Фильм

Пчеловод

Жизнь учителя Спироса (Марчело Мастрояни) входит в пенсионную пору и заниматься Спиросу на пенсии оказывается особо и нечем – дочка вышла замуж, все друзья разбрелись, если вообще еще живы, остается разве что только пчел разводить на пасеке, да попробовать отправиться в последнее путешествие в юность. Нет, в реку второй раз входить он не собирается, а хочет просто загрузить в кузов грузовика ульи, да отправиться на юг, встречая по дороге всех тех, кто был в его жизни, кем был он сам, кто мог бы быть кем-то другим. Порой в реальности, а порой просто на каком-то метафизическом уровне. Среди всех попутчиков выделяется странная молодая девушка, которой Спирос сначала помогает в моменты ее трудностей, а потом она помогает ему. Вроде бы. По крайней мере так кажется со стороны. Тео Ангелопулос, известный своими развернутыми лентами про историю Греции, начинает новую страницу своих путешествий – на этот раз в мир одиночества, пустоты и остановившегося времени. Фильм второй в «трилогии молчания».

Да, сняв «Путешествие на Киферу» Ангелопулос одновременно снял эпилог для своего «политико-исторического» периода и начал новый. И действительно, единственное, что напоминает о прежней тематике режиссера, так это промелькнувшая вскользь тема разочарования политической окраской прежних лет в разговоре героя Мастрояни со своими друзьями. Все остальное в фильме посвящено жизни и судьбе отдельного человека, а не какой-то группе лиц и даже страны, что для творчества Тео Ангелопулоса было значительным новшеством. С другой стороны, конечно тоже нельзя сказать, что жизнь человека, который прожил на свете больше полувека в такой стране, как Греция и в такой период как середина 20-го века, может быть изолирована и оторвана от исторической составляющей, да и режиссер сам признавал, что живет в период, когда Грецию ожидает что-то новое, какой-то очередной этап в жизни, но никто не знает какой. Однако все это проходит на уровне второстепенных тем и даже декораций основного сюжета, не более.

Схожесть же имен Спироса из данного и предыдущего фильма объясняется довольно просто – так звали отца Ангелопулоса, который для сына является олицетворением целого поколения, и часто используется в творчестве именно с целями, связанными с этим. Конечно, была и задумка связать «Пчеловода» и «Путешествие на Киферу» семантической ниточкой, что тоже весьма логично – Ангелопулос всегда рассказывал собственные истории, которые шли на экран прямо из его сердца, построенные на его собственном опыте, ощущениях и переживаниях, а главный герой следующего фильма будет носить имя Александрос, не менее популярное для творчества. Так что это правильно, что фигура отца имеет в этот период фильмографии для него столь важное значение.

Весьма тонкая аллюзия, судя по всему, скрывается за увлечением героя Марчело Мастрояни. Режиссер проводит параллель между пчеловодом и артистом. Мол, и те и те тщательно заботятся о плодах собственного общения с природой прекрасного в случае поэтов, и природе естественного, в случае пчеловодов. Мед – это своего рода положительный дивиденд от творчества, тогда как опасные пчелы – это произведения искусств, которые художники создают, могут разрушить в приступе отчаяния или злости, но от этого могут и просто пострадать. Впрочем, вполне вероятно, что дело и в том, что у Тео Ангелопулоса был друг-пчеловод, работа которого просто гипнотизировала режиссера.

И вновь Тео Ангелопулос снимает свой фильм не только на севере страны, но и старается выбрать погоду попасмурней, похолодней. То, что режиссер не очень любит солнечные планы – это стало ясно довольно давно, но в данном случае его выбор, кроме связи с ранним творчеством, придает еще и нужный эмоциональный окрас для событий, которые как всегда месмерически медленно протекают перед взором зрителя. И вновь никакой студийной работы практически нет – все сцены сняты или натурной съемкой, или в реальных местах – на заправках, кафе, магазинчиках.

Залогом того, что стилистика фильмов режиссера слабо меняется от картины к картине, вопреки таким разительным тематическим изменениям, является тот факт, что Тео Ангелопулос старается работать с одной творческой группой, построенной вокруг двух людей, играющими самую важную роль в такого рода кино, которым увлечен автор. Речь об операторе Георгисе Арванитесе, умеющем так твердо и долго держать средние и дальние планы (в основном, кстати, 35-миллиметровыми линзами), а также дизайнере декораций Микесе Карапепиресе, который превращает нужные для режиссера места в настоящие кусочки прошлого, как это было прежде, или подчеркивает нужные черты, убирая лишнее.

Сложно сказать, вопрос ли это специфики времени, каких-то жизненных факторов развития авторов как персон или просто банальное совпадение, но многие режиссеры того времени, которых принято сравнивать и называть на ряду с Тео Ангелопулосом, которые стали известны тем, что делали убедительные портреты политических эпох, перестали интересоваться ими и стали фокусироваться на чем-то личном. По крайней мере в отношении Ангелопулоса это вылилось в целую трилогию, начатую «Путешествием в Киферу» и оконченную «Пейзажем в тумане».