Фильм

Реальный вымысел

Ким Ки Дук, безусловно, мастер реклам. И фильм этот напоминает по структуре рекламу. Есть одна сюжетная линия, одна идея, и идет реализация. Думаю, его можно было уместить минут в 15, вот честно. Но Ким Ки Дук выбрал это сделать фильмом, просто своеобразным. Значит так и будем называть.
В фильме показывается, что убийство это порог. И когда пересекаешь – ты уже знаешь, что ты умеешь это делать. Что ты можешь это сделать. как лишение девственности. Тем более у того, кого обижал мир. Эмоции это энергия, они в любом случае накапливаются. И потом, да еще и при шансе. Выпуск. Всплеск. Наружу. Выстрелил..
И
Убил.
И теперь знаешь. Что это очень просто. Одно движение пальца.
Одно за одним он несет возмездие по сценарию. И фильм именно об этом, о возмездии, точнее о том, как жаль что осуществлять его можно только в мыслях.
Но бывают и непонятные моменты именно сценические, такие как постер Титаника в офисе продаж змей, например. Так я и не понял зачем это, а ведь зачем-то, не думаю что проглядели. А может и так, случайно..
Знаете, снимать кино о какой-то черте характера сложно. Это как система пантомим, хоть и с голосом.
Любительские съемки и ракурсы, театральная игра актеров и умопомрачительные меткие идеи – стиль Ким Ки Дука. И здесь он непревзойденный. И здесь он дома.

Ну а чего ожидать, если картина снималась всего 200 минут.

«Плохой парень» корейского кинематографа снял настолько до смешного символичный и до студенческого глубокий и авторский фильм, что впору бы задуматься о состоятельности этой картины как таковой, если бы не спасительный финал, которым Ким отнюдь не ставит все на места, но в корне меняет отношение к картине. Каким бы оно ни было до начала финальной сцены. Но до этого будет много всего и все будет крутиться, конечно же, вокруг молчаливого парня, который сидит на площади и рисует за вознаграждение портреты прохожих. Но все у него идет как-то не так. И клиенты попадаются стервозные и недовольные, и хулиганы деньги постоянно отнимают, а тут еще и девчонка с ручной камерой вокруг ошивается и проявляет инициативу в плане помощи и перестройки внутреннего я героя, вытащив того на сцену какого-то подпольного заброшенного театра, где тот метафорически встречается с неким человеком, вынуждающего того сначала выплеснуть накопившиеся по жизни проблемы, а потом пойти их решать ну самым прямым способом – убивать.
Большинство сцен сняты на 2-3 три камеры, статически установленные в разных углах, плюс, иногда, ручная камера, играющая роль летописца происходящего. Несмотря на обилие трупов и щадящего вида насилия в картине, как какой-нибудь слэшер фильм не воспринимается. Слишком плотно он для этого упакован в слои аллюзии, слишком экспериментальным и символичным он выглядит. Может быть это был такой странный, но действенный способ изгнания собственных внутренних демонов режиссера. Может – акт социальной хирургии, так как тут собраны практически все проблемы современного общества – взаимоотношения с родителями, проблемы с начальством, унижения в армии, предательство друга и подружки. И ведь операцию эту сложно назвать столь уж экстремальной, по крайней мере, если сравнивать даже с теми же европейскими кино-хирургами, Ким даже в этой картине выглядит слишком философски настроенным, чтобы устраивать обычную артхаусную душегубительную массакру. Однако в этот раз у него чуть-чуть не хватило ресурса, чтобы превратить шикарную идею в нечто большее, чем интересный и захватывающий кино-эксперимент-зарисовку.