Фильм

Мелодия для шарманки

Я не могу припомнить ни единого фильма, с которым можно было бы сравнить "Мелодию для шарманки" Киры Муратовой, вот как ни напрягаюсь - ни единого. И данное обстоятельство пугает меня, настолько увиденное мною выходит за рамки привычного кино. Возникает чувство, будто эта абсурдная одиссея Кая и Герды приснилась мне прошедшей ночью, а быть может и того хуже - то был кислотный трип, который мне нипочем не удастся пересказать.

Едва ли локоничность можно назвать коньком режиссерского стиля Муратовой. Я тут не поленился и нашел точное число персонажей эпопеи "Война и мир" Льва Толстого. Их двести два ( можете пересчитать сами, их полный перечень можно найти хоть в Википедии). Так вот здесь, в "Мелодии для шарманки", их не меньше. Портрет на портрете, и все разные, почти у всех реплики, - неистовый вальс меняющихся ликов, характеров, мелких деталей, многочисленных аллюзий, смыслов, ситуаций. Подлинный "Улисс", только в кино. Вот он, весь наш больной и суетный взрослый мир, лихорадочный вихрь, подхвативший двух сирот и закруживший их в гибельном вальсе.

На протяжение всей этой рождественской антиутопии Алену и Никиту будут отфутболивать от одного угла к другому, от парадной к парадной, на мороз, куда угодно, лишь бы с глаз долой. В самом начале фильма, когда они едут в электричке, коммивояжер предлагает пассажирам прикупить открытки к празднику. Среди них - иллюстрация новозаветной истории об избиение младенцев царем Иродом. Почти сразу же их высаживают с поезда за отсутствие билетов, затем местная шпана обирает их. И это только самое начало. Беззлобные и беззащитные, эти два воробушка совершенно неприспособлены к выживанию, даже когда судьба оказывается к ним благосклонной они и тогда не могут распорядиться свалившейся на их голову удачей. А вокруг мы, Вавилон, скопище грешников и равнодушных обывателей, которым нет никакого дела до двух неоперившихся птенцов, современных Кая и Герды, мы, способные снизойти разве что до брошенного вскользь упрека, но и в мыслях не имеющих помочь Алене и Никите.

В кадре была продемонстрирована весьма незаурядная операторская работа и во многом благодаря ей трехчасовой фильм смотрится, - да, именно так, - на едином дыхании. Звуковой ряд также заслуживает внимания. Аквариумные зависания, когда кинозал погружается в совершенную тишину на целую минуту, удачно чередуются с песней Земфиры "Господа" играющей три раза подряд. Нельзя не отметить и игры главных героев: поначалу складывается впечатление, что Кай и Герда соревнуются между собой, кто из них бездарнее воспроиведет свою роль, но чуть позже становится ясно, что Муратова ни в коем случае не требовала от своих малолетних актеров феерической игры, скорее напротив, - в этой холодной сказке всякие эмоции должны только обозначаться и не более того.

В своей вступительной речи к картине Олег Табаков, сыгравший настоящего дьявола в своей непродолжтельной, но очень важной в смысловом плане роли, напомнил собравшимся зрителям о сказку Пушкина о Золотом Петушке, который немедленно оповещал о любой беде в государстве. "Так вот, - говорит Кот Матроскин, - Кира Муратова этим фильмом аж в набат бьет. Беда! Беда!.."

А через три часа, когда завершился фильм, который, я уверен, просто обязан брать Главный Приз фестиваля, мы все разбежались, будто муравьи из разоренного муравейника. Кто куда.

P. S. Это самая лучшая рецензия к фильму "Мелодия для шарманки" Киры Муратовой. Берману и Жандареву привет!

Черствость, жадность, равнодушие и мелочность, в фильмы доведены до абсурда, как будто нарисованы художником-карикатуристом. Без этой комичности нам не понять, не прочувствовать весь ужас людского бездушия. Ведь многие зациклены на своих зачастую надуманных проблемах или наоборот живут благополучном мирке и не хотят думать о других, посторонних.

Кира Муратова сняла потрясающую картину, обнажающую проблемы общества гораздо эффективнее социальной баннерной рекламы. Вот только жаль фильм не пошел в массовом прокате: его видели единицы, сотни, тысячи, но не миллионы. Подавляющее большинство зрителей игнорирует авторское кино, выбирая спецэффекты и комедии с пошлыми шутками.

"Мелодия для шарманки" - не страшная сказка, а страшная реальность.

От детей и не требуется потрясающей игры: они обычные, настоящие, измученные, несчастные, но добрые, честные, искренние. Девочка Алена немного простовата. Мальчик Никита вовсе не дурачок, не блаженный. После смерти матери, боясь того, что их разлучат и поместят в разные детдома, дети едут в заснеженный Киев накануне Рождества искать своих отцов - краснодеревщика Алексея Богданова и скрипача Сережу... Оказаться без денег в большом городе? Нельзя согреться в парадных подъездах. За возможность просить милостыню на улицах необходимо платить проценты или арендную плату за место какому-то ушлому дяде, требуется согласование. И что им остается? Бродить по заснеженным переулкам и заглядывать в окна, где кудрявый розовощекий пухляк слизывает крем с большого торта или на подоконнике, как на витрине, выставлен аппетитный гусь, запеченный с яблоками? Пытаться своровать еду в супермаркете?

Самая ужасающая циничная сцена - та, где камеры наблюдения в магазине крупным планом фиксируют девочку, жадно поедающую хлеб и пытающуюся спрятать булку в муфту. Охрана показывает запись руководству: "Ну, надо же! А черный хлеб-то лучше идет! Что не съим, то понадкусываю! Это же настоящая пожирательница хлеба!" А чуть поотдать в кадре молодых, дорого одетых людей распихивают по карманам бутылки вина прямо из тележек. Этот момент подтверждает бытующее в народе мнение о том, что у нас сажают за мешок украденной картошки, а не тех, кто ворует миллиарды.

Пища для ума, дамы и господа!

Несколько дней после просмотра под впечатлением. Перед глазами стоит мальчик в драной куртке, смешной шапке со связкой шариков в руках, прижимающий к груди бездомную кошку - и слезы начинают течь по щекам. Огромное спасибо режиссеру за снятые шоры!

Встретились как-то режиссер Кира Муратова и актриса Рената Литвинова.
- Рената, иди ко мне в новый фильм играть!
- Ну Кира, я не знаю, а про что фильм? Я вот слышала, скоро фильм выходит, там двое гастарбайтеров ходят по Москве, ищут кого-то. Они такие потерянные, а их никто не понимает, вот эту их глубину души не чувствует, и они все ходят, ищут – вот в таком бы я фильме поиграла.
- Рената, а мы сделаем такой же, только вместо гастарбайтеров – украинские дети. Пойдешь?
- Ну да, только вот надо бы туда песни Земфиры. Много. Три штуки. А чтобы моя любимая песня «Господа» четыре раза подряд играла, тогда пойду.
- Хорошо, поставим везде Земфиру, а «Господа» четыре раза подряд.
- И еще одно… Я буду играть в костюме феи, и четыре китайца будут нести меня на таком стульчике, а вокруг снег и Рождество! И палочка, у меня обязательно будет палочка, какая фея без палочки?

http://www.obzorkino.tv/archives/1732

Как вы уже поняли, диалог, вероятность которого я реально допускаю, я описала неспроста. Двое детей: девочка Алена и мальчик Никита едут на электричке из своего маленького украинского городка в большой украинский город, чтобы найти своих отцов. Мама Алены и Никиты умерла, а их хотят отправить в разные интернаты, а значит, разлучить. На протяжении двух с половиной часов мы будем наблюдать их злоключения на вокзале, на городских улицах, в казино, на аукционах, в магазинах – везде, где никому нет до них дела. И по пути им встретятся не вполне нормальные персонажи, все до единого столь же странные, как сами дети. Я не зря сравнила сюжет с историей про Равшана и Джумшута, их бесконечные: «Извините, а где Алексей Богданов?» очень напоминали «Где найти нацайника?»

Этот фильм заставил меня почувствовать себя монстром. История про двух сироток, замерзших, голодных, никому не нужных, всячески несчастных по определению не могла оставить меня равнодушной. А эта не просто не вызвала чувства жалости и сопереживания, а даже пробудила крайнее раздражение. Посудите сами: дети разговаривают практически по слогам, и вообще не симпатичные. Мне самой неприятно это писать, но таким детям сложно сочувствовать, я им не верю. Герой Табакова рассказывает по телефону героине Ренаты Литвиновой: «Тут такой мальчик, как из сказки! Такой мальчик-мальчик! Вот настоящий мальчик, каким он должен быть». Вот уж извините, но в сказках, которые я помню, мальчики были совсем другими. В фильме как бы намекается, что дети слегка умственно отсталые, возможно, этим и объясняется заторможенное проговаривание текста по слогам, но вот только это вызывает еще большее раздражение. Как только слышишь первый возглас девочки: «Что у тебя на ногах?!», хочется втянуть голову в плечи и не слышать этого больше.

Дети, стоит признать – это полбеды. Вторые полбеды – это окружающие равнодушные взрослые. Мало того, что нам раз двадцать «ненавязчиво» намекают, что современная вокзальная толпа – это клоны, эти клоны еще и все, как один, сумасшедшие. Одни распевают абсурдные песни, другие в беспамятстве орут что-то из Евангелия, третьи спят кверху ногами в разноцветных носках. Если казино – то все женщины в блестках, перьях, мехах и шелках – причем, сразу. Нормальных людей там нет, все – гротеск и доведение до абсурда. Ну и апогей, конечно, это пятиминутное явление Ренаты Литвиновой верхом на китайцах в костюме феи в самом конце фильма. Прибавьте сюда не вполне адекватных детей – и вот вам концепция ада в моем представлении: все вокруг сошли с ума, и я, кажется, тоже.

Если режиссерская цель – вызвать сочувствие и напомнить людям о том, что вокруг много детей, на которых надо обратить внимание – не надо превращать все это в балаган. У Киры Муратовой получился именно балаган. Да, в фильме много деталей, и они довольно легко читаются, но некоторые вызывают недоумение. Например, девочка стоит у открытого настежь окна, за которым в квартире шумно веселятся взрослые и дети общим количеством человек десять – но мы не слышим ни звука. Мы проверяем уровень звука, проверяем уши, проверяем, не сошли ли мы с ума (что вполне вероятно), а потом понимаем, что это был прием. А может, надо бесхитростнее действовать? Я плакала на фильме «Кука», просто при виде маленькой голодной девочки, которая смотрит на крутящуюся витрину со сладостями. А в «Шарманке» в абсолютно такой же сцене я не плакала, я даже не думала плакать, я думала о том, как меня может так раздражать такая, по сути, трогательная история.

Вердикт: смотреть исключительно поклонникам Киры Муратовой. Остальные – не повторяйте моих ошибок.

(c) Обзоркино

ВЗЫВАЯ ИЗ БЕЗДНЫ
Рождественская история «Мелодия для шарманки» в исполнении Киры Муратовой

Кира Муратова сняла рождественскую историю. С сиротами, ищущими отца. С феей в финале. Прямо как в старом стихотворении: «Ветер выл, сияли звезды, на дворе мороз крепчал. Шел по улице малютка, посинел и весь дрожал». Сколько таких сказок написано, сколько фильмов снято! Они порой весьма трагичны, чаще вызывают счастливые слезы в конце. Сюжет «Мелодии для шарманки» внешне развивается по всем канонам жанра. Но ожидать хэппи энда от Киры Муратовой может только человек, не знающий ее творчества.
Ее фильмы многие не любят. Раздражает слишком медленное развитие сюжета. Периодически он как будто затормаживается – герои с разными интонациями долго повторяют одну и ту же фразу. Да и назвать их героями в привычном понимании язык не поворачивается – часто это какие-то незначительные личности, почему-то заинтересовавшие режиссера. И она, словно под микроскопом, долго и пристально рассматривает очередного представителя человеческой породы.
Но именно за эти особенности творческого почерка Муратову ценят ее поклонники, к коим отношу и себя. В начале перестройки увидел ее «Короткие встречи» и «Долгие проводы», почти двадцать лет лежавшие «на полке» – и сразу влюбился в них. Потом появились другие вовремя не вышедшие на экран фильмы «Постигая белый свет» и «Среди серых камней». В их титрах фамилия Муратовой отсутствует. Ленты были подвергнуты такой «кастрации», что она подписалась псевдонимом. Но даже и в таком виде они производят неизгладимое впечатление.
С конца 80-х Кира Георгиевна, словно наверстывая годы простоя, работает напряженно. Начиная с «Перемены участи» 1987 года и кончая «Два в одном» 2007-го, ее фильмы становились всё более отточенными по форме. Но – и это смущало даже ее почитателей – всё более холодными. Исчезли теплота и сочувствие к людям, свойственные ее первым лентам. Особенно «Долгим проводам» – несомненному шедевру. Теперь же она с долей брезгливости рассматривала человеческие экземпляры, находя в них черты вырождения. Кажется, только животные – чаще всего это собаки или лошади, не вызывают у нее отвращения. Даже ребенок – девочка Лиля Мурлыкина в «Трех историях» – предстает скорее воплощением смерти, а не очаровательным детским существом.
В «Мелодии для шарманки» она собрала паноптикум из всех своих прежних историй, прибавив к нему новых моральных уродцев. Первые зрители отмечают, что этот фильм по числу персонажей приближается к «Войне и миру». Большинство из них появляются на минуты, а то и на секунды, но запоминаются как образцы бесчисленных людских пороков и слабостей. В грандиозной мистерии нет только одного персонажа – того, чье Рождение с размахом отмечается в течение двух с половиной часов экранного времени.
На этом празднике не духа, а плоти нет места и двум существам, но за ними-то пристально и наблюдает Муратова весь фильм. Мастерство исследователя «мертвых душ» на сей раз вновь обогащается истинным сочувствием к малолетним героям. И именно благодаря этому «Мелодия для шарманки» воспринимается как абсолютный шедевр.
При этом Муратова ни на йоту не изменяет себе. Сюжет фильма прост. У сестрицы Аленушки и братца Никиты умерла мама. Органы опеки решили отправить их в разные детские дома. А они не хотят разлучаться и перед Рождеством отправляются на поиски отца. Вернее, отцов, потому что они разные. Их путешествие начинается в электричке, продолжается на вокзале. Потом они попадают в казино, супермаркет. Взрослых персонажей режиссер по-прежнему «накалывает на иголку» и с чувством брезгливости констатирует: «Экземпляр лишен жизненно важного органа – души». Кто-то, наверно, родился с этим дефектом, у кого-то душу ампутировали. Но Аленушке и Никите дарована способность любить и сострадать. Эти чувства можно утерять очень рано. Беспризорники, забравшие у Никиты пальто, и профессиональные малолетние попрошайки, изгоняющие сирот со «своей» территории, уже погибли безвозвратно.
Финал по-муратовски жёсткий. Вдруг появляется «волшебник» – «новый русский» (вернее, украинец, потому что Муратова по-прежнему работает на Одесской студии). Ему приглянулся сирота – отличный подарок на Рождество бездетной жене! Только вот он спешит в аэропорт. Нувориш звонит супруге: в супермаркете ее ждет сюрприз – прекрасный мальчик. Пока она в костюме феи (впрочем, скорее «Снежной королевы», заморозившей сердце Кая) добирается до магазина, мальчика выставляет на улицу охрана. Он бредет по холодному городу, забирается на чердак нежилого дома. Наутро окоченевшее тело находят рабочие. Так заканчивается эта пронзительная рождественская история.
Пересказываю фабулу без опасений, что испорчу впечатление от просмотра. Во-первых, фильмы Муратовой невозможно рассказать, их нужно смотреть. Во-вторых, увидеть «Мелодию для шарманки» не так просто. Как всегда, прокатчики не рвутся донести до зрителей ее шедевр. Даже в Москве после премьерного показа фильм не допустили ни в один кинотеатр. Но для тех, кто любит настоящее кино вообще и Киру Муратову в частности, с появлением Интернета преград нет. Ищите и обрящете!

"Мелодия для шарманки". Я не большой знаток Муратовой, но скоро буду. Так вот из 4х ее фильмов, что видела я, этот, пожалуй, самый ударный. Пересказать, передать его не получится, надо прям всем смотреть. Особенно жителям больших городов, хотя там, конечно же, картина всего мира. В целом неплохого, родного и понятного, но очень холодного к ближнему.

Начался показ со слов, что Кира Георгиевна заболела, поэтому не представляет сама свой фильм. Сбоку раздалось: "Будешь тут нездорова, ТАКИЕ фильмы снимать!!".
Мужик этот ушел на 25-ой минуте с мотивировкой: "Ну если у такого режиссера так переигрывают, то чего ждать от остальных"
А я наконец поняла, что нельзя не переигрывать в таких фильмах. Если в серной кислоте увидишь не театрального персонажа, а живого человека, то вообще можно умереть там в зале. Она своими многочисленными повторами фраз и чудаковатостью героев отрезвляет зрителя. Думаю, из жалости.

За 10 минут до окончания фильма в моем ряду одна женщина стала проситься выйти. В Доме кино между коленями и спинкой впереди стоящего кресла нет пространства. И началось: "Я что, должна вставать из-за вас? Потерпите 10 минут. Что же это делается-то!" "Ну мне очень надо". Фырчание, пыхтение, ненависть молчаливых глаз. А ведь шла 140-ая минута фильма про то, как умирают люди, УМИРАЮТ ЛЮДИ, от того, что все кругом обычные и даже местами хорошие, только слепые и равнодушные, и так сильно заняты, что нечаянно жрут людей.

Спасибо Вам, Кира Георгиевна, я очень Вас люблю. Дай бог Вам и здоровья, и денег, и сил еще на несколько шедевров, но что-то заплакалось мне в машине, не от фильма, а от того, что этот душевный пилинг и тримминг не лечит.

"Никому ничем нельзя помочь, разве что жить здесь, видеть свои собственные сны и развешивать их по утрам на просушку на балконных перилах, чтобы ветер разносил их, как мыльную пену, куда попало: на верхушки тополей, на крыши трамваев, на головы избранных, несущих, как заговорщики, белые флоксы - тайные знаки возрождения" Татьяна Толстая "Чужие сны"