Рекомендации для вас
Гид выходного дняВсе
Популярно сейчас
Новый фильм Ивана И.Твердовского («Класс коррекции», «Зоология», «Подбросы»), рассказывающий о том, как спустя 17 лет после теракта на Дубровке, приведшего к захвату и гибели людей на мюзикле «Норд-Ост», пережившая эту трагедию монахиня Наталья (Наталья Павленкова) решает собрать других заложников, чтобы провести вечер памяти. Поскольку никто (в том числе директор ТЦ, сыгранный Яном Цапником) не хочет называть вещи своими именами, поминальное мероприятие получает статус конференции — и затягивается на весь вечер. Матушка Наталья не хочет выпускать пострадавших из зала, пока они не проговорят общую травму до конца. Такое, конечно, надо смотреть в кинотеатре — просто в силу того, что экран тут зеркалит зрительный зал и создает иной эффект погружения. Поскольку трагедия произошла на спектакле (кстати, я смотрел его: не на Дубровке, разумеется, а в записи, на большом экране, и, надо сказать, он до сих пор производит впечатление своим масштабом), Твердовский прибегает к театральным техникам: перформативности, реэнактменту (игровой реконструкции исторических событий), вербатиму (очевидно, что персонажи произносят документальные монологи). Если бы режиссеру хватило наглости совсем уйти в контемпорари-арт, сродни постдраматическому театру, то все это производило бы еще более мощный эффект (хотя и сделало бы, наверное, кино менее зрительским). Как бы то ни было, даже в таком конвенциональном варианте «Конференция» — впечатляющая мастерская работа, которая, как и ее лирическая героиня, ставит перед собой задачу изжить травму через проговаривание трагедии, а не конструирования жанровой фантазии, как было в случае пафосного боевика «Последнее испытание».
| Драма |
| 16+ |
| Иван И.Твердовский |
| 22 октября 2020 |
| 2 часа 9 минут |
Трейлеры и кадрыВсе
Режиссёр
Все
Как вам фильм?
Режиссер испугался сказать что -то главное, а именно - почему столько жертв? Почему их так много? Не прозвучало! "А потом упала стенка и ворвались НАШИ, а потом я очнулась уже в больнице и мне сказали что мужа и сына у меня уже нет". И это все что нам положено знать о трагедии? Режиссер накормил нас весьма эклектичным произведением и информационными крошками. Расходимся. Жду в будущем, по настоящему, сильного фильма, в стиле, например, журналистского расследования. Жду экзистенциального, смелого кино. А не этого суррогата! Лишь один за весь фильм (!) сильный момент-когда мать пришла на кладбище к сыну, погибшему при штурме, в тринадцатилетнем возрасте. Все остальное очень слабо, трусливо, с оглядкой и самоцензурой...
Две женщины - одна из них монахиня - сидят в кабинете директора театрального центра «Норд-Ост».
- Тут написано: аренда зала для концертов, конференций, театральных представлений... А можно написать «Вечер памяти»?
- Нет. Пишите «конференция». Так положено.
Я хотел сходить на, с позволения сказать - фильм, Твердовского именно в один из этих дней. С 23 по 26 октября.
Меня там не было. И никого из знакомых. Посмотрел по телевизору. Прикольно. В Москве! Нифига себе. Пошел гулять. Потом в коридоре института девушка плакала. Кто-то сказал, что у нее убили там не то сестру, не то подругу...
«- Ты зачем это делаешь? Вот зачем ты всё это расспрашиваешь?! Заставляешь людей вспоминать?! Ты понимаешь: многие до сих пор в метро не ходят! Из квартир не выходят! Я на концерты и в театр вообще ходить перестала! Мне страшно! Понимаешь?
- Страх - это главный наш грех... Надо помнить. Надо все это помнить подробно. До конца вспомнить...»
Два часа групповой терапии по переработке коллективной травмы. Запаситесь салфетками. Забейте на макияж ДО кино. Юнгианские аналитики каждый год собирают немцев, русских, украинцев, американцев, французов, венгров и тд - и тоже вспоминают вторую мировую. Пытаются в подробностях вспомнить, что деды рассказывали, отцы, а кто и сам...
Зачем? Надо помнить. Кому-то же надо не забывать. Не для того, чтобы не повторилось - это вздор. Повторится. Много раз. Но для того, чтобы бывшие там могли дышать, а кто там не был - принять, что это часть жизни. Что завтра я могу оказаться в таком же зале под дулом...
А потом спускаюсь в метро после фильма. Ищу взглядом единомышленника без маски. И думаю: «Страх. Действительно, страх - наш главный грех»...
Читайте также
