Фильм

Последний киносеанс

Снятый в 71-ом году на черно-белую пленку «Последний киносеанс» тогда, в расцвет цветного кино, выглядел даже не «вкусовщиной» (как скажем нолановское «Преследование» в 98-ом), а неким динозавром после Ледникового периода – явлением того, что вроде как на днях буквально окоченело и слава Богу. Однако режиссура, световые решения и работа оператора в фильме тоже вылеплены из приемов 50-х годов, когда о цветном кинематографе могли только мечтать, а герои на экранах казались недосягаемыми гиперборейцами, сверхлюдьми. Умышленно перемещая героев новой Америки в запыленный Техас (а этот штат всегда считался самым проамериканским, этакой цитаделью American dream, оплотом нации без нации), Богданович будто бы документально свидетельствует о стране, которую всего лишь за двадцать лет подменили. Боттомс и Бриджес, встроенные в контекст старой Америки, не становятся Джоном Уйэном или Хамфри Богартом – скорее они выглядят жалким подобием тех полубогов, которые вызывали восторг и которым хотелось подражать.

Стилистика 50-х годов у Богдановича работает как хромотографическая бумага, на которой все четче проступают мутации и отклонения, явственнее видна фальшь. Но поразительно и то, что в движение вся эта черно-белая машина приводится исключительно пороками и грехами. Пущенный режиссером в контрход монолог стареющего «льва» Бена Джонсона о прошлом выглядит как пыльный семейный альбом дедушки – он красивый и милый, с фотокарточек смотрят молодые люди и каждый из них полон надежд, но тем не менее он старый, края страниц загнулись, да и места на полке он занимает многовато уже. Знаково, что «Оскары» (помимо сценарного) «Киносеанс» получил именно за роли второго плана – упоминавшийся Джонсон и Клорис Личмен, чей образ также вынесен из не столь далекого прошлого страны.

Радует, что, снимая самый что ни на есть злободневный соцреализм (экзистенциальную драму, если хотите), Богданович, которому тогда было всего 32 года, не поддается главному соблазну фактуры – скатыванию в откроенную чернуху с грязью. Некая отстраненность и флегматизм во взгляде режиссера – кажущиеся вещи, возникающие скорее от воспитанности и чувства меры (герои тут и сексом занимаются очень старомодно и стыдливо). Но при малейшем приближении видно, что место апатии занимает грусть: уже само название фильма – «Последний киносеанс» – выдает в режиссере не просто человека с киноаппаратом, а человека сочувствующего. В самом конце у Богдановича в полупустом зале покажут «Красную реку» Ховарда Хоукса, где в неизведанные прерии, полные надежд, пустится стадо скота, а за стенами оператор Роберт Сертис покажет зрителю свой последний киносеанс с клочками газет, играющими в «догони!» с иссохшим перекати-поле.

«Последний киносеанс» Питера Богдановича, снятый им на заре своего творчества, ставший поистине народным фильмом для Америки, раскрывающим сущность жизни в американской глубинке, настроение общества и тематику многих последующих голливудских творений, блестящий по стилю и исполнению с потрясающей черно-белой визуализацией, полный ностальгии по черно-белой эпохе, до сих пор остается ключевым фильмом для понимания американского кинематографа и социальных проблем 60—70-ых годов.

Богданович показывает жизнь богом забытого городка где-то в Техасе. В центре повествования — Дуэйн и Сонни, два школьных друга, которых отлично исполнили Тимоти Боттомс и еще совсем молодой Джефф Бриджес. Роль их подруги сыграла безумно обаятельная Сибилл Шепард. Последние дни их школьной поры, юности где-то среди безликих пустошей Техаса, где жизнь то ли еле течет, то ли вообще остановилась.

И если взрослые давно смирились с таким бесцельным существованием, то молодежь еще верит в свои идеалы, надежды, мечты, тоскует по совершенно другой жизни. Но судьба жестока к ним, ведь как бы не желали главные герои перемен, то если они и смогут убежать из своего родного города, то только за такой же бессмысленной, но еще более жестокой жизнью на войну в далекую Корею.

Блестяще стилизованная под 50-ые, раскрывающая тематику 60-ых, но уже возвещающая смену еще относительно романтически настроенного поколения «Беспечного ездока», «Бонни и Клайда» более трагичной и беспощадной к своим героям эпохой реализма 70-ых, где главные герои уже вовсе не притягательные бунтовщики, а жертвы общества, погибающие где-то за кадром или остающиеся в этом мире, обремененные бессмысленным существованием.

Ярко перекликается данная лента Богдановича с фильмом Терренса Малика «Пустоши», который вышел на 2 года позже. В обеих картинах центральное место уделяется не только сюжету, но и визуализации, через которую полностью раскрывается тематика ленты. Черно-белые в «Последнем киносеансе» и безжизненные в картине Малика пустоши вокруг главных героев символизируют общество вокруг и все больше проникающую внутреннюю пустоту. Избавиться от нее можно только бежав, но куда?

Персонажи Тимоти Боттомса и Джеффа Бриджеса символизируют «бунтарей и пасынков Америки». Богданович через них показывает путь национального нонконформизма той эпохи, который близится к закату. Полный надежд и перспектив в начале, а заканчивающийся на трагической ноте, причем даже не в неравном противоборстве с обществом, а вообще где-то на задворках кинополотна. Мечты так ими и останутся, любимая девушка уедет в большой город, оставив наедине со своей внутренней пустотой. Кина не будет.

Last Picture Show - фильм об американской глубинке, ее размеренной тоскливой жизни, о взрослении молодежи 50х, крушении прежних идеалов и невозможность поиска новых. Скромные молодые парни ищут свое призвание и свою любовь. Руководствуясь одними лишь чистыми чувствами, не имея знания, как покорить красивых девушек - своих ровесниц, они спят с замужними женщинами, годящимися им в матери. Девушки из богатых семей, ищущие достойную партию, не найдя должной удали в своих ровесниках, отдаются опытным мужчинам. Последний киносеанс - черно-белый фильм, в котором казалось бы мало что происходит: повсюду длинные планы, неторопливость и обыденность в повествовании.

Закрывающийся в захолустном городке кинотеатр - это лишь метафора об окончании невинных дней, крушении тех иллюзий, которые так легко культивировали простые фильмы о приключениях в молодых умах своих зрителей.

Два закадычных друга, Сонни (Тимоти Боттомс) и Дуэйн (Джефф Бриджес), заканчивают школу в провинциальном городке. На весь городок три развлечения: кафе, бильярдная и кинотеатр, где вот-вот придёт время последнего сеанса.
О Питере Богдановиче заговорили (скорее, зашептали) только в начале 2022 года, да и то по причине смерти. Положа руку на сердце, скажу крамольную вещь: мне "Последний киносеанс" понравился больше обоих "Крестных отцов", делайте что хотите. Не фильм, а кусок жизни, вырванный с мясом, оголённый нерв, непрерывный двухчасовой конфликт, в который оказывается вовлечён и зритель. Парень расстаётся с девушкой и заводит отношения с немолодой женой учителя физкультуры. Его лучший друг встречается с самой красивой девочкой класса, но та бросает его ради мажора. Потом её бросает мажор, дальше спойлеры. Кажется, понятно, чем вдохновлялся Дэвид Линч при создании затерянного городка Твин Пикс. Впрочем, в Анарине, штат Техас, где разворачиваются события "Последнего киносеанса", нет никакой мистики — если, конечно, не считать за мистику тот факт, что провинциальные склоки молодёжи превращаются в античную трагедию. Всё словно увидено впервые в жизни: первая игра в бильярд, первая поездка на машине, первая рыбалка, первый секс, первая драка друзей. Когда герои делятся слухами о жителях городка, поражаешься сильнее, чем если бы это были сплетни о твоих знакомых. В этом магия искусства: я, не имеющий никакого отношения к подросткам США пятидесятых годов прошлого века, вижу в Сонни, Дуэйне, Джейси людей, с кем мне посчастливилось встретиться в жизни. Это настолько выбивает из колеи, что минуты с тридцатой и вплоть до финальных титров сильно сосёт под ложечкой, а сердце начинает биться так, будто пробежал километр за пять минут. Слушая прекрасный кантри-саундтрек и чествуя тех, кто снял этот шедевр, я потянулся за телефоном и засек пульс. Сотня ударов в минуту.