Фильм

Сплит

Три школьницы, две обычные (Хейли Лу Ричардсон и Джессика Сула), а одна не совсем (Аня Тейлор-Джой), собираются поехать по домам с дня рожденья, залезают в машину, но вместо отца одной из них за руль вдруг садится суровый бритый мужчина в очочках (Джеймс МакЭвой) и прыскает в них аэрозолем. Девушки просыпаются в каком-то подвале; пока они гадают, что будет, если они прыгнут на злодея втроем, тот начинает вести себя откровенно неадекватно. Как выясняется, его личность расщепилась на 23 самостоятельных части: какие-то из них спокойно работают и ходят к врачу (Бетти Бакли), какие-то плетут заговоры друг против друга, какие-то мечтают посмотреть на голых танцующих школьниц. Но самая страшная — двадцать четвертая личность по прозвищу Зверь — еще только на подходе.

46-летний М.Найт Шьямалан в отличной форме; теперь уже можно уверенно говорить, что он снова превратился в курицу, несущую золотые яйца. В позапрошлом году симпатичный хоррор «Визит» при бюджете в 5 миллионов заработал 100, «Сплит» стоил 9 и собрал уже 250. Феноменальный успех: почти десять лет над режиссером потешались и осыпали его «Золотыми малинами», при этом одного его имени все равно достаточно для того, чтобы заполнить кинотеатр. Кто сказал, что малобюджетное авторское кино не может конкурировать в прокате с блокбастерами.

До какой степени «Сплит» (почему без перевода — загадка; у кого-то в российском «Юниверсал», видимо, остались теплые воспоминания об отдыхе в Хорватии) — возвращение Шьямалана к корням, станет ясно только в последние секунды фильма, и то не всем, но уколы ностальгии можно почувствовать задолго до финала. Перед нами снова маленький, но страшно амбициозный триллер, который последовательно и изобретательно дразнит в зрителе рационалиста. Категория «Б», которую автор силой мысли пытается превратить в нечто большее. Что едва ли удается, но его постановочного мастерства и владения жанровыми приемами (которые он, когда надо, с легкостью выворачивает наизнанку) вполне достаточно для того, чтобы два часа просидеть на краешке кресла.

Самое эффектное и самое неинтересное в «Сплите» — актерские подвиги Джеймса МакЭвоя, который, если верить финальным титрам, успевает сыграть ровно треть своих личностей, но и это немало: помимо маньяка в герое прячутся женщина, девятилетний мальчик, модник и так далее. Смотреть, как МакЭвой их изображает, занятно, но отвлечься от того, что это актерское упражнение, невозможно, и это гораздо чаще смешно, чем страшно. Тем более что личины там вполне карикатурные: маньяк ежеминутно моет руки, ребенок шепелявит, женщина напоминает о фильме «Психоз», модник манерно растягивает гласные.

Другое дело, что Шьямалан в последнее время начал сознательно впускать юмор в свои фильмы, и это пошло ему только на пользу. Здесь есть его фирменная сентиментальность и его любимые серьезные темы: в первую очередь детские травмы в довольно грубой, на грани фола, аранжировке. И плохой лирик по-прежнему борется в режиссере с хорошим циником. Но в этот раз вторая личность по большей части одерживает верх. Концепция «Сплита», разумеется, смехотворна, и Шьямалан постоянно об этом помнит и веселится вместе с нами: попытки с важным видом поиграть в психиатра погубили множество фильмов про маньяков — и это не тот случай. Поскольку на дворе 2017 год, все равно нашлись люди, обидевшиеся на то, как в «Сплите» показано реальное психическое расстройство. Но как раз наивность такого подхода символизирует героиня чудесной Бетти Бакли, которая знает про своего пациента все и не понимает ничего. Не потому, что плохо работала, а потому, что в силу объективных обстоятельств упускает главное: пациент — персонаж фильма. И понять его, возможно, сможет лишь персонаж другого фильма.