Место в Петергофе

Ольгин пруд

Если с шоссе свернуть не к Большому дворцу, а в другую сторону, почти сразу откроется вид Ольгина пруда — неожиданный простор в просвете Правленской улицы. Пруд, выкопанный на месте Охотного болота, где водилась пернатая дичь, питает водой все, что в Петергофе по правую руку от Большого каскада (по левую — Английский пруд). Вырытую землю использовали, насыпав три острова: Ольгин, Царицын и крохотный Кроличий. На первых двух Андрей Штакеншнейдер построил одноименные павильоны для дочери и жены Николая I (туда раньше плавали на лодочках, а теперь приходят по дамбе). Царицын павильон решен в помпейском стиле, с атриумом внутри и затейливой асимметрией архитектурных объемов и деталей снаружи. Ольгин внешне скромней — а-ля южноитальянская вилла. Реставрация, только недавно возродившая побитые в войну здания, — просто блеск. Разыскивались даже утраченные сорта цветов, выведенные здесь Петром Эрлером. Цветы да фонтаны Царицына острова — чистый рай, особенно на фоне соседнего рынка, цыганских побирушек и разных нетрезвых личностей, отдыхающих на берегу пруда (возможно, это потомки тех образцово-показательных пейзан, которыми Николай Павлович желал окружать себя, словно фарфоровыми фигурками Гарднера). Интерьеры цветного мрамора, клумбы и скульптуры представляют собой такую пропасть самого изящного, что вспоминается общее название той эпохи архитектуры и дизайна: эклектика. От молочно-голубой с золотом Хрустальной колонны в саду до настоящей археологической помпейской мозаики на полу в столовой — все выдает прихотливый вкус царицы, склонной в том числе и к безвкусице. Ольгин остров проще — и тем идилличнее.