Спектакль в Москве

Сон в летнюю ночь

Наверное, сейчас единственный позитивный спектакль в Москве с «положительным концом» где можно посмеяться. Сцены провинциального театра выступающего перед Герцогом на свадьбе максимально комичны и достойны отдельной постановки. Галина Тюнина неподражаема, Ирина Горбачева - блеск, сила таланта (ей досталась «трудная» роль Елены, которую сначала ненавидят, а потом любят). Очень понравилось! Пойду ещё и не раз!!!!!!!

Смотрела в прошлом году. Не понравился совсем. Хотелось встать и уйти сразу. У Шекспира комедия, но не бред. Сам театр про себя пишет, что актеры на сцене не играют, а дурачаться. Вот именно это и происходит на сцене. Бегают, орут, кувыркаются, играются и дурачаться.

Много ожиданий было от спектакля. Красивые декорации и костюмы, молодые красивые и энергичные актёры, известная пьеса со сказочным сюжетом- всё должно было сработать, но много движения и нет динамики действия, много шума, но мало эмоций- мне было скучновато. Казалось что вот сейчас разыграются и всё пойдёт в разнос, когда начинаешь смеяться не переставая. Кажется ,что спектакль должен был быть очень атмосферным- лёгким, увлекающим и увлекающимся...Но не произошло- для меня не произошло... Хотя зал был полон, и в зале смеялись. У нас давно не было таких вызывающе красивых, зрелищных действий-перформансов.

Какой же все таки чужеродной, ну просто физически неприятной к прикосновению эстетикой обладает Мастерская Фоменко. Каждый их очередной спектакль, это как доставаемая из кладовки банка с бабушкиной просроченной консервацией. Ну и что, что срок хранения истек, ну и что, что плесень варенье накрыла, сейчас нам все прокипятят и в рот будут старательно ложку за ложкой впихивать. Запить не дадут, хоть обдавись весь.
Раньше я думал, что это только спектакли самого Фоменко вызывают такую реакцию. Вовсе нет - Мастерская это театральное нафталиновое болото, оно вне зависимости от существования мастера само себя бодро поддерживает в искусственно придуманном времени для искусственно придуманного театра вне актуальности и современности. И пусть весь мир несется вокруг с безумной скорости, тут, на набережной такой всеми 89% народонаселения страны любимый эсэсэсровский застой. Как при Фоменко было, так во веки вечные тому и быть.
"Сон в летнюю ночь" Поповски демонстрирует это как никак лучше. Это смесь концерта Петросяна, шоу "Новые русские бабки" и Грушинского фестиваля.
Ах, как это нравится публике, как эти гэги ее смешат, как эта авторская песня сопровождается аплодисментами, чистый "Аншлаг, аншлаг". Ну и не только публика любит это гавно, жюри премии "Золотая маска" хлебом не корми, дай Мастерской вручить все, что только можно. Лучший драматический спектакль прошлого года? Господа, вы в каком театральном контексте существуете? Вы на полном серьезе звезду инстаграмма Горбачеву за эти кривляния номинируете на премию как лучшую актрису? Стыд!

Очередным сильным театральным впечатлением для меня стал «Сон в летнюю ночь» «Мастерской Петра Фоменко», номинированный на «Золотую Маску» в этом году. Посмотрев этот спектакль, я опять могу с уверенностью сказать, что эксперты знали, что выбирали, т.к. спектакль достоин ее полностью и абсолютно, по всем параметрам.

Основное, на что обращаешь внимание в этом спектакле – это оформление, стиль, сценическое движение, т.к. перевод кажется вполне привычным. На этот раз ткань, ее движение, эффект, который она создает – главный козырь в руках создателей постановки. Костюмы героев не яркие, выполнены в приглушенных тонах, причем костюмы каждых явно дают понять, из какого они мира: людей или волшебных созданий. Костюмы простолюдинов, ставящих свою пьесу, выглядят наиболее земными, как и они сами. Афиняне – все в белом, жители лесов – приглушенные мягкие краски характеризуют их костюмы. В спектакле за скобки выведена свита Титании, они есть и их нет на сцене. Эти люди, создающие движение ткани – их лица закрыты, они почти невидимы, как лесные эльфы. Видны лишь те, кого надо увидеть на сцене, остальные вдруг исчезают, одновременно оставаясь.

Первая сцена выстроена на удивление графично: четкие движения актеров, как танец. Герои выглядят словно статуи – все в белом на белом фоне, оживают лишь когда говорят, только глаза их выдают чувства, эмоции, какую-то реакцию. История рассказывается так, будто мы видим какие-то рисунки на стенах древних храмов. Замершая история. Лишь Гермия ломает эту графичность, становится живой на фоне этих статуй, заставляет вдруг стать живыми и их, сходит из древнего мифа на землю.

Чарующий лес, в котором происходит большая часть действия – другой. Он обволакивает и затягивает в сон, но он и пробуждает чувства. Здесь нет места графичности. Ткань, ее волнение, которая была лишь статичным фоном в афинских сценах, здесь становится живой, и вот уже перед нами заросли волшебного леса, где-то ухают совы, какая-то мистическая музыка создает атмосферу колдовства. Здесь мы знакомимся с правителями этого волшебного мира – Титанией и Обероном, сыгранными теми же актерами, что изображают афинян Ипполиту и Тезея. Титания случайно ли или специально кажется продолжением той самой Ипполиты, чье согласие на брак с Тезеем, кажется завоеванным и не слишком добровольным. Титания здесь сопротивляется своему супругу, как королева эльфов она живет так, как хочет. Образ Оберона же совсем не выглядит Тезеем с другой точки зрения, хотя пересечения, несомненно, есть. Это самостоятельный герой, похожий на древнего мудрого волшебника, хранителя леса и людей, решившего проучить свою супругу. Оберон и наблюдатель, и действующее лицо, совершенно мистическая фигура. Не знаю уж, как удалось, но Оберон появляется в разных частях сцены и даже зала совершенно неожиданно, так, будто он телепортируется, что не захочешь – поверишь в его волшебную сущность.

Афиняне в этом лесу в своих белах одеждах становятся его частью и его пленниками. Они будто не замечают красоты и опьяняющего дурмана этого леса. Они бегают друг за другом, общаются друг с другом, путаются и оказываются пленниками этого леса. Их судьбами и мыслями завладевает Оберон: он способен дать им великое счастье или отнять его. Он вовсе не отрицательный герой, но относится к людям с некоторым снисхождением, как к низшим существам, чьи жизни целиком в его руках. Его помощник – Робин-Добрый малый. Он похож на веселого бесенка, но беззлобного. Этот герой подвижен, черты его лица ярко подчеркнуты. Он почти все время на сцене, закручивается в самые невероятные узлы. Он лазает по деревьям-тканям, он танцует с персонажами, увлекая и дурманя их. Он забавляется. Едва ли это получилось случайно, но Робин очень похож на Николая Цискаридзе, причем не только внешне, но и движениями. Временами вспоминается Смерть из РиДж, но с той разницей, что здесь Робин – пусть и мистический герой, но действующее лицо, чьи поступки влияют на судьбы людей, и вовсе не несет он зла и боли.

Здесь лишь слегка затронута тема сопротивления высшим силам настоящей любви, но она есть… Если посмотреть на реакцию Лисандра – красивого и трепетного юноши – после закодовывания его каплями растения, можно увидеть, что человеческое его чувство чуть сопротивляется, и он не сразу верит в новую любовь. К чувствам человеческим, искренним, отношение здесь с одной стороны уважительное: Оберон старается помогать любви, как мягкой и благородной (Лисандр и Гермия), так и отчаянной и сумасшедшей (Елена). Чувства Елены здесь вообще доведены до предела: к ней и ее предательству не испытываешь неприязни, ведь все сделано впопыхах и лишь ради любви. Она гоняется за Деметрием, и их бесконечная гонка выглядит комично, когда герои носятся по всему залу и всей сцене. Впрочем, эта героиня кажется растерянной, когда все происходит наоборот, получив желаемое, Елена теряется, и кажется счастливой «по течению», не до конца верит она своему счастью, кажется, сомневается, счастье ли вообще она обрела. С другой стороны, к человеческим чувствам отношение снисходительное: так легко их обмануть и так забавно наблюдать за последствиями обмана.

Помимо центральных персонажей, в чьей сюжетной линии есть и некий трагизм, есть еще и чисто комичные сюжеты. Это Титания, влюбившаяся волею Оберона в человека с головой осла, и простые люди, ставящие с невероятной серьезностью пьесу про Пирама и Фисбу. В первом случае занятной оказывается метаморфоза: голова осла подчеркнуто игрушечная, даже не в театральном стиле, а именно в детском, а персонаж быстро становится ослом сам, начинает думать, как осел. Что это? Извлечение животного из человека? Все люди внутри животные?

Возможно, ведь эта тема имеет продолжение и во влюбленных героях. Пока волшебные создания развлекаются, люди им полностью подвластны, их движения и действия все больше похожи на инстинктивные, они ведомы не человеческим, а животным, эта сущность идет изнутри героев. Так перед нами уже и не девушки, аккуратные и нежные, а разъяренные кошки с растрепанными волосами-шерстью. Елена, кажется, куда раньше оказалась близка к этому состоянию, но и Гермия тоже стала такой, пусть она и не околдована. Что это? Сильный стресс ведет к такому перевоплощению, не иначе.

Хочется отметить блистательный финал. Все-таки совсем не зря правителей людских и правителей волшебных изображают одни и те же актеры. Решение Тезея выглядит логическим продолжением действий Оберона: он теперь стоит на страже любви против самодурства, а Ипполита становится продолжением Титании и ее усмиренной страсти, теперь покорности. Не слишком большой персонаж, ее характер раскрыт через царицу эльфов, как и суть ее суженого. Завершается все, как и у Шекспира, веселым представлением простых тружеников. Они с удивительной серьезностью, но крайне неумело, пусть и со старанием пытаются представить свою пьесу, что это выглядит на редкость комично. Зрители пускают реплики, а актеры выходят из образов и общаются с этими зрителями (молодоженами). Забавно все: получившийся реквизит, взаимодействие актеров, совсем не ставших своими героями, а оставшимися собой, друг с другом. каждое движение буквально вызывает смех. Такое чисто человеческое завершение постановки.

Одновременно вдруг превратившийся из распорядителя празднеств обратно в Робина герой напоминает нам о связи между магией и людьми, и сон ли это был или наяву… Красивый финал.

Хочется отметить сценическое движение: каждый шаг героев выверен, интересно не только, что скажут актеры дальше, но и куда пойдут и что сделают. Актеры много взаимодействуют с декорациями и с залом самим: они выполняют почти акробатические трюки, лазают по свисающим тканям-лианам, заворачиваются в них, перемещаются по залу, забираются на лестницы, встают на ограждения бельэтажа (и как держатся только). Так сам зал оказывается местом действия, и зрители уже не в стороне, а в том самом заколдованном лесу.

А оформление! Помимо раскрашенных светом тканей-лиан, помимо традиционного приема создания волны при помощи ткани, сколько здесь находок! Лесные сцены начинаются с игры со светом: восходящая луна и какой-то персонаж на ней, блуждающие тени, луч, падающий на дыру в полу, которая оттого светится и откуда выбирается Робин! Потрясающее музыкальное оформление, буквально погружающее в атмосферу. Появляющийся то тут, то там Оберон: мистика, не иначе! Оформлено все так качественно, что иногда приходит ощущение нереальности происходящего, ощущения фальши нет совсем, ни на секунду. Поразительный эффект!

Я буду очень даже рада, если «Маска» достанется этому спектаклю. Это действительно выдающееся зрелище, производящее сильнейший эффект на зрителя! Очень рекомендую! Безумно красиво, безумно интересно поставлено и очень профессионально сыграно!