Фильм

Нью-Йорк, Нью-Йорк

Случайно встретившиеся на вечеринке в честь победы во Второй Мировой войне солдат Джимми (Роберт Де Ниро) и девушка Франсин (Лайза Минелли) так же случайно попадают в мир большого джаза, оказавшись на прослушивании, где он играл, а она пела. Вышло так, что вместе у них получалось гораздо лучше, чем по отдельности. В результате они устраиваются в один оркестр, шефом которого Джимми вскоре и становится. Они даже женятся, но вечные гастроли не способствуют ни личному счастью, ни творческому успеху. В результате она уходит петь бешено популярные мюзиклы, а он – играть фри-джаз с неграми на наркоте без гроша в кармане. Годы спустя, они снова встречаются и вроде искра вновь проскакивает, но все остается на своих местах.
Фильм о сложности творческих дуэтов, когда страсть, любовь и семья служит скорее не клеем, а отталкивающей пружиной, в свою очередь отражает и саму жизнь режиссера, вечно разрывающегося между близкими и работой, и знающего не понаслышке о роли наркотических препаратов в роли артиста. Впрочем, получилось все крайне неудачно, давайте быть честными.
Может быть виной тому тот факт, что Скорсезе скорее был вынужден снимать этот фильм по контракту и из-за того, что тут была дочка Минелли. Сценарий ему сразу не понравился, да и как может прийтись по душе подобная слабая история такому мастеровитому режиссеру, как Мартин Скорсезе, которого только что носили на руках кинокритики с его «Таксистом». Так или иначе, снимать было надо, и единственной отдушиной, которую нашел Скорсезе, была импровизация актеров на сцене. Что в результате еще больше перекосило картину. Как сказал один из обозревателей-историков: «Актеры снимаются в пафосном мюзикле под 50-е, но играют, будто в фильме Кассаветеса».
Создан фильм в невероятно ярком колоре. Так Скорсезе после практически никогда больше не снимал. Ясное дело, тут на лицо влияние как отца Лайзы Минелли, так и жанровой принадлежности самой картины, но порой это буйство красок, неестественного гламура и декораций начинают вызывать первые признаки эпилептического припадка. Кстати, в стилистической обстановке самой яркой и развернутой части фильма – коде под названием «Happy Endings», не обошлось и без обычного для того времени кивка Пауэллу с Прессбургером.
Так или иначе, все в отдельности еще как-то можно рассматривать и обсуждать, но смотреть все это целиком, от начала и до конца, решительно невозможно.

Смотря на ухмылку молодого Де Ниро, или в бесконечно глубокие глаза очаровательнейшей Лайзы Минелли, постепенно приходишь к мысли, что если бы фильм шел не 2,5 часа, а скажем все 5, то оторваться от всей этой утраченной красоты все равно было бы невозможно. Нереальнейшая красивая актерская игра, и просто красивые люди, которые ещё поют и играют на саксофоне. Сцена поцелуя под дождем в такси так синхронна и романтична и комична, что смотря её, и умиляешься, и гогочишь одновременно.