Спектакль в Москве

Заводной апельсин

Я была немного удивлена решением режиссера ставить эту постановку в одного актера.
С самим произведением я познакомилась по фильму, и стало очень интересно, каким образом отыгрываются достаточно знаковые сценки и весь сюжет.
Очень скоро я перестала замечать, что на сцене больше нет других персонажей.
В спектакле минимум декораций, а смена образа и заднего фона три раза - как три важных этапа жизни Алекса показала не столько события, сколько восприятие, мысли и все переживания изнутри.
Актер, что называется "Затащил" - держал наше внимание до самого последнего момента (хоть и казалось временами, что история затянута), очень хорошо прослеживалось , как менялись даже категории мышления.
Некоторые сцены есть возможность не смотреть, на спектакле об этом предупреждают (это для тех, кто сильно восприимчив)

"Циников" знаете? У "Циников" свой почерк, свои темки.

Поспорим с Кубриком? - "Лолита 2.0".
Посмотрим мировую живопись? - "Смех в темноте".
Драки с гопотой на ночных улицах? - "Любовь пацана".
Странные события за решеткой? - "Человек из Подольска".

И всё это "Заводной апельсин", и Донцов сделал какую-то программную, важную для себя вещь. И для всех нас. От первого же показа бахает и ритмом погибающего сердца, и вечностью, и Бетховеном.

Нет, начнем не с этого. Начнем так: кто не рисовал себе нижние ресницы, тот не был молодым зачеркнуто взрослеющим. Ах как всё это было будоражаще и стильно - и роман, и кино, а главное после первой трети можно не смотреть и не читать, скукота.

Но раз уж мы пришли на премьеру, то смотрим. Герой у Донцова не дерзкий красавчик, а полуидиот в инвалидном кресле. К его заиканию надо прислушиваться: слышать, понимать. И Бёрджесса, и этого ребенка.

Потому что донцовский Алекс, конечно, ребенок. Детское лицо пирожочка, который по несмышлености выбрал быть мерзким животным. Молоко плюс на губах не обсохло, что там сознательного! Алекс проверяет границы мира - как и положено в 15 - а мир не дает ответа, мир заряжен глухим шумовым ритмом. Равнодушие, пустота. Мир самоуверен и безбожен ровно как Алекс: свобода воли для умных и взрослых ничто, люди - материал.

Куда же деться ребенку, если зло так привлекательно! Это здорово показано в галерее живописных классиков: ад и грехи во все времена были яркими, причудливыми, будоражащими воображение... стильными, да. Ничегошеньки не изменилось, и надежда на это едва теплится, потому что (воображаемый) сын Алекса уже выпил полстакана молока плюс. Впрочем, половину не выпил, остановился. И это очень важно.

Невероятно, но людный сюжет сыгран Владиславом Островским практически соло. И как! Засмеялся в первой сцене, кривляясь перед кривым зеркалом - облегчение, он по-настоящему, без кубриковского гламура отвратителен. Раскинул руки в жесте распятого Иисуса - рыдаем над его ограбленной душой.

Приходите, тут целый курс взросления для взрослых, это нам надо. Тут цинизм как искренность, а ультранасилию однозначно бой.