Фильм

Любовники

Поэзия адюльтера.

Маля называют режиссером, ориентированным на скандал. Темы его фильмов (адюльтер, инцест, коллаборационизм, детская проституция) не дают в этом усомниться. Однако не раз подчеркивались и «человеческая деликатность», «тонкость» и «чуткость художника» (С. Кудрявцев), делающие Маля нетипичным явлением в среде нонконформистов (Годар, Пазолини). Отсюда и обвинения в порнографии, и номинации на «Оскар».
Принято считать, что у Маля нет своего стиля, он и сам признавал, что его фильмы не похожи друг на друга. Тем не менее, его почерк узнаваем, по крайней мере, сразу видно: «Любовники», «Шум в сердце», «Лакомб Люсьен» и «До свидания, дети» сняты одним режиссером.
Тяготевший к форме классического романа, с его ясностью и основательностью, Маль неоднократно заявлял о себе как авангардист, кем, по сути, и являлся, становясь то эксцентриком («Зази в метро»), то сюрреалистом («Черная луна»). «Любовники» яркий пример подобной «двойственности».
Фильм-перевертыш, постоянно меняющий стилистическую и жанровую принадлежность, по сути, модернистский коллаж, но скрытый под вуалью мелодрамы. Начинается он как дамский роман, чему соответствует закадровый текст, подчеркнуто литературный, и, что особенно изысканно, произносимый женским голосом. Но вскоре появляется трещинка - звучит комическая нота, и мелодрама превращается в сатиру. Ближе к середине наступает коренной перелом: героиня появляется в призрачно-белой сорочке, и мы попадаем в мир Жана Кокто. Заканчивается лента экзистенциальным многоточием.
Однако только на первый взгляд такое стилевое многообразие кажется игрой. В исторической ретроспективе «Любовники» принадлежат к тенденции (одной из магистральных в кино), флагманами которой были «Поездка в Италию» и «Приключение». Их авторы, на заре «волн», в противовес традиции, или конъюнктуре, ниспровергали повествовательность, растворяя нарратив в чистом кино. Маль, идя в том же направлении, слой за слоем отшелушивает «литературу», превращая «роман» в игру зрительных образов, танцующих и любящих в свете луны и под музыку Брамса.
Вершащий фильм идиллический куннилингус (вызвавший судебный процесс в США) – становиться наиболее ярким воплощением «противоречивой» эстетики Маля, этого деликатного экстремиста, отрицателя с аптекарским чувством меры.

Томная и успешная женщина Жанна Турнье (Жанна Моро) устает от собственного мужа, которого, к слову, не очень часто и видит, в силу того, что тот работает в газете и редко бывает дома. Она, конечно, подозревает, что у того интрижка с секретаршей и даже как-то решает навестить его не очень вовремя, но в целом не имеет морального права его осуждать, ибо сама давно и упорно изменяет ему с игроком в поло, с которым в ближайшие выходные собирается отправиться за город. Однако, по пути, у Жанны ломается машина и ее вызывается подвести некий молодой человек, который вызывает у дамочки определенного рода интерес. И вот они вскоре занимаются любовью на траве, в ванной, в постели, на лодке, а также в прочих романтических местах. Где-то там, далеко, богатый дом с раздельными с мужем спальнями, родной ребенок, который мать видит реже, чем наемную няню. Но все это – потом, а пока все время, все чувства отданы на откуп любви.

Режиссер, который во много в своем первом фильме предвосхитил и заложил фундамент для успеха «новой волны», снимает фильм в совершенно другой манере, но по времени, а также в силу молодости и наглости автора, оказавшийся все в той же группе фильмов, что были так популярны в стране на рубеже 50-х и 60-х. И не без причин. Главная героиня невероятно далека от романтических героев «старого» кино, по своей аморальности выполняя норматив «новой волны», умудряясь изменить не только своему мужу, что довольно быстро войдет в норму для французского нового кино, но и своему любовнику. А уж говорит о том, что она – хорошая подруга или, в конце концов, мать – и вовсе не приходится.

Чтобы окончательно убедиться, что фильм оказался невероятно смелым и модернистским по своей форме, достаточно упомянуть два факта – в штатах было слушанье о том, признать ли картину «порнографической» (не признали), а киноисторики сошлись во мнении, что «Любовники» - первый фильм, в котором показан женский оргазм (не будем вдаваться в подробности, насколько он был сыгран – Моро великая актриса и хватит об этом). Конечно, сейчас догадаться об аморальности, смелости и вызывающей дерзости фильма можно догадаться из подобных статей, но в то время картина действительно покачнула общественность и задала несколько сложных задач для цензур разных стран мира. Фильм, к примеру, безуспешно пытались запретить во Франции, но ограничились лишь требованием не пускать детей, не достигших 16-ти лет. А скандальная известность с тем самым громким процессом в США годы спустя поможет Малю начать американский этап в своей карьере.

Радикальность материала лишь только помогла стремлению режиссеров «новой волны» к столкновению с каноническим французским кинематографом на страницах культурологических журналов. Трюффо назвал картину «первой ночью любви в кино», остальные соратники по ремеслу согласились с ним в том, что фильм действительно важен. Сегодня с подобными мнениями спорить не хочется, однако, если честно, обсуждать фильм гораздо интересней, чем его смотреть – слишком он тягучий и полагающийся на эмоциональный резонанс со зрителем. То есть, если ты не на волне, которую поймать, к слову, не так просто, то ничего тебе не светит. Сиди и вспоминай все те истории, что связаны со скандальностью картины, да думай, правдивые они или выдумка.