Недавно побывала на новом для себя формате спектакля. Это был спектакль-проповедь, спектакль-исповедь и спектакль-покаяние "Государев венец".
Царственные страстотерпцы, Царственные мученики – так после причисления к лику святых Русская православная церковь называет последнего российского императора Николая II и его семью: императрицу Александру Федоровну, царевича Алексея, великих княжён Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию.
Об их святости можно спорить, но о мученичестве никогда. Убийство царской семьи навсегда останется общей виной россиян. Его невозможно ни отмолить, ни оправдать. Особенно убийство детей. Это преступление перед человечностью, перед совестью и нормами морали.
Авторы протоиерей Артемий Владимиров и Лариса Бравицкая, а так же режиссер Валентин Клементьев выбрали для спектакля наверное единственно правильную форму: актеры не играют роли, они являются нам в статических картинах, проступающих сквозь фотографии царской семьи и читают стихотворные строки, написанные протоиереем Артемием Владимировым, и документальные отрывки из писем друг к другу.
Но главное действующее лицо спектакля это протоиерей Артемий Владимиров. Мягко и неспешно он ведет беседу со зрителями, пришедшими на спектакль, он не внушает, но убеждает. Перед каждой новой картиной он ведет с нами беседу о семье, о воспитании детей, о любви, верности и преступлении. О его видении царской семьи можно поспорить, но протоиерей Артемий Владимиров говорит о Царственных мучениках, и их смерть заслонила собой возможно не всегда безгрешную жизнь. Такой злой смерти не заслуживают и самые злостные преступники, что уж тогда говорить о невинных детях.
Спектакль "Государев венец" показывают в Новом театре Эдуарда Боякова всего раз в месяц - чаще и не надо. У спектакля есть и верные поклонники, приходящие на него дало уже не в первый раз, забредают сюда и неофиты вроде меня. Возможно не каждому новому зрителю "Государев венец" придется по душе, но мою некрещеную душу он пронял почти до слез.
Самое главное - это не спектакль! Основную часть времени священник (настоящий) читает проповедь на сцене. В перерывах а ктеры читают небольшие стишки.
Постановки НОВОГО ТЕАТРА легкими не назовешь. Особенно, если дело касается документальных историй. Художественному руководителю Эдуарду Боякову близки темы христианства, духовности и служения. Близки эти темы и Валентину Клементьеву, артисту и режиссеру, решившему поставить спектакль о последних представителях царской династии в России — семье Николая Второго. Основой явилась публицистическая пьеса Ларисы Бравицкой. Режиссер не только дополнил повествование стихами протоиерея отца Артемия Владимирова, но и пригласил отца Артемия стать основным ведущим спектакля.
Получилась лекция-проповедь, сопровождающаяся живыми картинами, иллюстрирующими рассказ о взаимоотношениях в царской семье, о воспитании чувства долга и ответственности в миссии служения России и ее народу. История о непростой ситуации, приведшей к отречению Николая Второго от престола. И трагедии, поставившей точку в судьбе монархической династии.
Полагаю, что для своей речи отец Артемий Владимиров каждый раз находит новые слова, то есть его повествование — каждый раз импровизация. Но для меня камнем преткновения стала велеречивая манера преподнесения материала. Как ученик на уроке ждет, когда же педагог перейдет об объяснения к иллюстрациям, так и я сидела в ожидании следующей живой картины. Фотографии оживали перед нами, и запечатленные на них персонажи рассказывали истории, читали стихи, делились воспоминаниями.
Говорить об актерской игре в таком формате невозможно. Команда чувствовала ответственность перед теми, кого представляет. Все были полны серьезности и достоинства. Да и трагический финал не располагал к легкомыслию.
Отвратительно. Какой-то священник проповедь глаголит со сцены, несёт бред про роботов, главнокомандующего текущего и царя, и т.п. Такого отвратите льного мероприятия никогда не встречала. Это не роль, это реально церковная проповедь. Зал начал возмущаться, что его не туда понесло.
А много царь и семья каялись за Ленский расстрел и кровавое воскресенье?То что с царем погибли его семья и приближенные - это трагедия. Но пафос про вину народа - уже перебор.