Три факта о нашем с женой просмотре "Карамазовых":
1) Мы удивились, что Алешу играет пожилая женщина;
2) Мы напряглись, когда Алеша кричал «будьте вы прокляты» (немыслимо в тексте);
3) Мы ушли из зала на лесбийской сцене Грушеньки и Катерины.

В нашей жизни существуют настолько мерзкие вещи, что соприкосновение с ними оставляет гадливый след в душе - их никак нельзя "развидеть", после них хочется отмыться - детская порнография, сцены насилия над кроликом, черная магия. Спектакль Константина Богомолова - из этого же списка. Мерзко, издевательски, и главное - говоря словами Достоевского, но со сдвигом смыслов. Так Федор Карамазов обращался к старцу Зосиме, цитируя Евангелие - вроде бы, Священное писание, а получается бесовщина.

Единственное, что можно сказать хорошего - актеры играют очень убедительно.

При всей любви к творчеству Богомолова, этот спектакль смотрела ДВАЖДЫ.... и дважды ушла на середине из-за тошноты, бунта души. Режиссёр всегда ходит «по тонкому льду» между фарсом и кощунством.. по острию этики. Но в этом случае было много перегибов, где он скатывался в откровенную аморалку, где невозможно было дальше сидеть и спокойно слушать.

Ужасная мерзость( При том, что играют актеры хорошо, но похоже на капустник со знаком минус: Достоевский в одном флаконе с Лещенко. И почему Алешу играет существо непонятного пола с голосом, как у пилы? Очень натурально звучит фраза: "Ненавижу Россию!" Ну, видимо, режиссер так видит. Непонятно одно - почему этот спектакль идет в одном из главных театров страны?

В любом деле можно быть интересным. Даже в некрофилии. Здесь же вас ждет почти 5 часов посредственного треша, который не только не трогает, но даже не шокирует.

Такого количества зрителей, уходящих со спектакля в антракте, я еще не видела. МХТ поставил своего рода рекорд. Билетов на «Карамазовых» почти нет, спасибо рекламе, но – ряды пустеют с каждым действием, и заметно пустеют.

Режиссер боится, что его больше не подпустят к сцене? И пытается запихнуть (другого слова не подберу) в постановку всё подряд? Советские песни, отрывок из фильма ужасов, декламирование Пушкина, философские монологи, опять песни, причем целиком, танцы под фонограмму, и снова песня, и снова якобы танец… В итоге получилась сборная солянка, затянутая и неровная.

Чрезмерная затянутость – один из главных недостатков спектакля. Авторам изменили и чувство меры, и вкус. Высидеть пять часов – нелегко в любом случае, но в редких случаях это бывает оправдано сюжетом, развитием действия или необычным решением. В данном случае этого нет. Время бездарно «съедается» песнями-танцами такого уровня, что на сцену смотреть скучно, и зрители массово лезут в карманы и сумочки за мобильниками – взглянуть на часы.

Когда на пятом часу действия, к примеру, предлагают насладиться эротическим танцем милиционерши – это вызывает, мягко говоря, недоумение. Или цель была взять зрителя измором?

Уколы в сторону милиции и священников – скука смертная. Оскомину давно набило и в зубах навязло. Если нет что сказать нового – лучше промолчать.

Жажда коммерческого успеха перевесила всё остальное. У режиссера могла получиться сильная и яркая постановка по Достоевскому, могла - но не получилась.

Богохульство и надругательство над талантом Достоевского. Ясно, что режиссеру никогда не стать в своих достижениях даже близко к автору произведения, но зачем же так злобно тогда чернить и извращать все вокруг, Причем так дилетантски и тошнотворно? Кто пустил Богомолова во МХТ? Спектакль спасает только текст Фёдора Михайловича. Все остальное пусто и никчемно, и да, незачем было растягивать это до полуночи, можно сразу с туалетов с розовой жижей=Смердящей начать.
Господа, не тратьте деньги и время.

Чудовищное нагромождение пошлости и безвкусицы. Ни одного театрального хода, ни одного сценического решения. Все иллюстративно, плоско и однозначно. Ни объема, ни глубины, ни образов. Сильно чувствуется, что К.Б. будучи по первому образованию филологом, за четыре года обучения в ГИТИСе так и не перестроил свое мышление на театральный лад. Все исключительно литературно. Удивительно, что человек, поставивший около 20 спектаклей, не умеет элементарно развести мизансцену. Двое актеров сидят пнями друг против друга в течение тридцати минут, остальные болтаются, как известно что в проруби, совершенно не понимая собственной функции. Чтобы картинка не наскучила Богомолов решил транслировать действие на экранах ( ей-богу, удивил). Текст, бегущий на плазмах, разъясняет нам, недогадливым, то, что К.Б. не смог рассказать театральными языком. Отсутствие целостности. Каждый актер играет в «свой собственный театр». Миркурбанов – паяц- кокаинист из 90х, половину реплик которого не разобрать из-за ужасных интонирований и голосовых модуляций. Вержбицкий ,наоборот, играет бесстрастно как оживший персонаж из лего-конструктора. Роза Хайрулина демонстрирует манеру близкую к театру «около» и, наконец, Филипп Янковский играет, такскать, по-нашенскому, по-пацански, как чаще всего и играют пламенного Митю Карамазова на показах в театральных вузах. Вот эта эклектичность, очевидно, служит не замыслу, а возникла случайно. Все необязательно. Неуместный треш, который и не шокирует и не веселит. К примеру, автору зачем-то понадобилось устроить лесбийскую сцену между Катериной Ивановной и Грушенькой. Ок, какая художественная необходимость была в том, чтобы одна героиня засовывала другой в промежность спицу с клубком ниток? Смешно? Нет. И это ощущение неловкости от того, как же все не талантливо не покидает на протяжении всего спектакля. Образность не идет дальше уподобления гроба солярию, в котором лежит опочивший Федор Павлович. Юмор не поднимается выше ширинки и смешит исключительно того самого зрителя, которого режиссер, судя по всему, ненавидит люто и бешено.Мне, человеку весьма далекому от религии, тошно смотреть как Богомолов на протяжении пяти часов глупо, неостроумно и злобно издевается над православием. Я, как и Константин, был и на Болотной и на Сахарова, но я хочу изменить свою страну к лучшему, потому что ее люблю. Ежели ты не питаешь к России ничего, кроме ненависти и отвращения, не легче ли оставить ее?
Вообще, надо сказать, что в театре может быть все: мат, голые тела, нарочитый китч ( ни первого, ни второго, кстати, в "Карамазовых" вы не встретите). Театр никому ничего не должен. Так называемые " моральные рамки" - это ханжество. Единственное обязательство театра - быть хорошим. И вот с этим у К.Б. полный провал. Самое же главное, что вот этот избыток пошлости преподносится не отстраненно, как бы намекая нам на то, что самому Богомолову отнюдь не близка эстетика отечественного пи****а, а естественно и непринужденно и тогда ловишь себя на мысли, что сам режиссер с его агрессивной неталантливостью и глупой злобой и есть неотъемлемая часть той самой русской реальности над которой он, казалось бы, так лихо глумится.

Абсолютно атеистичный, богохульный спектакль. Атеистам он должен понравится в любой форме.
Я – еще не сформировавшийся кусок человека, во мне возможно происходит «ломка» принципов, НО я смотрю на спектакль не как на политическую партию, которую я могу поддержать или не поддержать, а как на произведение искусства. Да, мне не близка идея этого спектакля. Мне ближе идея Татьяны Викторовны Розовой (спектакль «Брат Алеша»), но оба спектакля по точности выражения (у каждого своей) мысли, оба меня поражают и восхищают.
Не буду же я врать себе и говорить, какой это отвратительный спектакль. Он не безвкусный, он острый, яркий, понятный. Это главнее того поддерживаю ли я идею спектакля или нет. Это не театр Коляды, где самодеятельность самодеятельностью погоняет, это четко , верно выстроенное действие, за которым интересно следить. Форма, которая ярко отображает мысли режиссера и в то же время атмосферу Достоевского. Атмосферу этого вечного захлебывания вопросом есть ли в конце концов Бог? В некоей степени это и спектакль- провакация. Есть масса смешных моментов ,которые одновременно и ужасные по сути. В этом я вижу даже и «смех Достоевского». Очень горький и желчный смех. Да, да тысячу раз права Лариса Александровна. Тем и страшны такие спектакли, что они шедеврально выстроены умным режиссером. И горе как раз бывает от этого самого ума. Но ведь ужас еще и в том, что как бы там ни говорилось, мне все равно будут нравится спектакли хорошо решенные режиссерски, какие бы идеи они не несли. (Если только эти идеи совсем не противоречат правде жизни) Ведь это атеистический спектакль! Так почему наши педагоги, являющиеся атеистами влюблены в спектакль «Брат Алеша», который сугубо духовный и направлен к вере? Значит и взаправду не бывает атеистов. Всем в глубине своей души хочется выдумать Бога. Два диаметрально противоположных спектакля. Один о том, что есть Бог и надо продолжать жить и искать его, другой о том, что нет Бога, но и без Бога надо продолжать жить. Оба вроде как жизнеутверждающие, но с разных сторон. Один через свет, другой через отсутствие света.
Истеричен же этот Богомолов, раз ставит такие спектакли. Ему плохо. Ему больно. А помноженный на Достоевского получился действительно страшный спектакль.
Богомолову настолько непонятен Брат Алеша - просто как явление человеческой природы, что он превращает его в ни то ни се, в полуженщину, человека, о чистоте которого нам вроде бы известно доподлинно, но который в то же время загадка, отгадать которую страшно, ведь отгадка может не совпадать с ожиданиями... Для кого спектакль? Для псевдоверующих, дабы укорить в невероятном самомнении? Для фанатиков, чтоб изобличить их? И для тех и для других он будет низок. И те и другие назовут это дрянью. Для рядового зрителя-любителя – нет смысла , потому что он не прочувствует этого чересчур горчичного сарказма, а только восхитится или же не восхитится формой. Вывод – во имя чего старался Богомолов?
Нет, Достоевский не перевернулся в гробу, ни в коем случае. Достоевский не менее страшен, чем спектакль. Перевернулись в гробу людские принципы, только и всего. Но они итак в гробу, так какого черта их надо было тревожить?
Спектакль из разряда «было плохо, будет не лучше». Я бы его окончательно и безоговорочно приняла, если бы поняла кто он – этот зритель, который после спектакля хоть как то изменил свою жизнь.

Марина Зудина блестяще исполнила роль Хохлаковой. Игорь Миркурбанов прекрасно сыграл Федора Павловича Карамазова. Многое в спектакле соответствовало замыслу Достоевского и поэтому было прекрасным, но были и неприятные моменты.

Первое, что вызвало отторжение – Алексей в исполнении Розы Хайрулиной на приеме у старца Зосимы (Виктор Вержбицкий). Я не против женщин в мужской роли, и Алексея вполне бы смогла сыграть женщина, но неужели нельзя было найти кого-то помоложе? Разве может младший сын выглядеть старше своего отца?

Вторым разочарованием для меня стала песня Ларисы Черниковой «Я люблю тебя Дима», наложенная на движения губ Lise (Наталья Кудряшова). Не понял, зачем она была вставлена в этом месте.

Третье, что не понравилось – Смердякова играет тот же Виктор Вержбицкий, который играет Зосиму, причем без всякого перевоплощения: та же прическа, та же интонация в голосе.

Четвертое, что было совсем неприятным видеть – это то, как режиссер в своем спектакле изгаляется над ментами. Они у него и дебилы и извращенцы и посылал он их всех. Я ничего не имею против свободы слова, но причем тут Достоевский и Братья Карамазовы?

Последнее разочарование – Рената Литвинова не играет в этом спектакле, как было обещано Афишей.

Неоправданный треш ради треша, причем выглядит все крайне вымучено и уныло. Мне тяжело представить человека, который может с удовольствием провести 5 часов, глядя на это. Последние полтора часа зрители с надеждой начинали аплодировать при каждой паузе, надеясь скорее пойти домой, но все время мимо, что вызывало многочисленные смешки. Если вы нормальный человек, который хочет получить удовольствие от вечера пятницы в театре, то эту... затрудняюсь подобрать слово, в общем найдите что-нибудь другое, а если у вас уже есть дорогие билеты, то просто не стесняйтесь уходить в самом начале, можно даже до антракта – лучше не будет)

Можно родиться с чёрной дырой изнутри, но чтобы выставлять ее вот так напоказ, надо бы иметь это внутреннее ощущение, что из тебя кто-то говорит, кто-то большой, а если никто не говорит, то можно тихо наблюдать во внутренний телескоп, не ставя никакого спектакля, и это будет тоже хорошо, и это будет творчество по сокрытию внутренних ран.

Остаюсь в убеждении, что "Карамазовых" нельзя рассматривать вне некоего процесса, частью которого спектакль является, поэтому многое помогают прояснить и высказывания самого КБ, и критические статьи о нём. Мои итоги по спектаклю - думаю, окончательные (для меня, конечно).
Боюсь, что всё намного проще, чем я надеялась. Бога нет, движитель всего живого - Чёрт, то есть животные, низменные инстинкты. Россия так и живёт, по этим законам, духовности никакой в ней нет, всё дозволено, богоискательство эту вседозволенность прикрывает, русская духовность - это ложь, поэтому более мерзкой и разлагающейся страны быть просто не может. В то же время низменные инстинкты трудно одолеть, "русский дух"- сила страшная и опасная для всего цивилизованного человечества. Страшная именно потому, что, прикрываясь "духовностью", русские распоясались совершенно. Нет чтоб признаться себе в очевидном: Бога нет, ты сам за всё отвечаешь! - и тогда, может, смогли бы обуздать свои чёртовы инстинкты и жить по-европейски. Конечно, не все русские таковы, некоторые хотят добра и ищут веры - у них в итоге атрофируется инстинкт самосохранения (жизненные силы) - и тогда или в петлю, или с крыши вниз головой.
Выход один - признать, осознать, посыпать голову пеплом, наплевать на родное пепелище и пойти на обучение к какой-нибудь Норвегии. В романе эту "новую" мысль выдвигают Смердяков и бесёнок Ракитин, но в спектакле всё переиначено, ведь доверив самое сокровенное Смердякову, можно было скомпрометировать идею. Пусть он лучше зосимовские проповеди читает и компрометирует пресловутую "духовность". А зритель должен всё сам понять - насмотревшись и наслушавшись скотопригоньевских мерзостей.

Что интересно! Богомолов и сам - Чёрт (чего и не скрывает), то есть движитель и творец жизни в границах собственного театрального пространства. И действует он методами старшего брата - то есть воздействием на низменные инстинкты зрителей. Сначала даёт большие куски текста Достоевского, зритель на это ведётся, потому что расслабляется, теряет бдительность, к тому же Достоевский - это в принципе интересно. Советские шлягеры тоже слушать приятно, тем более в таком контексте - смешно же!
Потом начинаются ужасы. Изображая их с отсылками к садо-мазо, режиссёр погружает зал в отвратно-притягательную эротическую атмосферу. Воздействует и на тщеславие: ироничная отстранённость повествования позволяет зрителям не отождествлять себя с персонажами. Они не узнают себя в этом (кривом!) зеркале и радуются, веселясь над чужим убожеством.
Ещё привлекателен гламур: в спектакле побеждает эстетика глянцевых журналов, у которых неслучайно высокие тиражи. Кстати, если в работе с текстом Богомолов и берёт за образец Сорокина, то стилистически он другой (Сорокин-то не гламурен). В общем, режиссёр находит множество крючков, на которые можно поймать зрителя, чтобы привести его к мысли, которая очевидна для него и многих: здесь жить нельзя!
Хуже всего тем зрителям, которые всё-таки узнают в этом зеркале себя или своё, но при этом не готовы отказаться от любви к отеческим гробам и строить на родном пепелище "норвегию" или "валить" в неё. У них, пожалуй, единственный выход - алёшин!
Богомолов переделывает Достоевского, якобы исходя из нового опыта человечества, о котором Достоевский знать не мог (не дожил). То есть априори считается, что "новый опыт" важнее и точнее гениальных прозрений писателя, иными словами, Достоевский устарел.
Уффф, надеюсь, на этом всё! Признаюсь, в случае с этим спектаклем меня больше интересовала не его суть (всё-таки очень легко считываемая), а то, какими средствами режиссёр заставил зрителей любить себя.

Господа, это ужас!Куда скатилось наше общество, чтобы РЖАТЬ над этой пошлостью???Да Федор Михайлович в гробу перевернулся уже несколько раз!Если Мхт Чехова представляет такое г..., то это уже конец. Конец нравственности русского человека. Пошли в ожидании классики, получили 4,5 часа какой-то вакханалии. Нет, вернее 3,5: до конца так и не высидели. В гардеробе работница сказала, что только у нее ушло 26 человек, а их там работает человек 7.Да в comedy club юмор куда тоньше!

Спектакль взбудоражил и разочаровал.
Талантливая игра актеров. Интересное оформление спектакля, ход с выведением крупных планов на экраны это здорово, сидя на балконе видишь каждое движение глаз, лица, очень помогает разглядеть игру каждого актера.
Плохо, что много грязи, причем какой-то бессмысленной - грязь ради грязи.
Но разочаровало даже не это. Достоевский был искренне верующим человеком. У режиссера Богомолова Бог какой-то другой, если он вообще в него верит. Нестыковка.
Ходить или нет? не знаю, скорее нет. В конце хлопать не хотелось, хотя и досидела до конца. А хотелось побыстрее стряхнуть с себя эти унитазные впечатления, бежать домой и принять срочное противоядие, например прижаться к давно уже спящей и видящей 10й сон маленькой дочке...

1. Алешу играет пожилая женщина и играет плохо.
2. Старца Зосиму и Смердякова играет один актер, что по мнению автора, которое, абсолютно ненужное, появлялось на абсолютно ненужных экранах, висевших над сценой, по мнению автора это имело "божественный смысл". В целом Смердяков - это протагонист всего спектакля, что очень показательно. И он убил отца, чтобы отомстить за изнасилованную мать, герой униженных и оскорблённых! Иван же просто, понимаете, знал и уехал и все. Причем, это правда все, что он сделал за весь спектакль.
3. Иван не признается на суде, Катерина Ивановна из одной только ревности и злобы посылает Дмитрия на смерть, и его, кстати, действительно вешают за убийство отца. А Иван, так и не раскаявшись, доживает до 80 лет.
4. Абсолютное неуважение к вере (казалось бы, в 21 веке мы могли бы различать понятия церкви, религии и веры, но нет), женоненавистничество (все героини помешаны на сексе, глупы, истеричны) и неуважение к инвалидам, ибо жизнерадостная Лиза становится депрессивной и пустой героиней, которая вещает замогильным голосом, а из их любовной линии с Алешей сделали насмешку (в какой-то момент он, точнее она, залезает к ней на коляску с ногами, выпятив зад в сторону зрительного зала, их в дальнейшем увозят. Также там говорится, чтобы вызвать смех, что ни Алешу, ни Лизу никто другой то и не возьмёт.)
5. Шутки про ментов и любовная сцена Грушеньки и Катерины Ивановны.
6. Туалетный юмор в прямом смысле. "В поисках божественного Алёша пошел шататься по бл*дням", и именно эта лексика и была использована и про Грушеньку. "И Дмитрий на радостях Грушеньку. И один полицейский другого. А вот Федор Михайлович никого не." Эти фразы появляются после того, как Дмитрию объявляют о смерти отца и что он якобы наследник. Также в какой-то момент (два момента на самом деле) на экране появляется текст из якобы женского романа (ведь критиковать женские романы это так ново, свежо, оригинально и ни капельки не забито), в котором описывается любовная сцена между полицейским и одной вульгарной любвеобильной дамой. И еще полчаса убивается на то, чтобы показать, как теперь "у этого что-то шевельнулось в штанах". А до этого говорилось, что "Страх ей заменял тр*х", ведь героиня смотрела фильмы ужасов (и действительно зачем-то на экране показали кадры из фильма ужасов, в котором вдруг появляется полицейский, и она говорит: "Вот вы меня напугали!")
7. Катерина Ивановна приходит к трупу Дмитрия, и говорится, что "он хотя и был труп, но у него поднялось". И все оно очень и очень часто.
8. Декорации не менялись 5 часов. Актёры стояли боком к залу и играли не на зрителей, но на камеру операторов, которые ходили по сцене и закрывали своими спинами самих актеров. Но зато появлялось изображение лиц на экранах, да. И иногда песни пели. "Калинка-малинка", например, ее пела Грушенька, напряжённая в кислотно-зеленый сарафан и с кокошником.
9. Полчаса после смерти старца Зосимы обыгрывалась критика первого канала, ведь это тоже явный показатель либеральности автора. Все было показано как репортаж о смерти старца, но обсуждалось на протяжении тридцати минут, как старец по смерти провонял, нормально ли это, со всеми ли бывает. И ничего, ничего кроме этого.
10. На сайте написано, что автора интересует "детектив". Хорошо. На экране в начала 3 или 2 акта появляется надпись "Смердяков притворяется, что у него падучая, и убивает Федора Павловича". И еще два акта разгадывают. Детектив!

В целом отзыв получился бы лучше, если б над ним подумать и отредактировать, но, честно говоря, нет никакого желания думать об этом спектакле дольше необходимого. Избавьте себя от дурных впечатлений.

Искренне жаль людей, которые способны восхищаться подобным дерьмом. Театр утратил функцию воспитания духовности, а зритель легко глотает помои, которые называют искусством.
В целом смотреть невозможно. Подойдет только тем, кто не смог осилить романа и понять его. Богомолов разжевывает великое произведение до консистенции чернухи, писанинки жен олигархов, сериалов про ментов, низкобортной русской порнографии. Зал задорно смеется, аплодирует и радуется, видя отголоски собственной жизни в этом ужасе.
Ушли за 50 минут до конца.

Ужасное и скучное зрелище. Ушли. Вообще-то неправильно уходить, хотя бы из уважения к актерам. Но терпеть эту претенциозную тоску не было сил.

Грустно, что это "творчество" под заголовком гениального произведения вызывает у кого-то восторг.

Зря потраченное время! Ерунда полнейшая, с элементами пошлятины. Богомолову пора на пенсию.

Деградация. " я люблю тебя, Дима"..." родительский дом "... Никакущая Зудина с монотонным текстом.. Миркубанов тянул весь спектакль ( великолепный актер)..Алешенька ( Хайруллина - недоразумение.. Лесбийские сцены...
Катерина ( Воронина)...что это было ??? Сцена Дмитрия и Грушеньки..Порнушка. Осквернение великого произведения.. так испохабить классику ...Достоевский в гробу переворачивается..плююсь..
Пошлятина. Верните деньги и компенсируйте моральный ущерб от увиденного!
Какое счастье, что в МХат им.Чехова при Табакове , я видела
" Братья Карамазовы" в ином изложении..это и будет противоядием от яда, который вбрызнул Богомолов.

Иногда так хочется посмотреть в глаза, тем, кто пишет положительные отзывы и рецензии на этот спектакль. Мне кажется, это грандиозный стеб над зрителями, или больные фантазии извращенного человека. Единственное хорошее в спектакле - это первоисточник - текст Достоевского, но поверьте этот опус не позволит автору упокоиться с миром. Читайте классику господа! А не восхваляйте модных режисеров, пляшущих на могилах великих писателей!