Опера

Волшебная флейта

Не новая, но каждый раз неповторимая, известная и давно признанная во всем мире опера «Волшебная флейта» появилась и в репертуаре ростовского Музыкального театра. На сей раз это не грубоватая буффонада, как у Грэма Вика, английского режиссера и художественного руководителя Бирмингемской оперы, и не кукольный театр самодельных петрушек и пьерошек, как у немца-авангардиста Ахима Фрайера. И даже не романтическое путешествие в таинственную северную страну, полное опасностей и неожиданностей, в чем зрителей так хотел убедить режиссер «Маленького мирового театра» Уве Шварц. Ростовский музыкальный театр подошел к делу с необычной, классической стороны.

Занавес поднимается, и на фоне сказочно-фантастических развалин зритель видит…трех совершенно современных мальчиков. В джинсах, спортивных курточках и бейсболках. Абсолютно непринужденно гоняющих по сцене мяч. Дети, надо полагать, не заблудились: не мог же позволить себе такой оплошности серьезный респектабельный театр! Дело, конечно, в другом. Дети – это зритель, то есть, по сути, это мы с вами. Именно они открывают книгу о волшебной флейте, сказочные строки которой оживают на наших глазах в виде страшного зверя, от которого спасается в чертогах Царицы ночи Тамино. Мальчики постоянно пребывают на сцене, подчеркивая тем самым двойную условность происходящего: книжно-сказочную и театральную и призывая не слишком строго судить героев, ведь они – все лишь сказочные персонажи. Однако когда Тамино и Папагено отправляют в путь к волшебнику Зарастро, мальчиков, словно героев из книжки, дают им в помощники. Границы с реальностью стираются, и мы оказываемся внутри сказки. Собственно именно мальчики, а вместе с ними и зритель, укрепляют духом Тамино перед сложным испытанием расставания с любимой, убеждают Памину не отчаиваться по поводу «вечной» разлуки со своим принцем и напоминают Папагено о волшебных колокольчиках, с помощью которых он вновь обретает Папагену. Этакие маленькие мудрецы, несущие в себе одновременно и игровое, и дидактическое начало. Идея для жанра оперы если и не новая, то довольно оригинальная и необычная, ведь оперное искусство редко когда пропускает зрителей в участники действа.
Вот только то ли за драматической частью забыли о вокальной, то ли уж очень переволновались ребята, но «звонких юных» голосов услышать так и не пришлось. Партитура, само собой, сложна, но уважение к зрителю с тонким слухом все же надо как-то проявлять. Кстати сказать, то же самое касается и главного героя. Даже непритязающему на абсолютный слух дилетанту хочется поменять местами Тамино и Папагено: диапазон последнего принцу был бы в самый раз. Впрочем, эти «мелочи» не слишком мешали наслаждаться как и всегда образцовым вокалом Марианны Закарян, игравшей роль Памины, и Юлии Щербаковой, исполнявшей партию Царицы ночи. Арию последней «В страданьях дни мои проходят» так вообще можно назвать эталоном драматического пения.
Стоит отметить и работу Алексея Шакурова, уже не первый раз радующего ростовскую публику своим дирижерским талантом. Эта опера не стала исключением. Все: начиная от увертюры и заканчивая последней сценой – было пронизано живой радостью и нетерпеливым ожиданием чудесного, как и подобает настроени�