Фильм

Сноуден

Возле крокодила в гонконгском торговом центре документалист Лора Пойтрас (Мелисса Лео) и журналист Гленн Гринуолд (Закари Куинто) встречаются с молодым очкариком по имени Эдвард Сноуден (Джозеф Гордон-Левитт), который отводит их в свой гостиничный номер, занавешивает окна, обкладывает дверь подушками, кладет телефоны в микроволновку и начинает рассказывать страшные секреты ЦРУ и АНБ.

Оливера Стоуна многие списали со счетов еще двадцать лет назад: все, что он снимал после «Прирожденных убийц» и «Никсона», было как минимум спорных художественных достоинств («Особо опасны») — а порой просто не лезло ни в какие ворота («Башни-близнецы»). Однако все эти годы Стоун оставался харизматичной фигурой и все время казалось, что вот сейчас, вот еще немножко — и он придет в себя и сделает что-то соразмерное своим ярким, яростным, бескомпромиссным картинам 90-х. К сожалению, пора признать: такого уже никогда не произойдет. Это стопроцентно стоуновский материал, Эдвард Сноуден появился на свет не для того, чтобы разоблачить АНБ, а чтобы о нем снял фильм Оливер Стоун, вся эта история — подарок небес к 70-летию режиссера (которое, кстати, сегодня, 15 сентября). И то, что Стоун не справился даже с этим, означает, что надежды нет.

Что хотелось увидеть в этом фильме? Для начала — что-нибудь про личность Сноудена, какую-то версию, пускай даже завиральную, его характера, мотивов и так далее. Тем более что Стоун, как известно, несколько раз с ним встречался. И большая часть рассказа действительно состоит из флешбэков: Сноуден безуспешно пытается стать спецназовцем, Сноуден устраивается в ЦРУ, Сноудена отправляют в Женеву, потом в Японию, потом на Гавайи. При этом страница в «Википедии» дает больше личной информации о герое, чем фильм (там по крайней мере написано, что он интересуется аниме и боевыми искусствами). Все, что сообщает нам Стоун за два часа: сперва Сноуден верил спецслужбам, а потом в них разочаровался. Справедливости ради, много внимания — точнее, времени — уделено его отношениям с подругой Линдсей, которую играет Шейлин Вудли, но лучше бы этого не было. Линдсей — довольно оскорбительный для всех участников событий образ: она человек либеральных взглядов и занятий (фотограф-любитель и танцовщица на шесте), который безостановочно ноет и иногда раздевается.

Карьерный путь Сноудена — плохо сделанная нарезка из голливудских шпионских фильмов. Эпизод в армии (орущий сержант), эпизод в учебном центре ЦРУ (Сноуден за 40 минут решает задачу, на которую нужно 5 часов) и так далее. Командировка в Женеву — смехотворная пародия на сериал «Родина»: нечеловечески мерзкий агент (Тимоти Олифант) за каким-то чертом посылает айтишника вербовать и шантажировать ближневосточных банкиров. Побег Сноудена — который в реальной жизни готовился многие месяцы — показан с использованием новаторского приема «герой копирует секретные файлы, пока к нему медленно идет начальник»; после чего он из зловещего бункера АНБ самым буквальным образом движется к свету, постепенно растворяясь в божественном сиянии либеральных ценностей.

Гордон-Левитт прекрасно делает свою работу — убедительно играет тихого, замкнутого, собранного программиста, — но Стоун в благодарность не дает ему ничего, ни единой возможности раскрыться, сделать что-то неожиданное, сказать что-то за пределами очевидного. Реальный Сноуден явно не душа вечеринок, но неужели человек, поставивший на уши весь мир, просто зануда, чьи интересные особенности только эпилепсия и любовь к кубику Рубика? Другим актерам, впрочем, повезло еще меньше. Меньше всех — чудесному валлийцу Рису Ивансу, который почему-то играет зловещего цэрэушного начальника: совершенно гротескная роль. В Лэнгли еще мелькает Николас Кейдж, не менее карикатурный, но ему хотя бы не привыкать.

И конечно, от Стоуна — который использовал в сценарии документальную книгу журналиста Хардинга и как бы художественный роман адвоката Кучерены, а также наверняка беседовал с кучей осведомленных людей — хотелось услышать какие-то закулисные подробности. О приключениях в Гонконге, об обстоятельствах прилета в Россию, о триллере с посаженными самолетами, о дальнейшей игре спецслужб. Опять же — если он не знает или не может сказать правду, то мог бы хотя бы что-нибудь красиво соврать. Но нет, про все это сказано ровно два слова, которые и так общеизвестны. Зато режиссер не ленится переснимать целые куски из «Citizenfour», словно не замечая, с каким разгромным счетом его театральные реконструкции проигрывают сухой хронике Пойтрас.

Больше всего поздний Стоун напоминает позднего Никиту Михалкова: его собственный учительский голос — единственное, что слышно в этом довольно шумном фильме. Например, ближе к концу есть абсолютно михалковская по выразительности сценка: сотрудники АНБ сидят на барбекю с пивом, над ними иронически летает маленький дрон, они обсуждают, как бомбят иракских женщин и детишек. И тут Сноуден говорит: «А слышали о Нюрнбергском процессе?» И натурально начинает рассказывать о Нюрнбергском процессе. А потом и дрон, конечно, падает. Одним словом, «Сноуден» не просто никудышный фильм: есть сомнения даже в том, что он приблизит крах деспотии и победу демократии во всем мире. Потому что, когда про тотальную слежку Сноуден рассказывает сам, это одно, а когда дословно то же самое повторяет потерявший хватку конспиролог с 40-летним стажем, как-то это… Может, и не надо камеру скотчем заклеивать.