

«Чем путешественник отличается от туриста? Турист, только прибыв на место, уже думает о возвращении, а путешественник не знает, вернется ли вообще». Эти — нью-йоркские интеллектуалы в Танжере, опустошенные души, ищущие то, что можно найти, только потерявшись, — вернутся вряд ли.
| Драма |
| 16+ |
| Бернардо Бертолуччи |
| 24 октября 1990 |
| 2 часа 18 минут |






«Чем путешественник отличается от туриста? Турист, только прибыв на место, уже думает о возвращении, а путешественник не знает, вернется ли вообще». Эти — нью-йоркские интеллектуалы в Танжере, опустошенные души, ищущие то, что можно найти, только потерявшись, — вернутся вряд ли.
Считается, что после «Последнего императора» Бертолуччи окончательно сдулся, обуржуазился и стал живым классиком, снимающим посредственные фильмы. Это ерунда. «Под покровом небес» обладает глубиной и энергетикой, присущими Бертолуччи на взлете, во времена «Конформиста», «Последнего танго в Париже» и «Двадцатого века». Как и тогда, режиссер, погружаясь в пластическую среду, превращает интеллектуальный концепт в эротическое переживание: пространство (снятое уже канонизированным оператором Витторио Стораро) пульсирует, подрагивает, инстинктивно сжимается от прикосновения и влажнеет на глазах. Саундтрек Рюити Сакамото — местами томно-симфонический, местами арабский — добавляет заманчивости. Роман Пола Боулза, по которому поставлен фильм, — о невозможности понять другую культуру. Фильм Бертолуччи — о невозможности потеряться. Как путеводитель для путешественников, которые, в сущности, увы, тоже всего лишь туристы.

Алжирский (не путайте - не марокканский!) семейный экстрим от Бертолуччи с драматичным любовным треугольников в стиле Маяковский-Брик и эротическими подробностями из жизни американских и алжирских женщин. Картинки некоторые завораживают, но сам фильм одной лишь визуализацией не вытягивается. Так и хочется сказать: "Какого хрена?!" Почему главная героиня, не похоронив, мужа, бросается во все берберские тяжкие? Аффектом это не назовёшь. Кажется, Бертолуччи хотел экранизировать женскую импульсивность и нелогичность, но в итоге сюжет как-то развалился на части.
Красивый, но пустоватый и невнятный фильм с изумительной Деброй Уингер (мне кажется, что она главный плюс этой картины).Все начинается как история о американцах, путешествующих по Северной Африке-супружеской паре с проблемами в личной жизни.Затем Джон Малкович пользуется услугами местной проститутки (долгий эротический кадр обнаженной женской груди, трущейся о промежность героя).Уингер спит с приятелем.Затем Малкович заболевает и умирает на руках у жены (очень мелодраматично).Затем действие провисает и режиссер нам показывает героиню, бредущую по пустыне и встречающую мальчишку на верблюде, который увозит ее с собой и делает любовницей.
Пол Боулз, по роману которого фильм снят, финальную сюжетную линию не прописывал и счел неудачной (сам писатель появляется в эпизодической роли в финале).Долгое и малоудачное кино, в котором помимо Уингер хочется отметить изумительную операторскую работу.

Действительно стоящий фильм Бертолуччи, в котором кроме невообразимой красоты кадра, страсти и секса есть история, идея и Африка как на ладони. Кроме этого там есть Малкович и отличная цитата:
"Чем отличается турист от путешественника? Турист после приезда сразу думает о возвращении. А путешественник может и не вернуться".
Фильм длится около двух часов и не является развлечением, так что рекомендуется к просмотру, когда есть время и вдумчивое, неспешное настроение.

Приехавшая из Нью – Йорка в Северную Африку семейная пара жаждит именно путешествий, а не туристических шаблонов. Главные герои - Порт Морсби (Джон Малкович) и его жена Кит (Дебра Уингер) драматизируют над своей семейной жизнью, тем самым, падая из крайности в крайность. Присутствие третьего героя Джорджа (Кэмпбелл Скотт) необходимо для развития конфликта в столь кризисное время в супружеской жизни. Обладая всем нужным набором качеств из художественного пространства Бертолуччи, герои кружатся в легкости, сигаретном дыме, обнаженных мыслях и в запретной, но возможной страсти. Эротическое разрешение некоторых сцен картины является очень четким выразителем искомой гармонии и счастья.
Фильм о другой культуре. О принятие этой культуры в ситуации потерянности в ней. Опасная, непредсказуемая и дикая Африка проверяет американских путешественников на прочность мыслей и духа. Невозможность и бессилие очень часто подталкивают сюжет в жанр приключенческих фильмов, но постоянное внутреннее переживание новой пугающей действительности сохраняет ощущение интеллектуального романа про кризис в отношениях мужчины и женщины. Попытка сыграть на кольцевой композиции дает легкое и непринужденное начало и философский неоконченный конец.
Смотрите и наслаждайтесь пугающими африканскими реалиями и бесподобной актерской игрой.
Прощаясь с Бертолуччи и моим кино ушедшего века, пересматриваю его фильмы как пересматриваю свою жизнь.
«Под покровом небес» - любимый и самый близкий фильм, для меня лично и для нашей семьи. Бездонное кино, которое каждый раз мы открываем заново. Фильм – загадка, имеющий в разных странах разные названия: и «Под покровом небес», и «Чай в пустыни», и «Чай в сахаре» - по названию как самого романа Пола Боулза, так и его отдельной главы. Редкий случай, когда фильм перерос и превзошёл литературный источник, хотя появление самого старика-автора во французском кафе Танжера, где он прожил свою основную жизнь, его неземной взгляд и размышления о жизни героев, сливаясь с романом, придаёт происходящему новый смысл, выводящий за пределы созданной жизни.
Впервые мы смотрели фильм на премьере в Германии, не понимая слова, но чувствуя всё, что проживали герои. Со временем, я смотрел фильм с разными переводами, сравнивая их, пытаясь раскрыть спрятанные в коротких и редких ёмких фразах мотивы и смыслы. И до сих пор я открываю их вновь и вновь, до сих пор я разгадываю их загадку. Это один из самых непонятых и при этом близких и прочувственных мной фильмов жизни. Всегда ощущение – это обо мне.
Когда-то первый монолог фильма о туристах и путешественниках стал для меня ключом к пониманию своей жизни.
«Турист – это тот, кто начинает думать о возвращении домой, как только он приехал. А путешественник может вообще не вернуться домой…».
А сегодня я услышал финальные слова автора, раскрывшие новые смыслы моей нынешней жизни, чем я и завершу написанное сейчас. Это фильм разговаривает со мной, в течение тридцати лет, сообщая мне что-то сокровенное на новом этапе моей жизни.
Когда-то герои фантастического дуэта Дебры Уингер и Джона Малковича – Кит и Пол - прожившие вместе 10 лет и отправившиеся в путешествие, откуда не возвращаются, казались такими взрослыми. Тем, что с нами ещё будет или может быть. Сейчас, после почти тридцати лет совместной жизни и множества путешествий, они уже кажутся ещё такими молодыми. И при этом всё время живущими рядом с нами и рассказывающими о нас.
«Мой единственный план – вообще не строить никаких планов».
Фильм захватывает с первого кадра появления героев на пристани и первых звуков музыки. И то, что я вижу: потрясающие и восхищающие, разворачивающиеся и перетекающий визуальные картины путешествия, взглядов героев, панорам и деталей, созданные оператором Витторио Стораро. И то, что слышу: музыка Рюити Сакамото, с которой мы настолько сроднились, что я создал на её основе спектакль «Острова блаженных» в своём театре середины 90-х, и каждый звук которой до сих пор живёт во мне. И то, что я чувствую в глазах, словах и движениях героев: отчаянность сексуальности и безнадёжность любви. То, что сливается в завораживающее и магическое действо кино и жизни.
Сегодня, прощаясь с Бертолуччи, я прощаюсь с частью своей жизни. Но не прощаюсь с его фильмом. У кино есть прекрасное свойство: оно уже живёт своей жизнью, отдельно от создателей. Оно живёт, пока откликается и живёт во мне. А значит, наша совместная жизнь под покровом небес продолжается.
«Из-за того, что мы не знаем, когда умрем, жизнь кажется бездонным колодцем, хотя всё случается лишь несколько раз. Очень малое число раз. Сколько раз вы можете вспомнить какой-нибудь день из вашего детства? Тот самый день, что стал неотъемлемой частью вашего существования, без которого вы не можете представить свою жизнь. Возможно, четыре-пять раз, или того меньше. Сколько раз еще вы будете наблюдать полнолуние? Возможно, раз двадцать...
И тем не менее, все это кажется бесконечным...»