Фильм

Разомкнутые объятия

Первый утренний сеанс, удивленная и с трудом понимающая, на какой же фильм мне нужен билет, кассирша, один в пустом зале. Наверное, именно так и стоило смотреть Разорванные объятия. Именно Разорванные, не Разомкнутые: это и реальность тысячи клочков разорванных фотографий – одного из того немногого, что осталось у когда-то режиссера, а теперь лишь сценариста Матео-Гарри (Льюис Омар) в память о своей любимой Лене (Пенелопе Крус), и очень простая, но оттого ничуть не менее сильная, выразительная и печальная метафора: когда теряешь того, кого любишь, тебя с ним разрывают, едва ли размыкают. При всей внешней броскости, насыщенности драматическими (как бы сказали скептики, чрезмерно, утрированно драматическими) поворотами (привет детству режиссера, прошедшему в том числе и под мексиканские и аргентинские сериалы, в которых самое невозможное так легко становилось возможным), Объятия получились очень тихим, своего рода камерным, спокойным и грустным – без надрыва, без трагизма – фильмом. Почти все наиболее эмоциональные, драматичные сцены словно вынесены за скобки, прямо не показаны, исключения разве что сцена ухода Лены от своего богатого любовника Эрнесто (Хосе Луис Гомес) и авария. И то в первой всё перекрывает Крус своими глазами, пытаясь уползти, вырваться из той пусть золотой, но клетки, в которой оказалась по своей же воле, во второй же весь натурализм опущен – не он сейчас важен. Всё будто бы прошло, отболело за те 14 лет, призраки прошлого пусть и напоминают о себе, но душу на части не рвут. Главный герой, наткнувшись на газетную заметку, вспоминает, без отчаяния, без экзальтации то, что случилось когда-то, его верная помощница и агент Джудит (блестящая работа Бланки Портильо, однозначно одной из наиболее талантливых и мощных современных испанских актрис, гениально сыгравшей в Вернуться умирающую от рака Агустину) тоже вспоминает, и вспомнить ей окажется ничуть не меньше, а может даже и больше, чем ослепшему Матео. Равно как ничуть не меньше и пережить и ни с чуть не меньшим смириться.
Разорванные объятия – фильм не только о смирении, принятии прошлого и взаимном прощении. Это и фильм о том, что жизнь всегда продолжается, даже когда теряешь так много. Это и фильм-экскурс в творчество Альмодовара, едва ли его «8 1/2;», но ностальгические чувства сидящим в зале и знакомым с его ранними фильмами явно гарантированы, причем подчас в самых, казалось, бы незначительных эпизодах: вот появится на пару минут Чус Лампреаве в роли очередной консьержки в «фильме в фильме» или Росси де Пальма в образе безумной первой жены героя того же «фильма в фильме», и поток воспоминаний и ассоциаций будет неизбежен. Что уж говорить про сцену из этого фильма, чуть ли не прямую цитату из «Женщин на грани нервного срыва». Да, это далеко не новый прием в творчестве Альмодовара (в «Цветке моей тайны» главная героиня как раз сочиняла роман, сюжет которого благополучно лег в основу Вернуться, и таких примеров можно привести еще не один и не два), но, пожалуй, впервые на подобной сцене испытываешь такое мощное и щемящее чувство. То были безудержные, безумно талантливые фильмы 80-х – начала 90- х, время которых, равно как и они сами, уже никогда не вернется. Прошлое невозвратно. Ни в жизни, ни в творчестве.
… В самом финале, перед тем, как пойдут титры под пронзительную A ciegas (Вслепую) Мигеля Поведы, Матео-Гарри, закончив монтаж последней отснятой сцены того фильма, под восторженные отзывы Джудит и обретенного сына (Тамар Новас) произнесет спокойно: «Прежде надо завершить фильм». Дай Бог, чтобы Альмодовару довелось завершить еще очень многое.

Поздравляем Вас гражданин Альмодовар соврамши!

Снятый не без заездов на территорию мыльных опер фильм о любовном треугольнике не умеющего, видимо, пользоваться услугами проституток старого магната, его непрофессиональной и безнравственной молодой содержанки и любящего трахать чужих женщин режиссера. Досталось, конечно, всем.

Не ожидала такого слабого фильма от Альмадовара!!!
Дорогой Педрушка!!! Неужели ты совсем иссяк!!!
Где твои феерические истории?
Где юмор, где несчастные трансвеститы, наркоманы, проститутки с нормальными человечексими чувствами и историями???

Кроме потрясающе красивого видеоряда,насыщенных красок, красотки Пенелопы ВООБЩЕ НИЧЕГО В ЭТОМ ФИЛЬМЕ, увы, НЕТ!!!!

Мне кажется, что разбирать фильмы Альмодовара с точки зрения обычной критики (типа "замысел-концепция" и т.п.) бессмысленно. Поэтому такой беспредметно-язвительной кажется рецензия обычно точного г-на Волобуева.

Как и всякий реально большой талант, Альмодовар годами создает свой мир. Непохожий на другие миры и живущий по своим законам. Поэтому, на мой взгляд, в какой-то момент ты либо улавливаешь дыхание и пульс этого мира - либо нет. И это не осмысливается рационально, а скорее принимается или отторгается на уровне ощущений и эмоций.

Я мир Альмодовара принимаю таким, каков он есть. Как с живым человеком - его либо любят, либо нет, не пытаясь "разложить" на отрицательные и положительные стороны. "Раскладывают" маркетинговые продукты - поэтому так легко анализировать голливудские фильмы (концепция-воплощение). А о чем "Объятия"? Не знаю. Там нет жесткой голливудской "концепции" и "морального вывода". Как и другие фильмы Альмодовара, этот - похож на жизнь. Он про творчество, про любовь и страсть, про ревность и одержимость, про потери и смерть, про возрождение и надежду. Грустный и смешной. Нелепый и красивый.

И, как и всегда у Альмодовара, в "Объятиях" есть те чисто кинематографические моменты, которые навсегда врезаются в память. Бесстрастная женщина, "читающая" по губам реплики героев; Пенелопа Крус, озвучивающая сама себя на немом экране; стол, заваленный обрывками фотографий, как наша память, состоящая из вот таких рваных кусочков. Вот это - настоящее кино, "живая плоть" .

Такие моменты есть только у подлинных гениев кино. Как, например, улыбка Кабирии и Христос над Римом у Феллини. И, честно говоря, я такую "плоть" предпочту математически выверенным голливудским "продуктам".