Фильм

Под прикрытием

Обычно сладкий секси-бой с вальяжной походкой и плотоядным взглядом, он тут выдает жесткого наркобарона брутальней некуда.

Чернокожий полицейский Рассел Стивенс (Лоуренс Фишберн) приходит на собеседование в спецгруппу «Агентства по борьбе с наркотиками» и правильно отвечает на вопрос: «Какая разница между чернокожим и черномазым?». Его куратором становится мудрый наставник с добрыми глазами Карвер (безмерно обаятельный Чарльз Мартин Смит). Он убеждает Стивенса внедриться в преступный наркосиндикат и сдать полиции его главарей. В их числе высокопоставленный латиноамериканский политик Гектор Гузман, на которого имеет зуб Госдепартамент. О том, что вся операция – часть большой политической игры, Рассел поймет к середине фильма. Но будет поздно, и придется выбирать, на чьей он стороне: продажной полиции или новых друзей наркодиллеров.

65-летний актер-режиссер-продюссер и любитель гангстерского кино Билл Дьюк нашел, кажется, единственно верные интонации, с которыми надо рассказывать этот донельзя избитый сюжет. У него все довольно условно: Феликс Барбосса — собирательный образ всех наркобоссов. Его правая рука Гофер — ну разумеется, толстый коротышка. Эдди — вариант «Промокашки», нервный член банды с понтами, заправляющий сетью уличных диллеров. Коррумпированный адвокат Дэвид Джейсон (Джефф Голдблюм) — свой человек в суде.

В середине фильма происходит главный фокус — условность как-то незаметно исчезает. Появляется непродажный и набожный полисмен, а негодяй-адвокат оказывается не таким уж плохим парнем, с принципами, моралью и понятием «крепкой мужской дружбы». Персонажи перестают быть нарисованными карандашом и проступают красками всей цветовой гаммы и смысловой палитры. Довершает эту метаморфозу великолепный финальный спич Голдблюма: «Нам было весело. Я знаю, что тебе нужны деньги, власть и женщины. И неважно, полицейский ты или нет. Садись в машину». …Если подумать, нечто подобное хотел сказать «Мистер Белый» умирающему у него на руках Тиму Роту в «Бешеных псах». Но в отличие от Тарантино Дьюк довел-таки эту моральную дилемму до разрешения.

Действие ленты, как в художественном произведении, состоит из полноценных сцен-глав. У каждой - начало и конец. Камера не бегает вслед за героями. Это они подбегают к ней, становятся на четко выверенном расстоянии и, отдышавшись, произносят свои тексты, стреляют, а потом уходят или падают замертво. В это сложно поверить (любители клипового монтажа, наверняка, рассмеются), но драйв от такой старомодной и уверенной режиссуры не теряется, а наоборот — возрастает раз за разом. Ощущение, что смотришь 100% нуар усиливается, когда слышишь закадровый голос гл. героя Фишборна, и не прерывается даже с виду современной погоней на лимузине. Весь экшн происходит не столько снаружи, сколько внутри несущейся машины. Там - и крупные планы, и диалоги («Felix the rat! Felix the rat!»), и стрельба, и торжество справедливости. Кино в кино, блин. Учитесь, салаги!