
В 2004 году Петр Фоменко создал спектакль со сложнейшей интонационной партитурой. Будто сочиняя роли на ходу, взлетают на персональные вершины актерского творчества Ксения и Полина Кутеповы, Галина Тюнина и Мадлен Джабраилова. Фоменко, создавая на сцене достоверный аристократический дачный быт столетней давности, при этом ни на секунду не дает зрителям забыть, что, вообще-то, это все понарошку.





| Драматический |
| 12+ |
| Петр Фоменко |
| 3 часа 50 минут, 2 антракта |
В «Мастерской Петра Фоменко» все премьеры — долгожданные. Бесспорным рекордсменом по терзанию зрительских чувств был спектакль «Война и мир»: его собирали лет пять, сочинив об этом периоде красивую историю про то, как много месяцев подряд всей труппой читали роман вслух. Нынешних «Трех сестер» ждать пришлось меньше, года два, но любопытство мучило как никогда: Фоменко пообещал занять в спектакле весь первый состав «Мастерской», а главное — представить Чехова, автора, который до сих пор ни разу не стоял в репертуаре самого любимого театра московской публики.
Первыми «Трех сестер» дождались французы. Премьеру, на полвесны исчезнув из московской афиши, «Мастерская» сыграла в Гавре. Французы гордо подчеркивали на афишах, что «премьера раньше, чем в Москве», именовали Фоменко «неоспоримым мэтром русского театра», а в рецензиях восхищались, что он «смог проникнуть внутрь головы Чехова».
В Москве «Трех сестер», собрав полный зал филиала Малого театра и очередь за лишним билетиком от Серпуховской площади до Большой Ордынки, «фоменки» дали только в сентябре. А через день опять уехали. На БИТЕФ в Загреб, потом в Белград: гастрольный график расписан на осень и зиму. «В Москву, в Москву!» — впору начинать страдать и публике: жизнь московского репертуарного театра у «фоменок» не получается. «Легкость» и «летучесть» — слова, которые употребляются рецензентами в каждом тексте о них, — оказались не только литературными эпитетами. В них — суть самой «Мастерской». Как были «фоменки» странниками, так и остались. Зрители записываются в листы ожидания билетов, как на прием к знатной особе, и надежды для них немного. В те редкие периоды, когда «Мастерская» играет в Москве, в театре сетуют на маленькие залы бывшего кинотеатра «Киев» и перевозят спектакли на арендованные большие сцены. «Три сестры» — чего в «Мастерской» не было со времен студенчества — сразу сочинялись с расчетом на вместительный зрительный зал с партером, амфитеатром и ярусами. Вопрос: стоило ли ставить в чужом театре?
«Если испортите третий акт, — заявляет из оркестровой ямы человек в пенсне, — пьеса пропала». Нудный человек в пенсне придуман самим Фоменко. Все четыре часа действия (четыре!) человек не сходит со сцены, сверяясь с бумажками, читая по ним ремарки и вскрикивая: «Пауза!»; чуть что — актеры поворачивают головы в его сторону. Не находит Ирина слов на прощание Тузенбаху — кидается к сочинителю: «Где текст?» Тот