Фильм

Прощание со Сталиным

История фильма

В 2018 году Сергей Лозница снимал фильм «Процесс». Монтажный фильм из хроники показывал судебный процесс по Делу Промпартии. В процессе работы над фильмом, режиссёр от сотрудницы Красногорского архива кинофотодокументов узнал о двухстах коробках с киноматериалами траурных дней с 5 по 9 марта 1953-го года. Он нашёл их в целости и сохранности, что можно сравнить с обнаружением неразграбленной гробницы Тутанхамона.

История киноматериалов

Смерть вождя произошла внезапно, никто из членов политбюро не догадался его вовремя отравить. Об этом можно судить по тому, что никто из них не был к ней готов, а наоборот, она у них вызвала полную растерянность. Воспоминания об этой растерянности тонкими ручейками доструились и до нашего времени.
На носу, и это понимали члены Политбюро, была кровавая битва за трон. В первые минуты, часы после того как перестало биться сердце Демиурга, никто не стал подавать виду, что сейчас его орки готовы вцепиться друг другу в глотку, а его самого объявят «не отцом, а сукою».
В связи с этим, десяткам операторов и режиссёров-документалистов по всей великой и необъятной задали снимать Большой и Великий Фильм о Великом Горе. На это не скупясь выделили немалые ресурсы, включая запасы цветной плёнки, которой для всех остальных фильмов у нас в те времена и много позже всегда не хватало. Начиная с момента сообщения по радио о том, что перестало биться самое важное сердце и до собственно похорон, через три дня прощания в Колонном Заде Дома Союзов, от Чукотки до Эстонии десятки операторов снимали происходящее.
Снятые ими плёнки собрали, упаковали в 200 коробок и они пролежали никем не тронутые до тех пор, пока до них не добрался Сергей Лозница. Справедливости ради стоит сказать, что «правильный» фильм «Похороны Сталина» в 1953 году был создан и показан, однако большая часть этих плёнок оказались лишними.

Преемственность

Главным искусственным приёмом, чем-то, добавленным к архивным кинодокументам в наше время, является звук. Это звук, предельно достоверно имитирующий синхрон, то есть соответствующий тому, что зритель видит в кадре. Настолько хорошо, что приходится порой напоминать себе о том, что в 1953 году кинокамеры не имели привычных нам сегодня встроенных накамерных микрофонов. Мы слышим голоса людей, уличный шум, шаги, различаем звук моторов проезжающих мимо машин. Этот самый приём, который изначально действует чрезвычайно сильно, Сергей Лозница использовал в своём фильме «Блокада», аналогичным образом смонтированном из уникальных архивных киноплёнок, показывающих постепенно разворачивающийся ад холода и голода в Граде Обреченном. Вероятно, «Блокада» стала предковым фильмом, за которым потянулась цепочка фильмов, использующих схожие художественные приёмы — «Процесс» и «Прощание». Важно то, что этот «синхронный» звук нарушает шаблон. Мы привыкли к тому, что все эти старинные кинокадры немы или идут под тапёрскую музыку. И вдруг такое.

Масштаб

Географическое разнообразие фильма диктуется составом найденных плёнок. Проект был начат с истинно советским размахом. В результате в фильме Лозницы мы видим СССР «от Москвы до самых до окраин», то есть действительно до самых удалённых и труднодоступных уголков Советской империи. На самом деле такой широкий географический охват ассоциируется с западным документальными проектами, работами документалистов БиБиСи или National Geographic.
Люди в горах, лесах, степях и пустынях, как будто онемев слушают радиосообщения, покупают газеты в киосках, проходят мимо, стоят в очередях.

Открытие

Любая научная работа непременно должна содержать описание некоего открытия, чего-то принципиально нового, до этой работы неизвестного. Искусство обходится без таких жёстких требований, может быть зря. Но фильм Лозницы этому требованию точно соответствует. Он полон такого, что зритель видит впервые.
Дело в том, что подавляющее большинство из нас сталинский СССР и его обитателей либо не представляет вообще, либо крайне искажённо, на основе насквозь фальшивых псевдоисторических фильмов какого-нибудь Бондарчука.
У жителей сталинской империи не было сотовых телефонов, на которые можно снимать свой завтрак. Но дело не только в этом. Киносъёмка без особого предписания была практически запрещена. Просто человек, который шляется везде с камерой, долго прошляться не мог бы.
В фильма Лозницы мы впервые крупно, подробно видим жителей сталинской империи, лица сталинского времени. И мы видим, насколько они другие, не похожие на лица хрущёвской Оттепели, гораздо более щедро документированной всевозможными кино-фото материалами.

Бросается в глаза сразу несколько особенностей. Обилие людей в военной форме - не только солдат оцепления вокруг очереди в Колонный Зал, но и в самой этой очереди.

В целом советские люди выглядят довольно старыми. Молодых людей им детей сравнительно мало, большинство людей выглядят 40-50-летними, довольно потёртыми. Много стариков с большими крестьянскими бородами, даже в городах, и глубоких старух.

Они, как кажется, отличаются от нас антропологически, чертами лица, что делает современные фильмы о сталинских временах ещё более фальшивыми. С точки зрения современного человека заметно унылое единообразие одежды. Все одеты примерно в одно и тоже, в каждом месте. Одинаковые шинели, полушубки, ушанки, папахи, платки. Лица и одежда превращают индивидов в персонажей ограниченного числа типов. «Солдат», «профессор», «дворник», «оперная дива», «начальник», как-то так. На этом средне-бедном советском фоне выделяются разве что по-европейски одетые в плащи и шляпы жители Прибалтийских республик.

Внезапное сходство

Фильм показывает события, происходящие по всему СССР, начиная с объявления о кончине вождя. Подробно показано прощание со Сталиным в колонном зале Дома Союзов. Есть даже кадры, показывающие начало смертельной давки, унесшей неисчислимое количество жизней, впрочем, кадры скорее намекают на произошедшее, тем, кто уже знает о случившемся.
Показано завершение прощания, очень подробно показана транспортировка тела к Кремлю и траурный митинг, который открывает Хрущёв, затем выступления Берии и Маленкова. В этот момент, полагаю, довольно закономерно, вспоминается другой великий фильм о диктатуре. И это "Триумф воли" Ленни Риффеншталь. Там тоже чудовищные людоеды, убийцы произносят с трибун очень правильные слова. И тут же понимаешь, что эти два фильма схожи поверхностно, тем, что в обоих фильмах показаны огромные массы людей, события исторического масштаба, но по сути эти два фильма противоположны друг другу. Настолько, насколько тщательно правда вытравлена из «Триумфа воли», насколько в нём оставлено дистиллированное «то, что надо», как в идеальной гладкой фигуре статуи вождя, настолько фильм Лозницы похож на необработанную глыбу базальта.

Неудача

В финале фильма показан Кремль сразу после помещения царственного трупа в Мавзолей. Все эти венки и другие следы церемонии. Эти кадры положены на песню, выбранную режиссёром. Это первый бросающийся в глаза произвольный выбор, вмешательство режиссёра в ткань фильма. И это выбор неудачный. Финальная сцена с песней выглядит искусственной и лишней. Кажется, что фильм стоило оборвать непосредственно перед этой последовательностью у Кремля, она не соответствует всему предыдущему фильму.

Заключение

Несмотря на финальный ляп, фильм представляется важным явлением. Его необходимо показывать широко. Его точно надо посмотреть каждому, кто замыслил снимать собственное кино о тех временах, если он хочет его сделать сколь-нибудь достоверным.

Медитативно-тягучее зрелище, местами нарочито монотонное. Для тех, кто все же не уснет - будут невероятные лица простых советских людей, фантастические кадры толпы с фото Сталина (и даже гениальная сцена будто из фильма Феллини). Это стоит смотреть, чтобы понять как много всего изменилось. И как много осталось неизменным.

По сути, это смонтированная кинохроника без закадровых пояснений. Смотреть довольно тяжело/муторно, особенно сцены очереди прощания. Но интересно как свидетельство эпохи.