Фильм

Любовь

В полной тишине по экрану ползут финальные титры. Дергается веко. Затекла нога. Выходя из кинотеатра, ощущаешь порыв пронизывающего ветра в лицо и совершенно конкретное бурление в желудке. Но все это - ничто. Потому что экзистенциальная боль заполнила всего тебя, и выбраться из ментальной пропасти ты не можешь.

Мимо тебя проходят люди. Ты смотришь на сумку с геральдическим переплетением двух С, а видишь кусок кожи, срезанный с жалкой тушки животного. Ты смотришь на телефон с изображением яблока, а видишь глубокие морщины на руках работницы китайского завода. Ты смотришь на мраморную плитку перехода, а видишь кровь на руке рабочего, который клал эту плитку в дождливый осенний день.

Без попкорна. Без пивасика. И лучше в одиночестве. Чтобы задуматься о ценностях, любви, жизни и смерти. И при этом испытать страх, боль и горечь. И не стыдиться слез. Не бояться эмоций. Честных, искренних, некетчупных. И понимать, что "воображение и реальность имеют между собой мало общего".

Гениальный Ханеке, легендарные Трентиньян, Рива и Юппер - невероятны, незабываемы, уникальны.

Именно Любовь - главный герой фильма. Именно та, о которой апостол Павел говорил "Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит...". О такой любви сейчас редко снимают кино, о любви, будто божественной, когда любишь и ничего не требуешь взамен. О той любви, что заботится до последнего и не бросает. Ни в горе, ни в радости, ни в старости.

Старость - вторая главная героиня фильма, обволакивающая каждый кадр и заставляющая опускать глаза в смущении и страхе. У нас не принято говорить о старости, да и думать о ней неуютно. Может, от этого в течение всего фильма на глаза непроизвольно наворачиваются слёзы. Хотя в "Любви" старость не страшная старуха с клюкой, с неухоженными стариками, кои представлются нам в России, говоря о старости; здесь она, главным образом, - препятствие любви, растянутая во времени смерть. И Любовь с ней борется и, знаете, побеждает. Любовь, которая, как в юности - на грани, и, как в зрелости - со всей ответственностью.

Я могу с уверенностью сказать, что Любовь в этом фильме побеждает, потому что "в отличие от жизни, от болезней и даже от смерти — любовь вечна". Любовь побеждает, лишь не могу с уверенностью утверждать, что эта та сама божественная любовь, о которой я говорила в начале. Мне думается, что здесь побеждает всё же любовь человеческая..

***
Титры идут безумно долго, народ не выходит и тихо смотрит на экран. Саунтрека нет. Это вообще очень молчаливый, камерный фильм, снятый в одной парижской квартире, гениальным Михаэлем Ханеке со знаменитыми французскими актёрами Жаном-Луи Трентиньян и Эмманюэль Рива, и ставший победителем Каннского фестиваля этого года. Я выхожу из кинотеатра и останавливаюсь около газетной лавки. В первом ряду - три разных журнала с новостями о том, какие звёзды и почему развелись - после этого фильма эти новости для меня, как когнитивный диссонас. "В мире что-то не так".. - думаю я.

Совершенно убойная "Любовь" Михаэля Ханеке. В сущности, любовь - это не завтрак в постель, не цветы по праздникам, не поцелуи. Это когда кто-то в тот день, когда ты не сможешь больше жить, положит тебе подушку на лицо и будет держать, пока твоя боль не уйдет навсегда. А потом откроет дверь и уйдет вслед за тобой.

В фильме с названием «Любовь» любовью и не пахнет. Совсем.
Пахнет ссаными простынями, пахнет сыростью, плесенью, нафталином.
Пахнет всей этой старческой немощью, стыдом, отвращением, но только не любовью.

Да и откуда взяться запаху любви, если любви там нет как класс?
Это кино сделано без любви и не про любовь.
Это вообще не кино.
Это этюд — сочинение для развития или демонстрации определенных технических навыков игры (как сказано в музыкальной энциклопедии). Однако даже в этюдах помимо, собственно, техники, бывает, иногда теплится жизнь. Бывает, но только не в этом…

Режиссёр Ханеке придумал себе техническую задачу: в течение двух часов удержать на месте живых людей, показывая им еле тёплую зарисовку про двух еле двигающихся стариков, снятую еле двигающейся камерой. Актриса Эмманюэль Рива поставила себе не менее сложную задачу: в течение двух часов незаметно перевоплотиться на глазах изумлённой публики в овощ. Наконец, Жан Луи Трентиньян также принял не самый простой вызов — в свои восемьдесят с лишним лет стать единственным живым существом на этих похоронах. Музыкальный редактор, оператор, звукорежиссер, ассистент младшего ассистента — все они, разумеется, тоже поставили перед собой свои, какие-то очень сложные, задачи.

И ведь, что интересно, — все справились, — технически всё безупречно.
Ну что ж, молодцы, канскую пальму вам в руки и гольфстрим вам в спину.
Вот только смотреть на это торжество технического совершенства совсем не хочется.
Равно как и вспоминать. Особенно тем, кому уже "посчастливилось" в своей жизни надевать подгузники XXXL на чью-то задницу, смотреть в когда-то любимые, а ныне — слезящиеся и обессмыслившиеся глаза, скармливать водянистую кашу в шамкающий рот, горстями отсчитывать пилюли и часами слышать почти животное мычание, испытываемое от нечеловеческой боли. Для них этот фильм не нужен. Они и так уже всё знают.

Не нужен он и для других — ставящих по сотне лайков в день, со знанием дела рассуждающих обо всём на свете и, возможно, в этот самый момент самозабвенно клянущихся в любви до гроба. Настанет время — узнают на собственном опыте. И после этого действительно многое для себя поймут. А сейчас им, из простого любопытства, смотреть на старческий стыд — это как для дочери спрашивать парализованную безумную мать: "Мама, как я могу тебе помочь?"

Это второй фильм, который я не хочу и не захочу пересматривать. Первый - "Выбор Софи". Второй - "Любовь". Потому что помню каждый кадр, каждую реплику, каждую мизансцену. Это не фильм для похода на свидании, не легкое развлечение, не приятное для глаза зрелище, но удар наотмашь по лицу, как та пощечина в кадре. Этот фильм слишком хорош и слишком силен, чтобы увидеть его второй раз. Может быть, потом, когда -нибудь... Когда улягутся воспоминания от ухода близкого человека, также побежденного инсультом, медленно и верно отбирающим рассудок и превращающем любимого человека в беспомощное тело.

После этого фильма я уже не смогу смотреть слащавые мелодрамы про любовь, все эмоции в них ненастоящие, неправильные и киношные. Любить, когда все хорошо, очень просто. Прожить всю жизнь и пережить такое - вот это и есть Любовь...