Спектакль

Дуэль королевы

Судя по тому, что нам о ней известно, Сара Бернар была женщиной неоднозначной. Рано уяснив, что скандал — лучшее средство рекламы, она распространяла слухи о своих романах и приписывала отцовство своего сына Виктору Гюго. Уже под сорок она вышла замуж за юного дипломата-кокаиниста. Держала дома львят, а на гастроли возила гроб, в котором спала (когда стала спать одна). Когда ей отрезали ногу, она продолжала выходить на сцену в протезе, разжигая и без того горячее любопытство публики. Была ли она притом хорошей актрисой — не исключено, но она была актрисой из прошлых времен, из эпохи классицизма. Когда Бернар впервые приехала в Петербург с «Адриенной Лекуврер», то попавший на спектакль Чехов, служивший в ту пору фельетонистом, писал о ее изощреннейшей технике и полном отсутствии живой эмоции: «Во всей ее игре просвечивает не талант, а гигантский, могучий труд… Будь мы трудолюбивы так, как она, чего бы мы только не написали! Мы исписали бы все стены и потолки в нашей редакции самым мелким почерком».

Четверть века назад трудолюбивый канадец Джон Маррелл сочинил о Саре Бернар пьесу, и уж он-то обо всем и написал, включая отрезанную ногу. Написал в жанре воспоминаний, которые за несколько дней до смерти Сара Бернар надиктовывает своему секретарю по фамилии Питу. Почти двадцать лет подряд в спектакле Театра Маяковского «Смех лангусты» (так эта пьеса называется в оригинале) солировала Светлана Немоляева. В Питере эта роль досталась Зинаиде Шарко, а уж в провинции кто только не переиграл Сару Бернар. Теперь в Театре армии ее играет Алина Покровская, хорошо известная той части публики, что помнит фильм начала семидесятых «Офицеры».

Голубой задник малой сцены изображает морскую гладь и небосклон. На их фоне — нечто среднее между палубой корабля и беседкой, где дива диктует свои мемуары и взирает на восходящее солнце. С восходом она умрет и знает это. Поэтому королева ведет дуэль со смертью: торопится рассказать все, что помнит, но время от времени забывается и путает своего секретаря с персонажами из жизни. Алина Покровская то говорит тихим проникновенным голосом, то басит по-королевски, то принимает различные позы, памятуя о том, что Сара Бернар была королевой позы, а режиссер Александр Бурдонский включает тихую музыку сообразно поводу. Игорю Марченко в роли секретаря остается сыграть то, что Алине Покровской по-настоящему сыграть не удается: величие Сары Бернар. Это выглядит так: Питу, глядя на Бернар, выпучивает изо всех сил глаза и пошире разевает рот. Великой актрисы, королевы и лицедейки из их общих стараний никак не выходит. Но апоплексическую барыню, которую играет Покровская, умную добрую женщину, ставшую на старости лет требовательной и впавшей в сентиментальное настроение, все же жалко. Что ж, это тоже результат — в конце концов, драматург, видать, того и хотел: чтобы великую женщину, которую при жизни лишь хулили и превозносили, хоть раз просто пожалели.