9 запоздалых, но отличных сиквелов и ремейков кинохитов 1990-х

30 января 2022
Евгений Ткачёв, Арсений Омельченко
30 января 2022
В прокате идет «Крик» — пятая часть легендарной хоррор-франшизы родом из 1990-х, которую пришлось ждать десять лет. «Афиша» вспомнила еще несколько сиквелов и ремейков кинохитов девяностых, которые тоже пришлось ждать долгое время, но оно того стоило.
  • Это происходит снова: долгожданный третий сезон легендарного сериала

    1990-е — один из самых интересных и продуктивных периодов в истории мирового кинематографа (круче, кажется, только 1970-е). Ну правда, десятилетие, которое началось с «Твин Пикса» (1990) и второго «Терминатора» (1991), а закончилось «Матрицей» (1999) не может не быть великим! Но в том-то и дело, что десятилетие закончилось, а «Твин Пикс» на самом деле нет. Жирное многоточие, поставленное в финале второго сезона, будоражило умы фанатов 26 лет, пока не вышел долгожданный третий сезон, который, вместо того чтобы расставить все точки над i, вогнал всех в ступор (в том числе и «Афишу»). Какой сейчас год? Как это все понимать?

    Спустя пять лет ответы все же нашлись — в том числе благодаря ютьюб-блогеру Россетеру, который выпустил убедительное 4,5-часовое видео «Вся правда о «Твин Пиксе» (я серьезно)». Россетер проанализировал три сезона и полнометражный приквел, в ходе которого пришел к выводу, что сериал — это аллюзия на телевидение. Скажем, в вырезанных сценах из фильма «Твин Пикс: Сквозь огонь» Карлик (он же Человек из другого места, сыгранный Майклом Дж.Андерсоном) произносит фразу: «Хрома... отражает наше изображение. Электричество. Из чистого воздуха. Мы пришли из чистого воздуха. Направлены вверх и вниз. Связь между... двумя мирами». Появление обитателей Черного Вигвама всегда связано с электричеством, а телевещание невозможно без двух вещей: электричества и радиоволн, идущих вверх и вниз по воздуху, а хрома («цветность») отвечает за передачу изображения.

    Иначе говоря, герои «Твин Пикса» (кто раньше, а кто позже) понимают, что они всего лишь персонажи телесериала. Впрочем, есть веские основания предполагать, что эта концепция зародилась у создателя и режиссера «Твин Пикса» Дэвида Линча уже после второго сезона, в полнометражном приквеле (не случайно ведь «Сквозь огонь» начинается с топора, обрушивающегося на снежно-белый экран телевизора: так Линч сразу обозначает — мы будем смотреть не ТВ, а кино; 18-часовым фильмом Линч называет и третий сезон). Оригинальный «Твин Пикс» никогда не был осмысленным высказыванием, он создавался по наитию большим количеством людей, а многие вещи и герои в нем вообще были придуманы случайно (от Боба до Мэдди Фергюсон). Его главная фишка была похоронена в середине второго сезона, когда руководство канала ABC потребовало у Линча назвать убийцу Лоры Палмер (то, что шоураннер не собирался делать, потому что он снимал детектив без разгадки: убийство школьницы должно было стать просто триггером для выяснения отношений между жителями маленького городка).

    Но получилось то, что получилось. И обиженный за это на телевидение Линч вместе со своим соавтором Марком Фростом решил сделать метасатиру на ТВ (то, что он до этого уже сделал с Голливудом в «Малхолланд-драйв», ведь этот лос-анджелесский нуар, обличающий все пороки «фабрики грез», родился отчасти из того, что Линчу не дали нормально снять «Дюну»). И это, конечно, невероятно красивый жест: режиссер, не любящий идти на компромиссы, в итоге снял все-таки для ТВ свое самое бескомпромиссное высказывание, ведь что такое третий сезон «Твин Пикса», как не сложно сконструированная метафора пробуждения от телевизионного сна?

  • Олдскульный фантастический боевик, который мы заслужили

    Преданные фанаты «Терминатора» ждали достойного и идеологически верного сиквела оригинальных фильмов почти 30 лет. И когда демиург киновселенной Джеймс Кэмерон заявил о возвращении во франшизу и начале работы над «третьей» частью (игнорирующей остальные фильмы и сериал), мир замер в ожидании, ловя каждый кадр и трейлеры. Что же, сюжет картины, несмотря на сразу трех сценаристов (знак, обычно не предвещающий ничего хорошего), вышел довольно лаконичным и стройным. Саре Коннор (Линда Гамильтон) и ее сыну Джону (Эдвард Ферлонг) не удалось предотвратить апокалипсис, лишь отсрочив его. Спустя много лет в наше время вновь прибывает терминатор Rev-9 (Гэбриел Луна), чтобы избавиться уже от новой матери Сопротивления — молоденькой мексиканки Дани Рамос (Наталия Рейс). Защищать ее от непобедимого киборга должна гостья из будущего Грейс (Макензи Дэвис) — напичканная аугментами суперсолдат. Так что пресловутой girl power на экране стало куда больше, да и сам сюжет пережил деликатную, но принципиальную фем-ревизию. Однако этого фанатам, ждавшим от Кэмерона настоящего прорыва, оказалось мало: фильм провалился в прокате и получил очень среднюю критику. Все сошлись на том, что «Темные судьбы» — просто неплохой фантастический боевик. И это действительно так: причем с явным упором на второе слово. Почти все здесь стреляет, взрывается и рушится по-настоящему, а каждый герой имеет свою неповторимую боевую пластику. Ну а местами этот «Терминатор», как правильно заметил Арни, и правда выглядит extremely funny.

  • Брутальное мочилово сверхсолдат на постсоветских просторах

    Первое официальное продолжение «Универсального солдата» вышло еще в 1999 году и было настолько ужасно (впрочем, не хуже двух по-настоящему чудовищных и неофициальных канадских телебоевиков), что о нем постарались как можно скорее забыть. Еще через 10 лет за новый сиквел, игнорирующий события второй части, взялся Джон Хайамс — сын того самого Питера Хайамса, который здесь встал за камеру (Хайамс-старший не только крепкий жанровый режиссер, но еще и отличный оператор). На этот раз сценарист Виктор Островский (бывший агент Моссада, который теперь пишет автобиографические книжки о своей секретной службе) решил вернуть в дело не только персонажа Жан-Клода Ван Дамма, но и Дольфа Лундгрена (не объяснив, впрочем, как его удалось склеить после перемалывания комбайном), а актерский состав был усилен белорусским ветераном UFC Андреем Орловским в роли унисола нового поколения.

    Действие фильма разворачивается в условной Восточной Европе (так как снимали фильм в Софии, говорят местные на болгарском). Группа террористов берет в заложники детей премьер-министра государства Пасалан (такая болгаро-украинская Россия) и удерживает их на захваченной Чернобыльской АЭС, угрожая миру очередным апокалипсисом. Помимо автоматов и мин на вооружении у них также есть новый суперсолдат, которого возит за собой алчный профессор, сбежавший от правительства. Он с легкостью отбивает попытку совместного штурма украинского и американского спецназов, попутно расправляясь с четырьмя старыми унисолами. И тогда последней надеждой мира, как водится, оказывается герой Ван Дамма, которому помимо нового сверхсолдата предстоит одолеть и старого врага. Такой незамысловатый сценарий, впрочем, развязал руки постановщикам батальных сцен. Добрую половину фильма занимают перестрелки и рукопашная, сделанные в аскетичной реалистической манере, чему способствовало то, что на площадке, помимо каскадеров, были и профессиональные бойцы. Если вам захочется узнать, что же было дальше (картина заканчивается жирным многоточием), то рекомендуем посмотреть еще более захватывающую и безумную четвертую часть со Скоттом Эдкинсом, в которую уместили еще больше хардкорных поединков.

  • Чумовое возвращение Эша Уильямса под надзором создателей оригинальных «Зловещих мертвецов». Groovy!

    «Зловещие мертвецы» — удивительная история. Затеянная как кино с друзьями (короткометражка «В лесах»), она разрослась до мультимедийной франшизы, которая помимо фильмов, ремейка и сериала включает в себя видеоигры, комиксы и что только не. Однако с фильмами все не так просто: поскольку у режиссера Сэма Рейми при работе над продолжением не было прав на первую часть, он просто переснял ее в прологе, тем самым еще в 1987 году проложив дорогу реквелу (ремейку + сиквелу), о котором шутят в новом «Крике» (см. ниже). Третья часть франшизы под названием «Армия тьмы», вышедшая в 1992 году, отправила главного героя Эша Уильямса (Брюс Кэмпбелл) в темное Средневековье, где ему с огоньком и уже в фэнтезийном антураже пришлось сокрушать кандарийских демонов-дедайтов. К этому моменту образ протагониста претерпел существенные изменения: из простого студента, попавшего в эпицентр эпичного потустороннего замеса, он превратился в настоящего мачо, а заодно в сексиста, шовиниста и расиста. При съемках сериального продолжения «Зловещих мертвецов» авторам шоу было интересно работать именно с этим образом, сформированным «Армией тьмы». Они окружили главного героя небелыми сайдкиками-напарниками (Рей Сантьяго и Дана ДеЛоренцо), нарождающейся новой этикой и всеми приметами меняющегося мира, в котором таким динозаврам, как Эш, не место. При этом краеугольным местом силы в сериале, как и в оригинальной дилогии, стала хижина в лесу, с путешествия в которую и началась вся эта катавасия с демонами. За три сезона «Эш против Зловещих мертвецов» успел много раз порадовать и рассмешить поклонников франшизы, а закончился так же, как режиссерская версия «Армия тьмы»: Эшем, очутившемся посреди постапокалипсиса. Все логично: для таких, как он, только в буре есть покой.

  • Возвращение героев «На игле»

    Если продолжение культового романа «Бойцовский клуб» Чака Паланика вышло только в комиксах, то сиквел не менее важной книги из 1990-х «На игле» Ирвина Уэлша — на больших экранах. В нем герои Юэна МакГрегора, Роберта Карлайла, Джонни Ли Миллера и Юэна Бремнера решают попробовать себя в порнобизнесе. В первом фильме твердили: «Выбирай жизнь, работу, карьеру, семью». Как всегда, эти ребята выбрали кое-что другое. В итоге у режиссера Дэнни Бойла получился грандиозный сиквел про человека, у которого нет будущего, поэтому все, что ему остается, это вернуться туда, где у него хотя бы есть его прошлое.

  • Переосмысление главного постмодернистского слешера 1990-х

    Спустя 25 лет в Вудсборо снова начинают происходить убийства, но на сей раз все идет не так, как обычно. Зумерка Тара (Дженни Ортега) выживает после нападения маньяка по прозвищу Гоустфейса, а ее сестра Сэм (Мелисса Баррера) вместе со своим парнем Ричи (Джек Куэйд) возвращается в город, чтобы разобраться с призраками прошлого: ее отец — Билли Лумис (омоложенный на компьютере Скит Ульрих). Они знакомятся с друзьями Тары, часть из которых дети сестры Рэнди (Хизер Матараццо), а другая — шерифа Джуди Хикс (да, в городе теперь новый шериф!). И обращаются за помощью к бывшему шерифу Дьюи Райли (Дэвид Аркетт), который расстался с Гейл Уэзерс (Кортни Кокс) и теперь влачит жалкое существование. Не сразу, но Дьюи соглашается помочь подросткам, а затем в Вудсборо прибывает и другая старая гвардия: сначала в лице Гейл, а затем — Сидни Прескотт (Нив Кэмпбелл). К тому времени Гоустфейс убивает одного зумера за другим. 

    Это первая часть «Крика», снятая без участия Уэса Крейвена (он умер в 2015 году), но посвященная его памяти: в фильме даже появляется персонаж по имени Уэс. Новый фильм поставило трио Radio Silence, состоящее из режиссеров Мэтта Беттинелли-Олпина, Тайлера Джиллетта и исполнительного продюсера Чада Виллелла, которые до этого работали над веселым хоррором «Я иду искать». Вместе со сценаристами Джеймсом Вандербилтом и Гаем Бусиком они продолжают эксплуатировать давнюю фишку «Крика» (его постмодернистскую осознанность, когда герои хоррора понимают, что они герои хоррора) и знатно троллят зрителей (например, блестящий эпизод с Уэсом, когда авторы выжимают саспенс из всех действий этого героя на кухне). Но вообще амбиции создателей фильма простираются гораздо шире: они хотят изменить правила жанра, перевернуть игру. И это похвальная задача: в эпоху, когда все знают законы хоррора, эти законы больше не работают, поэтому самое разумное в такой ситуации — придумать новые (по крайней мере, для самого «Крика») и при этом не потерять преданных поклонников. Только есть одна маленькая проблема: режиссеры больше говорят о своих планах устами персонажей, чем реально воплощают их на экране. Как бы авторы фильма ни старались, им не удается сказать новое слово в жанре хоррора — ну и, прямо скажем, сама история в пятом «Крике» еще менее интересная, чем в четвертом. Рискнем предположить, что влияние пятого «Крика» на жанр слешера будет нулевым. Это слишком вещь в себе. Как бы новая часть не потешалась над «возвышенным хоррором» (или, как его еще называют, постхоррором), дух времени живет именно в этом жанровом направлении, а пятый «Крик» выглядит кровавой валентинкой из прошлого — насквозь метаироничной, местами остроумной, но совсем необязательной.

  • Изящный метасиквел про то, что нельзя снять идеальный сиквел

    За «Ведьму» талантливому мамблкорщику Адаму Уингарду прилетело от критиков и пользователей IMDb, но тут в защиту режиссера хотелось бы сказать пару слов. Да, Уингард и его сценарист Саймон Барретт через 17 лет уткнулись в ту же стену с отпечатками ладошек, как когда-то Дэниел Майрик и Эдуардо Санчес. Но суть в том, что создатели «Новой главы» не просто в нее уткнулись, они, кажется, изначально понимали, что это, в принципе, тупик. Что адекватный сиквел к такой знаковой и по-своему революционной вещи как мокьюментари-хоррор «Ведьма из Блэр» снять нельзя, это безнадежная затея. Поэтому они придумали по-своему изящный метаход, который оправдывает существование их произведения. Своим лирическим героем в продолжении они назначили режиссерку по имени Лиза (Калли Эрнандес), которая хочет снять документалку про парня, сестра которого в первой части пропала в мэрилендских лесах. Понятно, что персонаж Эрнандес — это сам Уингард, который таким образом выстраивает по отношению к своим героям метадистанцию, превращающуюся затем в метаконструкцию (кино внутри другого кино). При этом, глядя на все это, может показаться, что Уингарду, как и Лизе, плевать на своих героев (они оба просто хотят снять крутой фильм) — но это не так. Никакой ноль-позиции в этой картине не существует. Режиссер следует за персонажами прямо в пекло, отчаянно пытается с ними из него выбраться, а когда приходит время, символично «умирает» со своими героями. В искренность последних минут этого хоррора невозможно не поверить, ведь режиссер и его персонажи перед лицом смертельной опасности становятся единым целом. А то, что во всей это чудовищной вакханалии не удалось сделать крутой фильм, — ничего страшного. Получилось другое: снять почти идеальный сиквел про то, что нельзя снять идеальный сиквел.

  • Ремейк классической молодежной комедии «Это все она». С гендерной рокировкой: теперь девушка превращает невзрачного паренька в красавца

    Ремейк (?), ребут (??), сиквел (???) культового молодежного ромкома, вышедшего в 1999-м — в лучший год в истории кино. Оригинал (вдохновленный «Пигмалионом») поставил Роберт Искоув — режиссер темнокожей «Золушки» с Бренди Норвуд. Учитывая то, что практически одновременно с «Это все он» на Amazon Prime вышла новая экранизация «Золушки» с кубинкой в главной роли, можно предположить, что идеи в кино ходят кругами, а искусство циклично. Правда, в новой версии молодежной комедии (совершенно в духе времени) оказались смещены гендерные акценты: если в исходном сюжете, восходящем к античному мифу, парень (Фредди Принц-мл.) делал из девушки (Рейчел Ли Кук) красотку, то теперь все ровно наоборот. Инстаграмщица Пэджетт (Эддисон Рей) стремительно теряет подписчиков из-за заснятого на смартфон неприглядного расставания с бойфрендом, который ей изменил. Чтобы восстановить былую популярность (она нужна ей, чтобы поступить в колледж), девушка в качестве пари берется сделать из конченного лузера икону стиля. Им оказывается школьный пария Кэмерон (звезда «Кобры Кай» Таннер Бьюкенен) — не расстающийся с фотокамерой патлатый аутсайдер, который постепенно влюбляется в Пэджетт, да и та отвечает ему взаимностью, так что пари начинает трещать по швам.

    По визуалу это очень зумерское кино (экран распирает от инстаграм-ленты, все мигает и искрится), а по месседжу — очень бумерское (социальные сети — рассадник зла и фейка), что неудивительно, ведь сценарий сиквейка написал Р.Ли Флеминг-мл. — автор первоисточника (человеку, на минуточку, 51 год!). За режиссуру отвечал Марк Уотерс («Дрянные девчонки», «Спайдервик: Хроники») — тоже не новичок в молодежном кино. Ситуация обязывает сказать, что в фильме фигурирует много юных и красивых лиц, но вместе с тем в историю также вернулись Рейчел Ли Кук (в роли матери Пэджетт) и Мэттью Лиллард (играет директора школы). Поскольку мир не стоит на месте, школьный каст отличается расовым и сексуальным разнообразием (помимо гетеронормативных пар есть одна гомосексуальная), а гендерные роли оказываются подвержены ревизии. Помимо того, что Галатеей в этот раз становится парень, картина насмехается над токсичной маскулинностью (Кэмерон недоумевает, зачем главный задира каждый раз снимает свою майку), а также показывает, что почти в любом конфликте мужчина выходит сухим из воды, а вот женщине достаются все шишки. Если отбросить в сторону ностальгическое нытье по поводу того, что оригинал был душевнее, то стоит признать, что новая версия получилась, мягко говоря, не хуже. Герои приятные, много юмора, центральный конфликт не устарел, а Таннер Бьюкенен на костюмированной вечеринке а-ля «Великий Гэтсби» надирает зад бывшему Пэджетт, тем самым демонстрируя, что он не зря учился карате в «Кобре Кай».

  • Киану Ривз снова уворачивается от пуль в слоу-мо

    Томас Андерсон (Киану Ривз) — создатель культовой видеоигры «Матрица»— работает геймдизайнером в большой корпорации и заглядывается на семейную женщину по имени Тиффани (Кэрри-Энн Мосс) — с нее он списал свою героиню Тринити. Андерсон одинок, и ему кажется, что он живет не своей жизнью, не помогают даже походы к психоаналитику (Нил Патрик Харрис). Плюс его босс (Джонатан Грофф) говорит, что студия одобрила четвертую часть игры, которую она сделает с Томасом или без него. Уставший геймдизайнер уже готов сигануть с крыши, как вдруг за пальто его хватает синеволосая девушка по прозвищу Багз (Джессика Хенвик), показывает ему татуировку с белым кроликом и говорит, что он спаситель человечества, известный как Нео, все вокруг симуляция и он должен следовать за ней в реальный мир.

    С выхода третьей «Матрицы» прошло 18 лет, мир изменился до неузнаваемости (мы сами уже давно живем в матрице, имя которой — соцсети), поэтому глупо было бы делать серьезное продолжение. В связи с этим Лана Вачовски вместе со своими соавторами (сценаристами Александром Хемоном и Дэвидом Митчеллом, автором «Облачного атласа») пошла по самому верному пути: деконструкции и самоиронии. «Воскрешение» — самый веселый разнос оригинала в истории кино (веселее только третий сезон «Твин Пикса» Дэвида Линча). Создатели «Матрицы» паровым катком проходятся по мифологии франшизы, высмеивая с помощью метаиронии сложившийся вокруг нее культ и конспирологические теории, а заодно подтрунивают над студийной голливудской системой, нацеленной на сиквелы, приквелы, ремейки и сиквейки (есть даже дружеский шарж на компанию Warner Bros., на мощностях которой снято кино). Но и сама новая «Матрица» — это тоже сиквейк (сиквел + ремейк), старые песни о главном в новой обработке, иногда в самом прямом смысле: на финальных титрах прозвучит кавер на «Wake Up» Rage Against the Machine.

    Иначе говоря, смотреть «Воскрешение», не видя оригинальную трилогию, не имеет смысла. А посмотреть точно стоит! Хотя бы ради первой, невероятно смешной половины. Впрочем, вторая тоже не подвела. Когда приходит время быть серьезным (а это очень непросто, ведь герои только что сидели в кофейне под названием Simulatte!), Вачовски входит в режим, отработанный на «Восьмом чувстве» (символично, что половина команды Нео — это как раз актеры из сериала «Sense8»), и начинает трубить о том, в чем разбирается лучше всего: что миром правит любовь. Раньше казалось, что сестры Вачовски (Лана и Лилли) — остроумные поп-философы, но спустя двадцать лет стало очевидно: они не великие мыслители, а великие гуманисты. Сила новой «Матрицы» не в бронебойных аллегориях, а в том, как Лана Вачовски любит своих героев — любит настолько сильно, что решает: настало время их воскресить. А то, что при этом в ход идут инструменты из арсенала романтической комедии, так в этом нет ничего страшного. Как говорил немецкий философ Гегель: «История повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй — в виде фарса». Поэтому в четвертой части так много фарса. А еще если первая «Матрица» была буддистской, вторая — даосской, а третья — христианской, то четвертая — это новый завет, имя которому — Любовь!

9 запоздалых, но отличных сиквелов и ремейков кинохитов 1990-х
9
запоздалых, но отличных сиквелов и ремейков кинохитов 1990-х
9 запоздалых, но отличных сиквелов и ремейков кинохитов 1990-х
Крикуны: разбираем все части «Крика» — лучшего на свете хоррора про серийного убийцу
Крикуны: разбираем все части «Крика» — лучшего на свете хоррора про серийного убийцу
Крикуны: разбираем все части «Крика» — лучшего на свете хоррора про серийного убийцу
10 очень спорных сиквелов легендарных фильмов
10
очень спорных сиквелов легендарных фильмов
10 очень спорных сиквелов легендарных фильмов
15 малоизвестных продолжений нашумевших фильмов
15
малоизвестных продолжений нашумевших фильмов
15 малоизвестных продолжений нашумевших фильмов
Создайте уникальную страницу своего события на «Афише»
Это возможность рассказать о нем многомиллионной аудитории и увеличить посещаемость