15 спектаклей, которые стоит увидеть: Москва

Режиссёр Филипп Гуревич предлагает взглянуть на «Войцека» не как на драму маленького человека, подавляемого большинством, а как на бытовую трагедию, в шаге от которой — каждый из нас. Создатели сочиняют выразительный в своей жесткости мир немецкого экспрессионизма с зонгами и живой музыкой. Зрители оказываются внутри игрового пространства, в прямом контакте с артистами, и становятся участниками суда над героем. Войцек, загнанный в сценический круг, — человек или насекомое? Жертва или убийца? Как вырваться из болота обстоятельств, принуждающих тебя к насилию? Вынося приговор прошлому героя, зритель предугадывает и своё будущее.

Третья работа специалиста по буйным соц-арт-перформансам Максима Диденко с «Мастерской Дмитрия Брусникина» — после «Второго видения» в Боярских палатах и «Конармии» в Центре им. Мейерхольда. Постмодернистская гипнагогическая эпопея Пелевина про Василия Ивановича и Петра Пустоту разложена режиссером на три акта и упакована художником Галей Солодовниковой в блистательное пространство стерильного глэм-футуризма. Музыку сочинил бессменный соавтор Диденко, апологет топорного арт-рока Иван Кушнир. Первоисточник рекомендуется перечитать — спектакль представляет собой скорее комментарий к роману, нежели пересказ в лицах; и это хорошо.

Юрий Бутусов: «Пьеса Гоголя давно уже миф… И, в общем, всем уже понятно, про что это… Конечно же, это пьеса о России, о власти, о грехах и расплате. Но я хотел, чтобы спектакль был бы о том, что делает с нами пьеса «Ревизор», какие мысли и чувства она рождает в нас. Мне давно очевидно, что это не мы выбираем пьесу, а она выбирает нас тогда, когда это нам необходимо. Я надеюсь, этот спектакль о невозможности принять действительность и невозможности бегства от неё, и о неистребимой жажде оного, о поисках рая, свободы как единственной настоящей человеческой ценности. В этом спектакле нет протеста, есть только невообразимое удивление перед человеческой природой, есть только тоска о времени, которое уходит, хотим мы этого или нет… Хотелось бы, чтобы это была история о том, что искусство способно лечить реальность, лечить жизнь, лечить людей…»

Спектакль мастера экзистенциальных абсурдистских зрелищ Юрия Бутусова — по пьесе «Барабаны в ночи», циничному и прямолинейному высказыванию немецкого театрального реформатора о лицемерной природе гражданского пафоса и незыблемости закона «своя рубашка ближе к телу». Главные роли исполняют Александр Матросов, Александра Урсуляк и приглашенный из «Сатирикона» Тимофей Трибунцев.

В спектакле «Lё Тартюф. Комедия» Юрий Муравицкий переосмысляет традиции французского фарса и жанра комедии. «Хочется реабилитировать комедию, которую принято считать «низким» жанром. — говорит режиссер. — Смех, как и слезы, имеет очищающий эффект. Дает возможность посмотреть на себя cо стороны. Наш спектакль играет с эстетикой площадного театра и его карнавально-фарсовой природой».

Началась и закончилась космическая война (очередная), миром правят еноты и ожившие креветки, пленный робот несёт тебя на руках, кто-то на Луне молится за тебя, старушка получает письмо от давно погибшего сына, президент Бучкин - модифицированное растение, в переходе на Савёловском Тома принимает предложение Ахмеда, толстая шестнадцатилетняя Дженни плывёт на надувном матрасе. Она прекрасна.

Римас Туминас поставил заснеженного «Евгения Онегина» с Сергеем Маковецким в главной роли под томную музыку Фаустаса Латенаса. Два акта воздушного благолепия, искусственного снега и поэзии заставляют поверить в то, что даже красота может быть избыточной.

Из всех российских спектаклей малой формы на «Золотой маске» 2017 года был признан «Магадан/ Кабаре» театра «Около» — маленький абсурдистский концерт из песен про Магадан. На сцене появляются самые разнообразные персонажи вроде бурятских монголов или потерянной дамы с чемоданом (цитирующей Конфуция и Гурджиева), пока звучит горловое пение в исполнении Дмитрия Богдана (усач из «Шапито-шоу»), трехаккордные композиции про «Самолет Москва — Магадан» и, например, «Девушка с веслом» Бориса Гребенщикова. Поет музыкальная душа театра «Около» Наталья Рожкова, на аккордеоне — Николай Косенко в валенках.

Римас Туминас выбрал несколько важных сцен и монологов из четырехтомного романа Толстого и, основываясь на них, представил свое размышление о канонических героях и ситуациях. Соавторами Туминаса стали сценограф Адомас Яцовскис, хореограф Анжелика Холина и композитор Гендрюс Пускунигис, а главные роли исполняют Сергей Маковецкий, Ирина Купченко, Евгений Князев и Людмила Максакова.

В своём романе Набоков описывает последние дни жизни Цинцинната Ц., чья вина в обществе «прозрачных друг для дружки душ» состоит в его «непроницаемости» для окружающих. Режиссёр Марина Брусникина: «Важное в этом романе для меня — тема. Тема несовпадения индивидуальности героя с окружающим миром и тот факт, что всегда есть выход и спасение. Но главное — это талант автора, его уникальное, сложное художественное пространство, которое очень трудно, но необходимо сохранить при переносе на сцену. Люблю вызовы и люблю разгадывать загадки, а это, конечно, вызов, и, конечно, загадка».

Визуальный поэт Дмитрий Крымов вдохновился «Анной Карениной» и сочинил «по отдаленным мотивам» великого романа спектакль. В постановке нет ни Левина, ни Кити, ни Стивы Облонского, а названа она именем сына Анны Аркадьевны Карениной, восьмилетнего мальчика Сережи. Помимо хрестоматийного романа Толстого в основу спектакля также легли «Жизнь и судьба» Василия Гроссмана и специально для этой постановки написанный Львом Рубинштейном текст «Вопросы».

«Наше сокровище» – притча о рождении малыша с участием ангелов, вифлеемских ментов и говорящих животных. Спектакль предельно легко доносит до зрителя простейшую идею: рождение — чудо, каждый человек — это чудо. Пьесу в стихах написала и поставила Женя Беркович — это первый раз, когда она ставит спектакль по собственному тексту. 

Юрий Бутусов известен способностью выжать из артистов любой труппы 200% энергетического потенциала. Булгаковский «Бег» он поставил, ориентируясь в первую очередь на туманные ремарки автора. Одиннадцать вахтанговцев, в числе которых, например, Сергей Епишев и Виктор Добронравов, переживают трехчасовую череду фантасмагорических пространственных мутаций, вызванных не то наркотическим опьянением опальных белогвардейцев-эмигрантов, не то чувством буквального умирания вселенной.

Режиссер Алексей Бородин: «"Леопольдштадт" – это не только трагедия отдельной семьи или даже народа. Я смотрю на эту историю шире: это трагедия меньшинства, которое всегда раздражает большинство и всегда ему проигрывает. А еще это размышление о том, как каждому из нас жить в изменяющемся мире, выдерживая все перипетии, не теряя себя и своих корней».