Фильм

Съемки в Палермо

Что за мания искать сюжеты во всех фильмах, что за бестолковость мерить каждый фильм одним "общепризнанным" метром про "доступность, понимаемость, воспринимаемость, связность и тд и пр"??

Это какое-то клипово-порнографическое восприятие работы - начал-работал-кончил.

Есть еще такая глупая и бестолковая штука - ощущения. Есть поэтому - ощущенческое кино. Кино - узор, со своим характером, которое передает зрителю некий набор ощущений, которые потом, бессзнательно, укладываются в определенный смысл.

Его не нужно постигать прямо сейчас, удовлетворенным выйдя из кинозала и "все поняв и разгадав".

Таке фильмы создаются не для этих целей.

Не смогли понять? Не беда. Почувстуйте.

Очень тонкий фильм (нееет, не вульгарный ужастик про смерть - ее не страшно) про одиночество, про поиск себя и осознание себя.

Я бы сказал так: человек рождается в многомерной системе координат. Самая сложная задача - найти свои абсцисс и ординат. Где ты есть в этой системе.

Найдешь - будет тебе счастье.

А сюжет такой же, как и в жизни - размазанный по каждодневной телесериальной рутине, но сдобренный индивидуальными переживаниями и соображениями о смысле существования в меру личного опыта.

PS Снято вовсе не красиво, а обычно - не понимаю, откуда взялось такое описание.

Показания:
- под настроение, когда хочется отвлечься от бытовых проблем
- киноэстетам - да
- смотреть в расслабленном состоянии

Противопоказания:
- строго противпоказано наголливуженному зрителю - зевота и возмущения отсутствием "киноаттракциона" будут яркими побочными эффектами

Буду краток: Palermo Shooting — возмутительная, пошлейшая ода хипстерской ennui и наглядному потреблению.

Несносны переживания мучительно стильного немецкого фотографа, ужасно в своей неотвратимости появление "прекрасной" и "одухотворенной" северо-итальянской реставраторши, тягостна coffee-table-мистика беременной Милы Йовович, а главное — этот парад потребления... Ах, Плаубель... О, Лейка... Wow, средиземноморская патина старины... Нокия и Веспа — как же без них... Античный roadster и современная архитектура, серое-на-сером, минимализм и модернизм... И посреди всего этого безоблачного успеха — стареем, поиски смысла жизни... Какая глубина, какая человеческая трагедия... Тут же начинается потребление духовности, в удобной многоразовой упаковке — немного символизма a la Дисней и немного утешительной поп-философии a la Опра Уинфри.

Боже мой, а до чего же хипстеры влюблены в свои музыкальные вкусы... Боже, Боже, покарай их playlists, лиши их стерео-гарнитур, порази в гневе своем их самовлюбленные позы и дурацкие татуировки, срази их наборы футболок и иронических цитат, очисти Землю от этой media-friendly скверны... Пусть воцарится не-кульность наконец, пусть народы Земли вздохнут спокойно, пусть придет totally fuckin' cornball царствие Твоё...

А эта смазливая дурочка, которая играет фотостудентку? Она читает свои идиотские реплики с усердием, достойным фабричной самодеятельности — кто писал эти диалоги? Сколько Schwaenze ей пришлось обслужить, чтобы эту роль вписали и её поставили перед камерой? «Что вы видите под поверхностью? Если нечего приоткрыть, то зачем фотографировать?» Ой вей...

Хорош только Деннис Хоппер (кстати, сам прекрасный фотограф) — но он всегда хорош, потому что он бЕзум и всегда играет себя самого. Сделать ставку на него было всё равно, что использовать подставных игроков в школьной команде — ну выиграли, ну и что? Ничего. Получился обычный немецкий романтизм: тяжелый и наивный, как шницель, и столь же лишенный всяких нюансов и противоречий...

Боже, покарай Вима Вендерса.

Жил-был талантливый или "талантливый" фотограф. Делал фоты на раритетные фотоаппараты, вставая в странные позы, как положено, вопя на моделей и ассистентов, мотаясь по каким-то дорогам, потыцкивая в клубах малознакомых, но весьма симпатичных тёлочек...
На досуге он смотрит в окно и совсем не может спать, ибо только засыпает - видит жуткие кошмары. И вообще - жизнь в минус, всё гоуно, надоело всё... кризис личности, вроде как.
Если бы по сценарию был предусмотрен психиатр, то он дал бы главному герою антидепрессантов, да и дело с концом... т.е. фильму конец. Но, так как фильмов не бывает на пару минут длинной, то и психиатра нет. А зря, ибо к середине фильма у героя наступают глюки. Герой сваливает в Палермо, где за ним начинает бегать безбровый чувачок Смерть. Там же в Палермо фотограф встречает миленькую Флавию, в которую то ли влюбляется, то ли хрен поймёт что... секса у них до конца фильма не было. Ну, по крайней мере, нам не показали.
Самое главное, что в конце фильма герои приезжают в небольшой городок, где останавливаются в доме покойной бабушки Флавии. Фотограф выходит ночью пописать, вдруг снова начинаются глюки, приходит Смерть и начинает Фотографа забирать себе. Фотограф сопротивляется, просит не трогать его и прочее бла-бла-бла, обещает исправиться. Смерть говорит, что Фотографу пора помирать, так как он не почитал жизнь. Из чего можно сделать вывод, что почитающие её не умрут никогда. Секрет бессмертия открыт, как всё просто. Всё просто, аж до банальности. Мысль не новая. Режиссерских находок нет. Идея растянуть первую часть фильма и сделать её несколько скучной была довольно плоха. Мы, конечно, привыкли, что умное кино выглядит занудно, но только выглядит... и недостаточно выглядеть занудно, чтобы быть шедевром.
Короче говоря... про что кино? Я не поняла. Кризис личности, депрессия и нарушение сна и желание помереть у известного фотографа? В сотне фильмов это видали.

Вобщем, потолковал Фотограф со Смертью про создателя, цифровую фотографию и фотошоп, а потом они нашли общий язык, смерть попросила фотосессию и отстала. Кстати, покойная бабушка Флавии всю жизнь была врачом. И куча всяких лекарств осталось в её доме после смерти. Вероятно, там были и антидепрессанты, так как потусовавшись в этом доме, герой пришел в себя и ударился в поитив.

Саундтрек хороший, кстати.
Тройбан.

Фильм понравился, и даже очень. Но, несмотря на это, или вопреки этому, после просмотра осталось ощущение некой «сыроватости» его наполнения. Такое случается, когда хочешь сказать и выразить настолько много, что эта глыба грандиозности замысла в какой-то момент придавливает тебя, и не получается реализовать задуманное. Возможно, такое произошло и с Вендерсом. Оно и понятно, хоть тема и не нова – поиск себя, смысла своего существования, творческой реализации, с вплетением в это размышлений о роли смерти в самоопределении и познании человеком самого себя, – но это одна из сложнейших тем, не имеющих готовых ответов и алгоритмов решения. Поэтому я не предлагаю вам осмысливать этот фильм или отдельные его сюжеты, кадры, диалоги. Просто посмотрите его и попробуйте почувствовать. Рекомендую.

Очередная лента уставшего от жизни культового режиссера, творчество которого, правда, в последнее время вызывает порой бурные споры и вздохи разочарования. Например, как с этим фильмом, посвященным диалогу творческого человека и смерти. В роли Художника – Кампино, который вообще-то музыкант, в кино снимается по огромным праздникам, а играет в этот раз вообще именитого фотографа, который нарасхват и для семейного альбома Милы Йовович, и для важной бразильской галереи. Зато в роли Смерти – ничего не боящийся гуру и полубог американского кинематографа – Дэннис Хоппер. Признаться, их встреча – это единственное, ради чего стоит смотреть картину.
Впрочем, это тоже не вся правда. На самом деле, фильм невероятно фотографичный, красивый и визуально превосходный. Конечно, рецепт прост – итальянские городские ландшафты, качественный оператор и толковый режиссер. Поэтому, например, можно сидеть и наслаждаться видами южной Италии, так как вышеуказанная встреча двух главных фигур, в которой Смерть расскажет Художнику, что цифра – это тренд и попса, а фотошоп – вообще ересь и мракобесие, произойдет ближе к концу, а до этого Хоппер будет стрелять в Кампино видимыми только для последнего стрелами, а сам Кампино будет шататься с праздным видом по улочками Палермо, слушать приятную музыку, размышлять на глобальные темы, видеть видения разной силы абстракции и для хоть какой-то интрижки влюбляться в девушку-реставратора. Зрелище не из самых занимательных, надо отметить, даже на общем фоне привычной для Вендерса неспешности и показной скуки.
Основной посыл просматривается просто. Современные технологии искусству никак не помогают, а прямо-таки даже мешают. Вот раньше было хорошо, не то, что сейчас. Плюс, конечно, фильм откровенно посвящен Бергману и Антониони, для этого даже не нужно дожидаться конца картины. Отсылки к этому разбросаны по всему фильму и сделаны достаточно грубовато. Занимательно, что после таких достаточно откровенных ностальгических пассажей, Вендерс отправился снимать что-то исключительно цифровое. Как же так?