Последнее время театры все чаще обращаются к почти забытым произведениям эпохи средневековья, к мифам и легендам. В театре Романа Виктюка поставили спектакль «Крылья из пепла» по пьесе современника Шекспира Джона Форда «Как жаль, что она шлюха». По-русски звучит грубовато. Сюжет же вполне в духе своего времени, изобилующего различными извращениями: об удивительной любви родных брата и сестры – Джованни и Анабеллы. На самом деле, история гораздо интереснее, тоньше и глубже. В ней много психологических проблем, душевных страданий и метаний. Анабелла – скорее жертва, брошенная братом самостоятельно решать все проблемы, как водится, предстает развратницей. Ну, а в конце все умирают.
Спектакль показался пустым. Такое впечатление бывает, когда очень короткое и малоинформативное действо растягивают до приемлемого для полноценного спектакля времени. Много молчаливых пауз, без музыки, без движения. Уже дома я просмотрела текст и даже старый итальянский фильм 1971 года. Стало очевидно, что и без того простую и недлинную пьесу зачем-то сократили, потеряв при этом несколько логических цепочек.
Что касается костюмов и декораций – то они хороши. Обязательные накачанные голые торсы мужчин и их тяжелые юбки, - вызывающая сексуальность, – отличительная карточка спектаклей театра. Меня смущали сильно покатые крыши многоярусных построек на сцене, казалось, еще немного и актеры поскользнутся и упадут вниз. И конечно, большую роль на восприятие оказала авангардная архитектура самого здания и интерьер зала, созданные Мельниковым.
Актерская игра оставила меня равнодушной. Особенно разочаровала декламация текста в самом начале на грани истерического крика и странные метания по сцене. Сам спектакль показался слишком примитивным, пустым и без изюминки.
Крылья из пепла. Театр Романа Виктюка. 18.10.2021.
На любой спектакль Театра Виктюка я хожу за красотой и изяществом.
И за оригинальностью, которая начинается еще до начала спектакля. Здание, в котором театр размещен – это бывший ДК, этакий конструктивизм-конструктивизм: часть гигантской шестеренки, внутри которой тоже не всё просто: сначала нужно спуститься, потом подняться… и еще раз подняться… и в партере, если вы не в первых рядах, опять подняться… про балкон я молчу: пока туда заберешься, первую сцену, считай, пропустишь.
Но мне это все, в общем, нравится… и как эффектно опускаются рольставни перед началом действия!
И всё-таки – за красотой.
Если женщины в этом театре все до одной талантливы, то мужчины – не просто талантливы, но и безумно красивы. Идеальное мужское тело – это сейчас такая редкость… а если его идеальность подчеркнута эффектность костюма… А движения!... Боже ж мой, как они все двигаются!
И как говорят! У них у всех так шикарно поставлены голоса, настолько всегда хорошо тонирован текст…
Да. Люблю этот театр.
«Крылья из пепла» ставил сам Мэтр в 2017 году.
Поставил, как он это всегда делал, очень красиво – в спектакле есть всё, о чем я выше написала: красивые талантливые актеры, шикарные костюмы, эффектные движения…
Вот что-то с пьесой «не то». Хорошо, что спектакль идет меньше двух часов, чтобы от него не устать.
Впрочем, ради этой краткости пьеса Джона Форда (современника Шекспира) явно сокращена и потеряла оригинальное название – «Как жаль, что она шлюха»; даже не понятно, какой из сцен можно было бы это название обосновать.
Осталась одна сюжетная линия (и крошками рассыпанные другие эпизоды). Так, отец главных героев появляется пару раз на инвалидной коляске и произносит, кажется, одну необязательную фразу.
Или – Анабелла говорит Соранцо, мол, не ухаживайте за мной, это ни к чему не приведет… И тут же, в диагональ логике – ну ладно, может быть когда-нибудь… И новая диагональ: следующая сцена – это уже свадьба этих двоих.
Я еще больше сокращу действие, быстренько пересказав сценическую версию произведения Форда.
Значит, жили-были родные брат и сестра, очень друг друга любили, вместе играли в классики и догонялки… Додогонялись: сестричка беременна от брата, который с самого начала утверждал: мол, я без нее и жить не буду, прям возьму и зарежусь этим кинжалом.
Нет. Страстно, до безумия влюбленный не зарезался. Кинжалом он проткнул плод в ее животе, потом вырезал сестре-возлюбленной сердце. И пошел с этим сердцем в бальную залу, где опять же резал не себя, а окружающих.
В общем, романтичный такой молодой человек, ведь режиссер поставил это как «сон о святых детях, мечту о возвышенном, об очищении через страдание, о соединении любящих душ в небесах».
Ну, не знаю. У меня на красивом, в общем, финале (Игорь Неведров – люблю его! – читает текст из книги Форда) была одна ассоциация: помните, герой Аркадия Райкина пел: «Скольких я зарезал, скольких перерезал». Вот примерно так. Только более изящно.
Жальче всего красавца Соранцо, от большой любви и уважения ставшего рогоносцем (да еще рога-то кто ему наставил!), а потом, ни за что, ни про что, убитом рукою этого… возвышенного и страдающего «святого ребенка».
Так что не поняла и не оценила я содержания.
НО! Уже писала, что всё прочее в спектакле было: и рольставни перед началом, и костюмы, и движения красивых людей, и хорошо поставленные голоса…
Обо всём этом я могу говорить раз за разом - это то, за чем я хожу в Театр Романа Виктюка.
.