Фильм

Фильм Предатель

Il traditore, Италия, Франция, Бразилия, Германия, 2019

Предатель – афиша
1/14

Старомодная итальянская гангстерская драма от заслуженного классика

Начало 1980-х. Сицилийская мафия ведет войну за героиновый рынок. Известный гангстер Томмазо Бушетта (Пьерфранческо Фавино) ищет убежища со своей семьей в Бразилии, пока в Италии идет непрерывная нарковойна. Бушетту бразильская полиция экстрадирует на родину — и тот вынужден нарушить священную клятву коза ностра, одного за другим сдавая своих подельников. Однако мафия, как известно, не умеет прощать. Фильм знаменитого итальянского режиссера Марко Беллоккьо — автора «Кулаков в кармане» и «Любви и ярости» — участвовал в конкурсе Каннского кинофестиваля. Многие предрекали Фавино приз за лучшую мужскую роль, но его в итоге увел Антонио Бандерас за «Боль и славу» Педро Альмодовара.

СтранаИталия, Франция, Бразилия, Германия
Продолжительность2 часа 31 минута
Дата выхода23 мая 2019
Дата выхода в России28 ноября 2019
Возрастное ограничение18+

Рецензия «Афиши» на фильм «Предатель»

8

Итальянец не «Ирландец»: еще один фильм о крахе старой мафии

Сентябрь 1980 года. День святой Розалии. В «мировой столице героина» Палермо боссы полуторавековой организации коза ностра встречаются с боссами новоиспеченного клана Корлеоне на богатой вилле, чтобы разделить очаги торговли между собой во избежание войны кланов. Здесь же сбежавший из тюрьмы Томмазо Бушетта, обычный солдат в мафиозной иерархии, обладающий тем не менее нетривиальным прозвищем Босс двух миров. У него жена, восемь детей. Он считает себя мужчиной чести и свято чтит незапамятные традиции. Вокруг гульба, танцы, хмельные итальянцы с торчащими из карманов пушками наперевес кричат «Вива Сицилия!». Но что‑то в этой идеальной ширме не так. Сын Бушетты, например, какой‑то весь вспотевший, еле ходит, глаза навыкат, все не хотел вставать с песка для общей фотографии.

Маленькие нарушения больших правил, как это часто бывает, приводят к серьезным трагедиям. Когда дело доходит до промышленного нарушения заповедей, законы все же необходимы. Итальянская молодежь мрет по-мушиному, как в регионах нашей родины в 90-е. Мафия с принципами — уже миф. От нее остались белые брюки и бежевые рубашки, традиция целоваться в обе щеки при встрече и такие вот нарядные фотографии. Смурное лицо консервативного от природы Бушетты (Пьерфранческо Фавино) — этому подтверждение. Вслед за пафосной фотокарточкой вскоре начинаются внутриклановые убийства. Падкие до наживы солдаты переходят в клан Корлеоне. Брата Бушетты убивают, не церемонясь, на брачном ложе, двух сыновей душат мужчины, которые их растили, смотря при этом прямо в глаза — зрачки расширены.

Бушетта колебался, прошел через тюрьмы и пытки и, совершив неудачную попытку покончить с жизнью, в 1983 году стал информатором, первым нарушил так называемую омерту — кодекс чести мафии, запрещающий сотрудничать с полицией. Есть ли маломальский смысл следовать правилам, когда дело мертво?

Все это, как любят без повода сказать в Голливуде, основано на реальных событиях. История воспроизведена почти документально и без осечек (прототипы — буквально у всех героев). Благодаря показаниям Бушетты за решетку вполне законно попали около четырехсот человек. Следуя его примеру, говорить начали и другие. В итоге мафия (сами бандиты себя так не называли, предпочитая говорить «люди чести») с позиций хозяев жизни маргинализировалась до местечкового бандитизма, что мы, собственно, лицезрим. Переход эпохальный.

Надо понимать, что Марко Беллоккьо снял очень важное кино для Италии, но следует сделать сноску о его режиссерском методе. Наверное, отношение к его фильмам нельзя охарактеризовать опостылевшим словечком «нравятся» — они ошарашивают. Ученик Пазолини, метафизик, атеист и аскет. Волшебные сны в его кино переплетаются с репортажностью в подаче сюжета и экспонировании событий, мертвые танцуют с живыми, а всполохи бессознательного на хозяйских правах входят в реальную жизнь, полную инфернальной неразберихи.

Все, что привычно для его кино, присутствует в «Предателе» в микродозах. Этот фильм не столь болезненно личный, как «Улыбка моей матери» и «Сладких снов», не столь безумный, как преступно недооцененная «Кровь моей крови». Здесь напрочь отсутствует дискурс психиатра Массимо Фаджиоли и левая радикальность, свойственная любому художнику в юности. Взгляд маскируется под объектный и объективный. В подходе к реальным событиям «Предатель» — именно документ, а не основа для идеологического каминг-аута, как в «Здравствуй, ночь», в нем присутствует свойский официоз и стремление к достоверности. «Предателя» невозможно переложить на себя и рассматривать эмпирически — и посему писать о нем тоже совсем непросто. Он стоит особняком среди других фильмов о крахе мафии, своих более ранних аналогов, — и абсолютно автономен от их влияний. Возможно, дело в безусловном режиссерском таланте Беллоккьо, а, может, просто во времени: все эти бандиты — давно наше прошлое, скорее даже культурное, а не политическое.

О мафии с пониманием дела и без лишней романтики снимали только в Италии. Этому ремеслу посвятили себя Франческо Рози, Дамиано Дамиани, Элио Петри. Неспроста итальянские семидесятые прозвали «свинцовыми». Методологически фильм Беллоккьо ближе к ним, чем ко всем тем, кто воздвигнул культы на этой теме, обозначив так свои корни, — Фрэнсису Форду Копполе и Марину Скорсезе (забавная перекличка с «Ирландцем», как бы воскрешающим мафиозный миф из пепла; в России эти фильмы, так уж вышло, будут преимущественно смотреть в соседние дни).

В фильмах тех режиссеров, часто спонсируемых непосредственно мафией (заинтересованной в том, как будут прославлять их могущество), вся Италия была поделена между противоборствующими сицилийскими кланами. Механизмы ведения дел, рэкет и последующая дележка денег были показаны крайне подробно. В реализм просачивалась вся эта чутка утрированная, но яркая атрибутика бандитского мира: застольные песни, слезы донов и дамы в вызывающих платьях с подчеркнутым декольте. Реальные мафиози зачастую оставались фигурами мифического характера, легендами, перед которыми за неимением подробностей биографий и прямым риском для жизни все-таки преклонялись, боялись, а потому исключительно уважали. Но если в кинематографической традиции, утвержденной Рози и Дамиани, повествование всегда велось от лица судьи или следователя, косвенных свидетелей того, что происходит вокруг, а учинители беспорядков внедрялись в центральный сюжет лишь изредка (типичный пример развития действий — «Спрут», который в перестройку произвел фурор, сравнимый с «Семнадцатью мгновений весны»), то «Предатель» — это в лучшем смысле байопик, полемичный, почти бесстрастный.

К делу Бушетты режиссер подступается со всепроникающим знанием дела, но смотрит на его фигуру с нескрываемым восхищением — в то время как зритель испытывает к герою минимум чувств. По тому же принципу чести, по которому герой был восхищен прокурором Фальконе, — и в той же мере, в какой режиссер был заворожен целеустремленностью Муссолини за десять лет до «Предателя». Что поделать, Беллоккьо не в силах скрыть, что и сам тоскует по старой Италии, иерархичности, стоящей в основе мирового порядка, и тем вечным патриархальным ценностями, целесообразность которых с припадочной эпилептической яростью отрицал в свои ранние годы.

Его мафиози при видимой реалистичности — это не люди вовсе, а сущности: остатки достопочтенной мафии с кодексом, редуцировавшейся до торговли наркотиками, запрещенной в своде священных правил. Все у них строится на принципах мести, а оскорбления чести — даже если она не очень чиста — всегда и без исключений караются самыми жестокими способами. Они могут задорно танцевать и пронзительно петь, эффектно курить сигары. Но все и близко не понимают, в каком времени очутились, и посредственно умеют рефлексировать свои действия. Одну третью часть фильма, полноценный и самодостаточный акт, Беллоккьо уделяет суду. И что же, судьи и стражники элементарно не в силах удержать экзальтированных итальянцев в клетках.

Это фильм о крахе идеи и о том, как тяжело бывает подчас его пережить. В итальянском ресторане в Штатах перепевают «Italiano vero» Тото Кутуньо, а Бушетте заговорщически слышится «Сицилиано». Другой мафиози на программе защиты свидетелей не намерен говорить на английском, предпочитая ему непонятный для окружающих итало-сицилийский диалект. Они по-плебейски сидят в шикарном автомобиле, не в силах его купить, и с ностальгией в голосе вспоминают, как еще недавно походили на Джона Уэйна и Гэри Купера: «Мы привыкли воротить миллионами, миллиардами, а теперь я живу на деньги жены, как нахлебник». Они бы еще пожили старой жизнью, но начала твориться алчная дележка, неразбериха, вся эта бессмысленная «революция убивает своих детей». Куда уж деваться — пришлось подстраиваться.

Нигилизм уже много лет не присущ Марко Беллоккьо. В его реконструкции умирания этой значительной части итальянской традиции предыдущего века нет и грамма молодецкого снисхождения. Напротив, сочувствие, нескрываемая сентиментальность. Четкое понимание, что за сложными судебными процессами стоят человеческие трагедии, даже если этот человек, скажем, убийца, а любая реформа — производное вала жертв. Какая угодно идея, прогрессируя, в определенный момент начинает гнить. Идеология — требовать репрессий и остракизма. Беллоккьо — мудрый, разменявший девятый десяток, — снял свои наиболее значимые исторически фильмы как символ левых взглядов (в 1965 году «Кулаки в кармане» не взяли на Венецианский фестиваль с формулировкой «за дискредитацию института семьи»), но, отпугнув многих поклонников, в XXI столетии повернулся совершенно в другую сторону. Тоже, по-видимому, как человек чести, подстроился. А фильм его — меткий, как пуля.

10 декабря 2019
10Всему есть в жизни начало... и конец. Последнее, иногда может быть вызвано предательством.

Отличный фильм основан на реальных событиях из жизни сицилийского мафиози Томмазо Бушетта.

В истории человечества всегда есть люди, которые меняют ход истории. Он - именно такой. Поменял ход истории самого закрытого криминального сообщества. Нарушив "омерту", «кодекс чести» Коза Ностры и раскрыв все карты, власти Италии вынуждены были официально (спустя 130 лет) признать существование Сицилийской мафии как могущественной организации.

Гениальный судья Джованни Фальконе, который вел суд с 478!!! обвиняемыми (назывался МАКСИпроцесс) вынес приговор и арестовал 364 из них. За это кстати, жесточайший сицилиец Тото Риина в 1992 году отомстил и взорвал его в Палермо. Но это уже другая история.

В фильме описаны те события, которые повернули ход истории криминального мира вцелом... В истории судопроизводства больше не было такого процесса, после этого случая.

Предатель он или нет? Это уже зависит от того, кто и с какой стороны смотрит на этот факт. На вопрос вы мафиози или нет, до конца жизни они все отвечали (и отвечают) одно, мы - «Люди чести» (uomo d'onore)...

Рекомендую.

5 апреля 2020
Все отзывы
Читайте также
Лучшие иностранные фильмы 2019 года
Лучшие иностранные фильмы 2019 года
Лучшие иностранные фильмы 2019 года
29 кинопремьер ноября
29
кинопремьер ноября
29 кинопремьер ноября
Онлайн-премьеры недели: «Пиноккио Гильермо дель Торо», «Освобождение», «Темные начала»
Онлайн-премьеры недели: «Пиноккио Гильермо дель Торо», «Освобождение», «Темные начала»
Онлайн-премьеры недели: «Пиноккио Гильермо дель Торо», «Освобождение», «Темные начала»
Кинопремьеры недели: «На тебе сошелся клином белый свет», «Балабанов. Колокольня. Реквием» и «Рядом»
Кинопремьеры недели: «На тебе сошелся клином белый свет», «Балабанов. Колокольня. Реквием» и «Рядом»
Кинопремьеры недели: «На тебе сошелся клином белый свет», «Балабанов. Колокольня. Реквием» и «Рядом»
Создайте уникальную страницу своего события на «Афише»
Это возможность рассказать о нем многомиллионной аудитории и увеличить посещаемость