Посетив Александрийский театр впервые был приятно удивлён лакеям с сединой во фраке, они были вежливы ко всем гостям, это задаёт настроение и располагает к просмотру постановки. Обычно в залах работают женщины пенсионного возраста,также с рабочей форме,более скромной. Актёры действа потрясающие,а вот вольная,новаторская интерпретация В.Фокина специфическая (на льду),хоть и была награждена высшей театральной премией. Радикальных сцен с изменением сюжета не было,поэтому всё воспринималось органично, зал с головой погрузился в атмосферу 19 века. Остальные размышления в инстаграм @grinvey

Фантасмагория вполне в духе Гоголя. Найден превосходный сценический прием, передающий идею несовместимости, как день и ночь, и сокровенности внутренних миров. Стена разделяет две жизни. Синяя ее сторона олицетворяет вечерний, сонный, уединенный мир Подколесина. За белой стороной открывается дневной, подвижный мир Агафьи Тихоновны, предающейся любимому занятию – катанию на коньках. Женихи могут явиться в этот мир катка только на коньках и никак иначе. Сцена сватовства превращается в шоу, где Подколесин чувствует себя совершенно дискомфортно. Привычка к холостой жизни оказывается сильнее естественного влечения и инстинктов. Нужно быть действительно одержимым дьяволом, как Кочкарев, чтобы стремиться соединить несовместимые миры Подколесина и Агафьи Тихоновны. Очень хорош в роли Кочкарева Дмитрий Лысенков – легкий, динамичный, эксцентричный. Валерий Фокин превратил комедию Гоголя в экспрессивное, динамичное, смешное действо. Но смех в зале мгновенно затихал, и воцарялась пронзительная тишина в моменты исповеди героев. За внешней смешной стороной происходящего скрывается драма одиночества.

На сцене удобно "разместился" огромный синий деревянный цилиндр, символизирующий холостяцкий дом, спереди стоит диван с лежащим на нем НЕженатым еще Подколесиным, а в окне едва держащийся на ногах слуга Степан, натирающий до блеска сапоги барина.
Так, по мнению Валерия Фокина, должна выглядеть первая сцена знакомства зрителя с обывателями гоголевской пьесы.
Сваха Фекла Ивановна, являющаяся подшофе в дом Подколесина, дабы женить нерадивого жениха, и его клоунадообразный друг Кочкарев после непродолжительных разговоров перемещают холостяка (а вместе с ним и весь зрительный зал) за ширму - по другую сторону дома, где на льду разворачиваются самые настоящие страсти. Дом невесты напоминает рождественскую сказку в уютном уголке Европы, где с неба падает пушистый снег, а теплый и мягкий свет располагает к уютной беседе.

Четыре разнокалиберных жениха и одна невеста на выданье - невиданная по нынешним временам роскошь. И чтобы невеста сделала верный выбор, надо не просто уметь кататься на коньках, а ...иметь хорошего свата.

Ничего лишнего нет в этой постановке. Все по-гоголевски смешно, все по-фокински профессионально.

Еще один спектакль, где режиссура и сценография выходят на первый план, существенно опережая актеров. Валерий Фокин в петербургском императорском театре (гоголевская премьера состоялась здесь же 155 лет назад) поставил два года назад вполне себе "новую драму". Сцена усилиями художника Александра Боровского превращена в манеж, внутри - ледовый каток, снаружи у забора - обломовское лежбище. Сваха (в отличие от ленкомовской Инны Чуриковой) бормочет невнятный текст, ей вторит "пьяный" слуга Степан. Женихающийся Подколесин (Игорь ВОЛКОВ) сам рисует в воображение картину приготовлений к счастливой семейной жизни. Мешают сему благолепию и зрительской скуке появляющийся мелкий бес Кочкарев (Дмитрий ЛЫСЕНКОВ). Действие не спеша разгоняется и приходит к ледовому катку, по которому рассекает невеста (Наталья ПАНИНА) - совсем некупеческой конституции девица, преисполненная девичьего томления и жажды к случке. И вот перед ней предстают образы русских мужиков - дородный и жадный до приданого экзекутор Яичница (Павел ЮРИНОВ), великолепный Бальтазар Бальтазарович Жевакин - вэдэвэшник "без ног", на колесной доске (Валентин ЗАХАРОВ), гомоподобный Анучкин (Андрей МАТЮКОВ), вдовесок - бессловесный лилипут из фильмов Дэвида Линча да купец на дрожках. От всего благолепия кидалт девятнадцатого века Агафья Тихоновна, дева 27 лет, просто обалдевает. И проносятся позади ее мечтаний полуголые телеса вышеозначенных лузеров. Звучат оборванные советские романсы в интерпретации Леонида Десятникова. Зритель получает вполне классический побег жениха, прежде вместе с другими вознесенного на пьедестал персонального гоголевского монолога. Фигура Гоголя в шинеле то и дело чудится под падающим на сцену снегом.

Если у вас есть время вечером сходить в театр, то стоит его потратить на посещение театра. Спектакль живой, тема неустаревающая, актеры играют энергично. Мне понравилось, местами смешно, местами грустно. Но это ж все про нас.

Прикольно.
Видимо для выражения экспрессии и эмоций героев поставили на коньки.
Просто продолжение «Ледникового периода», только герои катаются на фигурных коньках не на льду, а на особом покрытии, что придает происходящему еще большую нереальность.
Соответственно и оценивать хочется как в «ЛП».
Агафья Тихоновна (Ю. Марченко): техника – 5,8, артистизм – 6.
Кочкарев (Д. Лысенков): техника – 5,8, артистизм – 6.
Анучкин (Матюков): 5,6 и 6.
Яичница (П. Юрков): артистизм – 6, техника – 6 (похоже, он единственный, кто умел кататься на коньках до проекта).
Иван Кузьмич Подколесин (И. Волков): артистизм – 6, техника 5,0 (хотя меня пытались уверить, что неумение кататься в данном случае подчеркивает робость и неуверенность его натуры, однако, смотреть как человек разъезжается на коньках занятие трудное, а зрелище печальное).
Жевакин, отставной морской лейтенант (В. Захаров), стал вдруг инвалидом и мило так раскатывает на подставке с колесиками, что служит для развлечения публики. Неоднозначно и неоценивается.
Бабульки - Кузнецова и Петрова, слава Богу, не на коньках.
В целом трактовка интересная, посмотреть рекомендую.

Актеры играли от души. Особенно впечатлила сцена сватовства ))) Прекрасная, но не простая комедия, в которой есть над чем подумать. Хорошо передан гоголевский стиль! Спектакль оставил у нас приятный осадок и философское настроение вечера.

Хорошо сделанная трагикомедия практически без философских/лирических отступлений и позывов к тяжелым размышлениям (хотя, конечно, кое-что там всё-таки есть). Такие спектакли нужны, ибо "рождаешься с криком, умираешь со стоном, так сумей прожить жизнь со смехом" (с) Здоровый смех полезен. А в "Женитьбе" его предостаточно, что добавляет спектаклю прелести. Даже несмотря на то, что конец, по сути, чрезвычайно трагичный, осознание того, что оба героя не желали этого брака, делает побег жениха неким избавлением, облегчением. Поэтому из зала выходишь с улыбкой на лице.
Сама форма спектакля мне лично показалась интересной и вполне свежей (несмотря на набившие оскомину коньки). Идея катка еще сильнее подчеркивает показушность и абсурдность процесса сватовства, доводя его до гротеска.
Александринка радует)

Гоголь-никогда не нравился мне как писатель. идя на эту постановку узнала что по гоголю, только перед началом спектакля, и на самом деле ничуть не жалею. весело,живо,немного драматично-вот такое мнение у меня сложилось об этом спектакле.
в общем я не пожалела ни денег, ни потраченного времени.

Спектакль представляется мне острой, хулиганской и наполненной глубоким смыслом сатирой. Браво, увжаемые господа Режиссер и Актеры, а такожде все-все-все.
Если в двух словах и грубо, то есть КАТОК и не-КАТОК.
КАТОК, сиречь публичное место, где нужно представительствовать и соответствовать, где правят необходимости и условности. Где всё по правилам. Негласным, но подавляющим большинством фигурантов принимаемым. Потому что ноблесс оближ! Хочешь «жить» – умей «кататься»!
Не-КАТОК – это персональное лежбище надворного советника Подколесина Ивана Кузьмича. На котором столь приятно вообразить себя женатым! уютно, покойно, никто не мешает… Вообразить приятно. А вот выйти на КАТОК страшно. Оно так, с книжкою при свече, гораздо покойнее!
А ещё есть Дух КАТКА. Его мелкий бес. Которому всенепременно нужно вовлечь байбака-приятеля во всеобщее необходимое катание. Это, конечно же, Кочкарев Илья Фомич! Именно поэтому «черт знает». Он сам чёрт и есть!
Так чего же вам ещё? Вот лежит Иван Кузьмич Подколесин, книжку читает. И не откуда-нибудь, а именно оттуда, с КАТКА, врывается шальной, припорошенный снегом сумасшедший зигзаг: Илья Фомич Кочкарев. Этакий зловеще-фарсовый «мороз – красный нос». И, как было сказано А.Аверченко, «всё заверте…»
А вот Агафья Тихоновна, невеста в папильотках, старательно упражняющаяся в пируэтах на том же самом КАТКЕ. Ей весьма хочется преуспеть, а замужество - это просто необходимо! Положено. По правилам КАТКА положено, что девицам следует выходить замуж, мужчинам – жениться. Не нами заведено. Таково уложение, обычай, порядок.
А что, никто не встречал девиц, озабоченных проблемой замужества? То есть, желающих выйти замуж ещё неизвестно за кого, но выйти обязательно? А мужчин, планирующих женитьбу в таком-то году после сдачи сопромата? Но это так, реплика а парт. А если в контексте, то все – на КАТОК!
А вот и женихи. На КАТКЕ. Каждый – со своим резоном. Для соответствия. Кто – для приобретения статей прибавочных, кто – для фасону пущего, а кто… Да… Жевакин, сватающийся в семнадцатый раз… Сколько же он на этом КАТКЕ уже откатал! вот и стер конечности до гениталий…
А вот жених допрежь всех отвергнутый, ибо звания не дворянского: Стариков. И хоть он на коньках на КАТКЕ тоже умеет, но у него и свои сани есть!
Но! поскольку за дело взялся сам Дух КАТКА, то «пошли вон, дураки!» Потому как обаял Агафью Тихоновну неуёмный Дух, сомлела невеста, поддалась, поплыла-покатилась! Да и Подколесин, вовсю пинаемый и понукаемый другом-«чертом», вкусив прелестей от женской ручки, сомлел было, дал слабину. Но! «Однако ж (…) как-то делается страшно, как хорошенько подумаешь об этом». Да и то: вот уже и женат, стало быть – на КАТОК навсегда? Ну, нет! В окно, господа мои, в окно! прочь с КАТКА! На диван, да книжку в руки! А и правильно!
Вкратце вот так выходит.

Подробный разбор спектакля - здесь:
http://purelena.narod.ru/chert_poputal.doc

Очень редко ухожу со спектаклей, но это был тот случай. Единственное что понравилось - это "ледовая" интерпретация того, как героиня выбирала женихов.

На празднике на вашем, который Вы встречали
Весь город был украшен волшебными свечами.
И свечи так горели, так искренне, так ярко
А к вечеру сгорели без дыма без огарка.

...И тихо встаньте и снимите шляпы
Пред тем, кто вас сегодня развлекал

Замечательная постановка! Посмотрели на одном дыхании!!!

Я не фанат современных интерпретаций классики. Хотите сделать что-то новое? Сделайте своё собственное. Не подписывайте своё творчество именами "золотого века".
Лет десять назад я услышала про постановку Гоголя, где актеры катаются на льду - и не глядя, списала для себя это действо в дурно пахнущую категорию такого вот сорта искусства, как адаптиророванная для современности "классика". И вот по роковому стечению обстоятельств именно на этот спектакль я и попала. Шла на него, относясь заведомо снисходительно, как идут на непрофессиональное представление, которое по некоторой причине обязательно нужно высидеть.

Однако вынуждена признаться, что постановка оказалась в итоге приятным сюрпризом. Впечатлений, эмоций и размышлений после спектакля хватило на целый путь домой. Игра и состав актеров, технические решения на сцене, художественные акценты и общая атмосфера постановки - от всего осталось приятное впечатление высокого уровня мастерства, представленного зрителю в несколько неожиданной, даже гротескной, манере.

Разумеется, это не совсем "Женитьба" Гоголя. Скорее, смелая кавер-версия классической комедии.

С самого начала лежащий на диване Подколесин, который невнятно бормочет размышления о "необходимости жениться", не вызывает желания сопереживать. Сцена как будто отталкивает неразборчивостью монолога героя, и тошнотворное ощущение усиливается с появлением в окне слуги, по-свински пьяного, едва ворочающего языком. Спектакль продолжает плевать в душу зрителя и дальше: из окна неуклюже вылезает опухшая от беспробудного пьянства сваха с накладной задницей. Начинаются какие-то пошлые хватания и похлопывания, похрюкивания и похрапывания, обезьяньи ужимки и другие безвкусные эффекты балана. Гиперактивный друг Подколесина напоминает черта из табакерки (в определенном освещении мне показался похожим даже на черта из фильма "Облачный атлас"), а всё происходящее в целом выглядит как какая-то клоунская буффонада.

Однако вскоре неперекор здравому смыслу спектакль начинает затягивать. Плавным скольжением актеры ненавязчиво добавляют динамичности своим характерам. Призрачное освещение порождает ощущение жутковатого сюрреализма, напоминая о том, что всё творчество Гоголя пропитано мистицизмом, да и сам он был слегка сумасшедшим. Причудливые детали сценографии (например, экраны, по которым снуют тени; платформы, поднимающие актеров во время монологов, обращенных к залу; оглушительно пронесшаяся по сцену карета с барином, куряющим настоящую папиросу, и тд) безусловно усиливают зрелищность.
Удачно расставленные невербальные акценты (вроде выдержанных по-Станиславкому пауз и body language актеров) усиливают художественные средства пьесы.

Под конец я уже погрузилась с головой в эту фантасмагорию и поняла, для чего Фокин стряхнул с "Женитьбы" пыль и расцветил её новыми красками.

Хотим мы этого или нет, но наше мышление с течением времени меняется. Искусство всегда отражало действительность, и не стоит ждать, что в то время, как наш безумный-безумный мир экспоненциально увеличивает скорость своих трансформаций, постановки в театрах будут оставаться такими же, какими они были двести лет назад. Посмею предположить, что редкий зритель сегодня действительно читал оригиналы классических произведений. А понятные и близкие современности произведения пробуждают интерес и к оригиналам. Я нашла в этом спектакле то, что меня искренне зацепило и тронуло. А это, пожалуй, главное, зачем мы тянемся к искусству.