Расписание фильма в Москве, 29 июля

Мертвец

Джармушу удаются черно-белые фильмы, надо признать. Но – если начистоту, что в сухом остатке? В к/ф «Кофе и сигареты» уж слишком все эстетски. С прищуром – «как вам это понравится?». «Вне закона» – очень здорово, но мы же любим героев Лури и Уэйтса – именно потому что их играют Лури и Уэйтс. «Бесконечные каникулы» – крупная зернистость пленки тут очень к лицу, но это затянутое путешествие в никуда… Я не то чтобы не люблю – недолюбливаю все это высоколобое и чистое визионерство, красивости ради красивостей, черно-белую выхолощенность, длинные планы. Но вдруг Джармуш снимает «Мертвец»-а – и не оторваться! Здесь грязь не выглядит грязной, хотя в кадре жуткая антисанитария и все перемазаны каким-то дерьмом. Это ходьба по краю, каждый шаг наступление сумерек, каждый новый аккорд Нила Янга – пробуждение или бред? За каждым кустом сидит людоед или головорез, но Депп успеет его пристрелить, потому что ему уже некуда спешить. Или сам получит пару пуль. Но не умрет, потому что уже мертв? Или потому что заговорен индейским заклятьем? – и это тот редкий случай, когда не надо, не хочется понимать. Я не знаю, в чем дело, но этот фильм можно смотреть бесконечное количество раз, и каждый раз завораживает – может эта та самая пресловутая «магия» кино, о которой пишут в серьезных журналах…

Молодой англичанин Уильям Блэйк (Джонни Депп), бухгалтер, едет в некий городок Машин, где ему была предложена работа. История молодого человека очень печальна. У него не осталось ничего: его уволили с предыдущей работы, у него умерли родители, у него больше не никаких стимулов жить. Он просто плывёт туда, куда его несет река уже законченной жизни.

Приехав к работодателю, он узнает, что счетовод им не нужен. Этим людям вообще мало что нужно. Для них совершенно нормально при разговоре направить на собеседника ружье. Да и общее впечатление от городка и его жителей оставляет желать лучшего. Разочарованный, он идет в местный бар, пропустить несколько стаканов виски. Там он как белая ворона в своем нелепом фраке.
На этом неприятности этого дня не заканчиваются для нашего героя. В кульминации он получает пулю в сердце. И, вдобавок, за его голову назначают награду, за то, что якобы он еще и убийцей оказался.

Умер ли он? Точнее, с какого момента мы видим мёртвого человека? Сложно утверждать, что он погиб от выстрела. Возможно он погиб раньше, возможно позже. А может быть он остался жив? Недаром в эпиграф к фильму взята фраза Анри Мишо: «Желательно не путешествовать с мертвецом».

С выстрелом начинается новая история. Мы отправляемся вместе, со случайно появившимся, в том месте и в то время, индейцем по имени Никто (Гэри Фармер), в очень странное и мистическое путешествие. От инфернального города до чистых вод. Никто считает, что наш герой это реинкарнация английского поэта Уильяма Блэйка и теперь его святая миссия проводить «заблудшую душу» в последний путь. Джармуш не просто так использует Уильяма Блейка в подтексте фильма. Он является как связующее звено, тем, что может связывать таких разных людей, как индеец-изгой и английский бухгалтер. Несмотря на то, что индеец попутал и отправился провожать не ту душу, неуверенный в себе юноша, должен пройти этот путь от начала и до конца. С каждым новым шагом силы наполняют «душу», появляется уверенность в себе, безнадежность покидает его сознание. Мы видим как меняется личность героя, готовя историю к апогею. С каждой, длящейся размеренно, минутой мы приближаемся к тому заветному месту, которое можно назвать никак иначе, как «река забвения».

Путешествие проходит под психоделические гитарные аккорды Нила Янга. Джармуш говорил, что «Нил Янг перенёс весь фильм на более высокий уровень, переплетя дух рассказа со своей музыкально-эмоциональной реакцией на него» (он записывал аккорды во время просмотра фильма). Всю историю двигают вперед преследователи, во главе с Коулом (Игги Поп). Про его прошлое ходят ужаснейшие легенды. Они следуют по пятам за путешественниками, но не могут их настигнуть. Кроме шайки головорезов на пути встречаются очень сомнительные личности. Одни разбойники-трансвеститы чего стоят.

10 по счету фильм Джима Джармуша «Мертвец» один из самых странных творений независимого кинематографа. Он задает множество вопросов, и, оставив их без ответа, мы не сможем представить перед собой картину целиком. Кто это молодой человек? Куда он едет на поезде? Почему он отправился в путешествие с малознакомым индейцем? Кто его преследователи и почему он не может вернуться назад? Вот лишь малая часть вопросов, из тех, что крутятся в голове во время просмотра.

«Мертвец» - самый дорогой фильм Джармуша. Это и масштабность картины и высокооплачиваемые актеры, что удивительно для режиссера. Своим фильмом, Джармуш рушит стереотипы. Всем понятный жанр вестерна он берет и переделывает так, что от него остаются только основные черты. Вся суть же меняется на столько, что один из самых понятных жанров кинематографа принимает очень странные очертания. «Вестерн в кошмаре» никак иначе. Мистика, выстрелы, роад-муви, поэзия и мифология «в одном флаконе».

Из всех фильмов Джармуша, больше всего разговоров среди ценителей кино было как раз о «Мертвеце». Неудивительно. Фильм настолько отличается от предыдущих картин автора, что, не зная, можно решить, что это не фильм Джима Джармуша, ведь он обычно снимает фильмы про «обкуренных подростков», анархию и поиски людьми каких-то истин, а тут что-то совершенно не вписывающиеся в эти рамки.
Может быть именно из-за этого фильму была присуждена первая в истории премия Европейской киноакадемии за лучший фильм, снятый за пределами Европы.

О фильме «Мертвец» не зря говорят, что это «призрачный, выжженный изнутри каркас вестерна, воздвигнутый для какой-то неясной, гнетущей цели». Так оно и есть. И эту цель режиссер позволяет определить нам самим.

«Табачку) не найдется?»
Кажется, это самый частый вопрос, который задают друг другу персонажи..
Впрочем, в финальной сцене становится ясно, что в дальний путь без табака не отправляют даже тех, кто не курит…
А начинается все с того, как один недобросовестный работодатель отправил официальное приглашение на вакантное место соискателю, а потом вероломно закрыл вакансию другим…И пошли круги по воде.., которая унесла многих .В конце концов унесла и главного героя…. Или его-то как раз унесло в первую очередь, в самом начале фильма, а все, что мы видим ему и нам с ним только кажется…
2\3 экранного времени мы наблюдаем как утонченно-бледно-красивый Джони Дэпп закатывает свои выразительные глаза, перманентно теряя сознание, успевая однако в промежутках удивительно метко и непринужденно наповал сражать своих врагов из всевозможного подвернувшегося под руку оружия. А ведь простой бухгалтер из Кливленда! Течет, значит, в его жилах кровь первых поселенцев…
Кстати, глядя на этих поселенцев у Джармуша, становится понятно отчего так популярны ныне в штатах психоаналитики- кажется, что американский материк осваивали не только авантюристы, бандиты, отпетые негодяи, но и сплошь маньяки и извращенцы, и теперь их потомки, пытаются, видимо, справиться с этим наследием..
Фильм черно-белый и это замечательно, потому что это делает его еще более мистическим, таинственным, не отвлекает от происходящего и будит воображение. А происходящее захватывает и держит до самого последнего кадра.
И мы в финале фильма вместе с героем приподнимаем голову, чтобы рассмотреть тех, кто остается на берегу..

Все спокойно в дикодикозападном лесу: тихо покачивают ветвями вековые деревья, весело журчит ручеек, воды которого скоро, скоро замутит кровь задиристого негритенка...

Чу! Под складный гитарный перелив Нила Янга на ухоженных коняшках из-за горизонта выползают народный киноиндеец Гэри Фармер и просто народный артист Джонни Депп - сегодня в боевой раскраске и под псевдонимом Уильям Блейк, но не потерявший ни капельки своей фирменной джоннидепповости. За ними идет погоня, хотя и небезуспешно самоуничтожающаяся, впереди - тоже сплошь желающие всадить пулю в пряное деппово тело и вся эта роскошь выдается нам серией длинноплановых черно-белых кунштюков.

С самого начала ленты дорогой товарищ Джармуш лопатами подбрасывает в топку нуар-вестерна многозначительные постмодернисткие подмигивания, крепко сдобренные кино- и литературными цитатами, и к концу фильма они достигают концентрации, несовместимой с жизнью главных героев (а неглавных и подавно никто не считает). В завершающих кадрах по-фрейдистски запеленатый Депп горестно поглядывает на удаляющуюся береговую линию, в его глазах немой вопрос: Зачем, Джим, зачем?

Утонченный и изящный минималист, заработавший славу и признание, став главенствующим постановщиком американского независимого кинематографа никогда не доводил свои работы до эпатажного уровня. Но «Мертвец» Джармуша четко разграничил зрительский лагерь, заставив спорить и детально разбирать, пожалуй, его ключевую работу. Сам Джармуш – незаурядный авангардист, рождающий отчужденные и минималистские фильмы. Его многогранное по спектру эмоций кино представляет собой не сложнейшую сюжетную конструкцию, а изысканное и реалистичное отражение человеческой действительности. Это шахматная доска, в которой присутствуют лишь два противоположных друг другу цвета – черный и белый. Два цвета демонстрируют разнообразные человеческие чувства и настроения, которые зачастую Джармуш передает через поразительную аудиовизуальную призму: умелый баланс полной грусти, отчаяния и тоски с безудержным весельем и жизненным удовольствием насыщает его картины, пытающиеся вывернуть наизнанку американскую действительность и представить мир иммигранта как длительный путь навстречу самопознанию и необходимому раскрытию внутреннего мира. Но чаще всего этот путь бывает нелицеприятным и труднопереносимым.

«Мертвец» - это старый-новый Джармуш. Старый потому что материал вновь подается в невероятной, специфической и опьяненной манере. Хотя и в самом конце 80-ых Джармуш предпринял значительную адаптацию работ под массовый формат, но тем не менее произвел громкое возвращение к мотивам бесцельности человеческого существования и своеобразной иллюзии переселения. По заявлению самого постановщика, его работы и «Мертвец» в большей части воспринимается при помощи звуковых, а не визуальных приёмов. В эту медитативную, галлюциногенную мифологию, построенную на почве индейских архетипов нужно проникать исключительно душой, а не мозгом. Саундтрек – прямой билет, разрешающий проникнуть в самобытный черно-белый мир Джармуша. На смену блюзу и джазу, эффектно рисующему Америку, которую населяют отчаянные иммигранты, бесцельно блуждающие по урбанистическому аду, пришел кантри-рок и абсолютный музыкальный психодел, состоящий из гитарных аккордов.
Но Джармуш нов в плане того, что в случае «Мертвеца» перестал выглядеть миниатюрным художником человеческого быта. Теперь – это колоссальный исторический базис, окунающий в индейскую культуру и их жизненный устой. В данном случае Джармуш совершенно радикально и по новаторски расчленяет канон и выворачивает наизнанку самый американский жанр в кинематографе – вестерн. Закрепленный собственной мифологией, опьяненный необъяснимым действом «Мертвец» практически вводит в кинематограф понятие «кислотного вестерна» и галлюциногенного роуд-муви. Хотя сам вестерн – довольно хитрый и смышленый жанр. Демонстрируя ситуацию, принадлежащую к какому-либо историческому периоду, вестерн аллегорично размышляет о проблемах современных реалий. Не зря в триумфальной «Дикой банде» Сэма Пекинпа находят отсылки к вьетнамской войне. Джармуш превращает этот, казалось бы, однотипный жанр, в неспешный, но многогранный духовный путь человека навстречу вечной жизни.

Иносказательная, насыщенная символизмами и поставленная в гипнотической манере картина представляет собой глубочайшее размышление о человеческом бессмертии, о самопознании через длительную дорогу. Скромный бухгалтер, блестяще воплощенный Джонни Деппом – маргинал и странник, переходящий из одного мира в другой. Из тьмы в свет. Психоделичная, полностью отрицающая сюжетный контроль притча является уникальной демонстрацией бессмертия души, а расставание с физической оболочкой – это лишь пропуск во врата света. .