






| Премьеры, Драматический |
| 16+ |
| Евгений Каменькович |
| 18 сентября 2025 |
| 2 часа 50 минут, 1 антракт |
Самый слабый спектакль Мастерской Фоменко. Очень слабая пьеса, очень скучно и неинтересно. Актерам спасти постановку не удалось
Прошла неделя, а я только сейчас пришла в себя после спектакля «4 дня в 25 кадре» в Мастерской Фоменко .
Сразу всё переварить сложно.
Испытываю странное ощущение, будто я провела не несколько часов в зале, а несколько дней в том самом элитном пансионате «Зябликово». Я не наблюдала за героями со стороны — я была там, вместе с ними.
И каким же иронично-прекрасным оказался этот дурдом! Сцена была обустроена с таким вкусом, словно это не клиника, а дорогой спа-отель. Прозрачный павильон с ухоженным садом, где кусты и цветы переставляли, создавая то уголок для медитации, то площадку для пикника. Полное ощущение модного эко-приюта, где всё для релаксации. Игра света — то мягкая, то резкая — добавляла то умиротворения, то тревоги.
Но главное открытие ждало внутри этой идеальной картинки. Ведь эти «выздоравливающие» — это же все мы.
Узнавала себя:
-В Ольге Леопардовне (Галина Кашковская), которая, спасая других от гаджетов, не выпускает из рук свой телефон.
-В охраннике-предпринимателе Магомеде Магомедовиче (Игорь Войнаровский), превращающем любое дело в коммерцию.
-В родителях Бориса — Татьяне (Серафима Огарева) и Сергее (Амбарцум Кабанян), которые заботятся о сыне, но совершенно его не слышат, так же как не слышат и друг друга.
Абсурдные диалоги, где бред соседствует с пронзительной правдой, — это же и есть наш ежедневный внутренний монолог. Наша реальность, помещенная в стильный контейнер, залитая борщом, настойками, приправленная жаждой денег, любви, новой жизни.
Самый жуткий кадр этой мистерии — в том, как за лоском «санатория» проступает узнаваемая картина нашей жизни. Жизни, в которой мы все — и пациенты, и надзиратели в сумасшедшем доме, лишённом прекрасного, но тщательно приукрашенном. Шаг вправо, шаг влево — срабатывает сирена... Бежать некуда.
Финал, где Борис (Александр Моровов) и Ирина (Александра Кесельман) уходят, крепко взявшись за руки, оставляет не надежду, а горькое послевкусие. Возможно, единственный способ выжить в этом абсурде — найти того, кто так же безнадёжно сошёл с ума, и вместе шагнуть в неизвестность.
Постановка напоминает школьную самодеятельность. Надумано, натянуто, не интересно, вульгарно. За певца просто стыдно. Плохое к араоке
Спектакль необычен, как будто, призывает нас. «Читать между строк». Он о нас о людях: о том, что в нас есть и хорошее и плохое: героини в спектакле говорят: я плохая-я завидую, другая-а я не люблю людей, ( важно замечать в себе плохие качества и стараться их исправить)! И в то же время, спектакль очень-очень смешной, и вместе с тем грустный. Да, где-то присутствуют безумные фразы, не сразу понятные, но смысл безусловно глубокий. Не классика, но на такие спектакли нужно ходить, они заставляют размышлять о жизни, вере, и отделять в жизни, главное от второстепенного.