После спектакля убедилась в том, что театральное искусство может вызвать ощущение катарсиса. Глубокое сопереживание перешло в резонанс тонких, чистых, светлых энергий.
«Третий выбор» - второй после «Воспоминаний будущего» спектакль Валерия Фокина, увиденный мною. Очевиден его талант, заключающийся в умении содержание передать точно найденной художественной формой. Окружающих Федю Протасова людей Валерий Фокин размещает в бельэтаже, опустившегося Федю в подвале, откуда он доставляется на сцену в клетке, до размеров которой сузилось его жизненное пространство. Фокину претит силовое давление на психику зрителей. Спектакль пронизан духом сдержанной мужественности в ощущении трагичности существования. Это ощущение вызывается совмещением двух планов – человек погибает на фоне обыденной суеты.
Вероятно, Фокин стремится к тому, чтобы действие, происходящее на сцене, звучало как музыка. У каждого актера своя партия, выражающая их внутренний мир, движения от себя к другим и от других к себе. Петр Семак настолько естественно и искренне существует в роли Феди Протасова, что психический контакт с актером абсолютен. В образе Феди сконцентрирован конфликт между внешним благополучием, прописной моралью, этикетом и внутренними ценностями, жизнью души, стремлением к внутренней свободе. Не находя разрешения этого конфликта, он уходит в забытье, запой, болезнь, на предел существования. Петру Семаку достаточно мгновенных эмоциональных порывов, чтобы выразить внутреннюю силу, искренность, страстность Феди. Когда он видит любимую женщину, его лицо озаряется внутренним светом. И тогда понимаешь, почему любят и его, даже опустившегося, окружающие его люди, которым свойственна душевная чуткость. Лиза не может отказаться от него ради своего счастья и благополучия. По-юношески бескомпромиссная Саша искренне переживает о его судьбе, желая его возвращения. Маша опекает его как любимого ребенка, пытаясь любовью, нежностью, красотой вернуть его к жизни. Но они только усиливает его боль, чувство вины перед ними и самим собой.
Близкие люди милы, обаятельны, наделены тонким душевным складом. Но вот парадокс. Как только эти люди объединяются в общество, вся их внутренняя красота и искренность растворяется во внешних правилах. Усредненное общество оказывается мало приятным, если не сказать безобразным. Слушая прекрасную музыку, оно не замечает, что рядом с ним человек пытается уйти из жизни. Но, забыв о прекрасной музыке, его внимание мгновенно переключается на частную жизнь других, чтобы потом с удовольствием распустить сплетни. Судебные приставы перед судом успевают поучаствовать в оргии с проститутками. В сознании мгновенно возникает вопрос – а судьи кто? Те люди, которых они обвиняют, несопоставимо чище и подлиннее их.
Большую часть сцены занимает лестница с красивой ажурной решеткой – символ восхождения и опускания, символ «прекрасной эпохи», которая исчезает на глазах. Люди превращаются в театр теней, в силуэты, движущиеся по лестнице в сумеречном свете. Утонченная эстетика той эпохи канула в лету, сохранившись только в искусстве. Но эскейпизм, свойственный ее духу, остался. Он был, есть и будет, поскольку всегда найдется немало людей, неудовлетворенных профанным миром и ищущих из него выхода, чтобы сохранить свою сущность.
Спектакль вызвал неоднозначные чувства.Игра актеров на отличном уровне,динамичное развитие сюжета,но чего-то не хватило мне.Спорные декорации,одни лестницы по которым актеры носятся туда-сюда,много суеты,много телодвижений.Скорее всего мне не хватило диалогов.В некоторые моменты я бы добавила музыкальное сопровождение,особенно в тот момент когда герои колонной со стульями идут на суд.А так же было плохо слышно,порой не слышно совсем,когда актеры находились в нижней части сцены. А ведь мы сидели на 4 ряду,правда сбоку.Зрители за спиной перешептывались,что ничего не слышно.Спектакль хорош,но рекламировать друзьям не стала бы.