Фильм

Константин: Повелитель тьмы

Константин — это фамилия. Джон Константин (Кеану Ривз) одевается, курит и живет в стиле Хамфри Богарта. То есть ходит в черном плаще поверх неизменно белоснежной рубашки, прикуривает одну от другой (и успел, как настоящий Хамфри, докуриться до неоперабельного рака) и шлифует свою мизантропию до необходимого блеска емкими репликами. В лучшем эпизоде фильма Джон накрывает банкой невинное насекомое, выдыхает туда сигаретный дым и бормочет: «Добро пожаловать в мою жизнь».

Перспектива скорой смерти Джона не пугает — он уже как-то однажды умирал. С того случая Константин ходит в ад с помощью тазика воды (на пальцах трудно объяснить), а в миру практикует сеансы экзорцизма. Используя проверенные столетиями методы: вдумчивая молитва, святая вода, крест, зеркало, огонь — он следит за тем, чтобы демоны в Лос-Анджелесе не зарывались и баланс божьих и сатанинских сил сохранялся. Еретическая философия фильма состоит в том, что Бог и Дьявол не борются за заблудшие души, а скорее развлекаются, разглядывая мельтешение человечков и изредка неопасно вмешиваясь, — примерно как в сцене с банкой.

Но однажды все пошло кувырком: в Мексике нашелся Клинок судьбы, что бы это ни значило, девушка из полиции (Рэйчел Уайц) оказалась слишком любопытной, архангел Гавриил (Тильда Суинтон) устроил колоссальную подставу, а под занавес явился Сатана с небритой физиономией артиста Стормаре.

Хорошая новость — в аду можно курить. Вниманию Константина Эрнста: так выглядел бы «Ночной дозор», если бы его снимали не как в Голливуде, а в Голливуде. «Константин» (уже фильм, а не Эрнст) — помесь комикса, «черного фильма», фильма «Изгоняющий дьявола» и фильма «Матрица» с элементами гламурной фотосессии. Иначе говоря, именно тот тип кино, которым грезят культурные режиссеры видеоклипов (каковым, собственно, являлся до недавнего времени Фрэнсис Лоуренс), с тоской разглядывая по MTV свою очередную халтуру. Уже получив сумасшедший бюджет и Кеану Ривза, режиссер понимает, что этого шанса он ждал всю жизнь и должен втиснуть в два часа все свои представления о прекрасном. Так картина обогащается гермафродитом-архангелом Суинтон (автор и «Орландо» видал), Люцифером в белоснежном костюме (будет смешно), крайне декоративным адом (в «Куда приводят мечты» еще хуже), ночным клубом, где взрывают танцпол посвященные в высшее знание, убийством при помощи мух, прыжком с высотки в бассейн, истреблением скота, хождением по потолку, чертом в ступе — короче, невообразимым количеством визуальных и смысловых элементов, в которых сюжет безнадежно запутывается, а глаз замыливается, зато все как у людей. И конечно, это полный беспредел. Но самое смешное — разглядывать клипмейкерские фантазмы оказывается не то что дико приятно, но вполне увлекательно. Примерно как полотно «Переход Суворова через Альпы», или там «Последний день Помпеи». Как поет группа «Кровосток»: «Бля, мы умели отдохнуть красиво».