. На них можно любоваться: особенно сцена в кино.
И очень точно, по моему, подмечены особенности работы актеров. Мне показалось, это, может, и даже главная тема этого фильма
Гениям нужно отдыхать.
Ставлю фильму 10 из 10. И вовсе не потому, что его снял фон Триер. Хотя, может быть, и поэтому тоже. Пусть будет "не только из-за фон Триера". За день до "Самого главного босса" посмотрел английскую комедию Hot Fuzz. Слов нет, смешно, остроумно и т.д. Но... Авторы обыгрывают штампы разных жанров. Талантливо обыгрывают, но это и остаётся главным содержанием фильма. Все остальные (социальные и проч.) рассуждения о фильме - опция, они не обязательны, если этих наблюдений не делать, от фильма не убудет. Постмодернизмом, если не ошибаюсь, называется. И так в самых разных жанрах: комедиях, боевиках, ужастиках и проч., и проч. Считается, что всё уже снято, зритель всё видел, остаётся заигрывать с ним подобным образом. Неофиты примут за чистую монету, насмотренные понимающе улыбнутся. Разве что до мелодрам ещё не дошло дело. Но они и скучны до нельзя.
Фон Триер своим "Самым главным боссом" полемизирует с таким взглядом. Он говорит своим фильмом: "У меня есть жизненный опыт, есть свой взгляд на какие-то вещи, на людей. Я надеюсь, что это волнует не только меня и постараюсь рассказать вам историю в меру своих способностей. Безусловно среди вас есть ушлые ребята, которые знают всё - с такими мы можем обсудить законы жанра и логику сюжета" (не путать со штампами - прим моё). Нельзя сказать, что "Самый главный босс" смешнее Hot Fuzz. Но это кино подлинно авторское. Кроме того фон Триер вновь и вновь обращается к человеческим проблемам, рассматривает их с разных точек зрения. Нет - это совсем не "шутка гения", это просто комедия. 10 из 10.
Вчера съездил в Аврору на "Самого главного босса", сеанс был в 21:30. Что могу сказать, фамилия датчанина давно у всех на устах. Из просмотренного раннее, могу выделить "Догвиль" и "Дорогая Венди", первый понравился поднятой темой или скорее даже таким незаметным переходом зависимости Грэйс от ее "работодателей", к полной зависимости уже их от нее. Рабство возведенное в абсолют.
Венди больше понравилась как фантасмагоричная картинка. Абсурдность действий героев, их нежное отношение к своему именному оружию. Пистолет как символ - великий фаллос боевых действий! Дарующий щедрой рукой и груди Сюзан и уверенность созвучному Дику.
Босс это вообще нечто! Хотя следовало ожидать, что комедия будет не похожа ни на одну, мной виденных доселе. Что тут говорить? Надо идти и смотреть. Я весь фильм смеялся.
Бывают фильмы которые нравятся и все, и объяснить внятно не можешь. Как "Лабиринт Фавна", прекрасная картинка, идеальные метафоры - любимый в 2006 году. Для "босса" это только одна сторона медали. Совокупной восприятия и состоит из этих граней.
Мое имхо фильм достоин для просмотра
Читайте также
