Рекомендации для вас
Популярно сейчас
| Драма |
| Иштван Сабо |
| 1 января 2001 |
| 1 час 48 минут |
Режиссёр
Все
Как вам фильм?
Рецензия Афиши
Вильгельм Фюртвенглер (Скарсгаард) был одним из выдающихся дирижеров XX века, величайшим интерпретатором Бетховена. Так вышло, что расцвет его творческих сил пришелся на период фашизма: в 1938-м он возглавил Берлинский симфонический оркестр, играл на торжественных сборищах нацистов, а траурное адажио в исполнении его оркестра передавали по немецкому радио после известия о том, что Гитлер наложил на себя руки. В разгар нюрнбергского процесса американский майор Арнольд (Кайтель), вооружившись фотографией, где Геринг и Фюртвенглер обмениваются горячим рукопожатием, собирается устроить образцово-показательный процесс, а советский полковник Дымшиц (Табаков) пытается замять дело, чтобы заполучить прославленного немца на сцену Большого.
Венгр Иштван Сабо в 80-х снял дельную трилогию о выдающихся деятелях немецкоязычного мира, работавших в условиях тоталитаризма: «Мефистофель» — «Полковник Рёдль» — «Хануссен» (часть вторая — та и вовсе шедевр). Случай Сабо и Фюртвенглера, увы, случай собаки, возвращающейся к собственной блевотине. В основе фильма — пьеса Рональда Харвуда, который специализируется (все англосаксонские драматурги нынче — узкие специалисты) на оркестрантах и фашистах, он же адаптировал для экрана «Пианиста». Вышло статичное зрелище, напоминающее даже не театр, а непонятно зачем запечатленную на пленку радиопостановку. Выслушивать приходится такие обороты: «Я всю жизнь считал, что искусство и политика несовместимы. Если быть точнее, искусство и есть моя политика». Хуже того, актер фонтриеровской выправки Скарсгаард, произнося это, егозит, жует кашу, бледнеет до трупного оттенка — словом, изображает метания. Все-таки вернее всех его использовал режиссер «Глубокого синего моря», где акула съела Скарсгаарда на десятой минуте. Достойны внимания лишь пара-тройка натурных сцен, в которых схвачена драгоценная атмосфера безвременья в еще не разделенном Берлине, где американцы, англичане, французы и русские вели элегичные философские дебаты, да эпизод-аттракцион в михалковском вкусе, где Кайтель и Олег Табаков на пару мастерски напиваются водки.
В 1946 году американские оккупационные власти ведут дело в отношении знаменитого дирижера Вильгельма Фуртвенглера (Стеллан Скарсгард). Бывший страховой агент, ныне следователь (его прекрасно сыграл Хары Кейтель) полон решимости засадить главного дирижера фашистской Германии, игравшего перед ее первыми лицами. И не важно, что его ассистенты следователя - дочь одного из участников заговора против Гитлера и американский солдат-еврей, выросший в Германии - преисполнены уважения и сочувствия к талантливому человеку: пособник нацистов - по мнению героя Кейтеля - "должен сидеть в тюрьме".
(В сторону: в необычной эпизодической роли симпатичного сортудника советской администрации появляется и Олег Табаков.)
Это кино о том, что искусство все-таки гораздо больше жизни. О том, что ничтожество, сколько бы оно ни прикрывалось моралью и заботой о благе ближних (в частности, большей заботой о евреях, чем сами евреи), борьбой с нацизмом и прочими весьма благородно звучащими речами, не имеет будущего. Оно может выиграть сражение, но неизбежно проиграет войну. Кстати, для того, чтобы описуемые высокопарные рассуждения не предстали в виде пафосного, никому не интересного, камерного фильма на заданную тему нужно, чтобы его снимал великий режиссер. К счастью, Иштван Сабо именно таким и является. Ну да и тема судьбы художника во время чумы для него не нова.
Читайте также
