Место в Москве

Чебурашка

«Ворона» сидит на Большой Никитской, «Чебурашка» — на улице Милашенкова. В обеих студиях директором один человек - Анна Сторожева, в обеих учат снимать пластилиновые мультфильмы.

Снимают так: сначала лепят героев — жирафов каких-нибудь, поросят, динозавров. Рисуют на бумаге фон — лес, горы, море. Бумагу подкладывают под специальный стеклянный стол, над которым висит цифровая камера. Камера соединена с телевизором и компьютером. На компьютере стоит программа Adobe Premiere для съемок мультфильмов, а телевизор нужен для того, чтобы мультипликатор видел, как его кадр выглядит. Установив фон, мультипликатор раскладывает на стекле пластилиновых героев и потихонечку их передвигает: если, допустим, у него диплодоки бегут, спасаясь от извержения вулкана, — переставляет им ноги, а если у него бобры в снежки играют — гнет им руки. Переставив и погнув что нужно, мультипликатор командует: «Кадр!» — и сидящая за компьютером Анна Сторожева нажимает на кнопку — кадр снят. Потом можно смонтировать и наложить звук — музыку или слова от автора.

Восьмилетние мультипликаторы снимают фильмы попроще — например, минутный ролик про катание на коньках. Двенадцатилетние могут делать серии — например, про незадачливого пингвина, который то в сугроб головой воткнется, то оторвется на льдине и продрейфует в неизвестном направлении. Старшие снимают фильмы длинные и серьезные — с музыкой, озвучиванием персонажей, с несколькими сценами — например, про царя Соломона и хвастливого голубя, который никак не мог удержаться, чтобы не наврать подруге про свои подвиги.

Единственная разница между двумя студиями: на Никитской всего один стеклянный стол с камерой, так что новеньких могут и не принять, если только они не гении какие-нибудь. На Милашенкова столов целых семь, и принимают туда всех желающих.