Знаменитый балетмейстер Джон Ноймайер вновь оказался верен себе. Его новый балет «Татьяна», созданный по легендарному роману «Евгений Онегин», полностью соответствует «авторскому почерку» и являет собой безупречно цельную, элегантно стильную и бесконечно глубокую постановку, заставляющую зрителя погрузиться в сверхтонкий, мистический мир нашего подсознания, доверху наполненного загадочными образами, многозначными символами и тайными знаками.

Балеты Ноймайера – это всегда интеллектуальный диалог, в котором режиссер разговаривает языком тела и музыки, игрой причудливых предметов и многоуровневых ассоциаций, заставляя зрителя искать ответы на свои вопросы, и помогая последовательно находить их в неожиданных пластических откровениях и эффектных сценических решениях. Здесь каждое движение имеет смысл, а каждая складка на одежде танцовщика передает настроение, которое тут же подхватывается ошеломляющим музыкальным аккордом, чтобы перенести тебя в волшебный мир необъяснимых эмоций и давно забытых переживаний.

Герои романа представлены в новых образах, а их поступки рассмотрены в необычных символических аспектах, что придает известной истории оригинальный шарм и заставляет взглянуть на любимых героев совсем по-иному.

Татьяна в исполнении Дианы Вишневой – это романтичная и сверхстрастная натура, источающая запредельную сексуальную нежность и возвышенную чувственную покорность. Онегин (Дмитрий Соболевский) – брутально-лысый, полураздетый и откровенно сексапильный дьявол-искуситель, агрессивно страждущий и без стеснения выставляющий напоказ яростные душевные метания падшего ангела.

Герои мечтают, любят, страдают, ненавидят и предают друг друга, чтобы пройдя через все испытания, в конце концов, обрести себя…

Балет «Татьяна» - яркий и достойный пример современного произведения искусства, которое, несомненно, способно украсить репертуар лучших театральных площадок мира.

Спектакль идёт три часа. Первые два часа со сложной музыкой и хореографией, многоплановостью и странной русскостью стоит отсидеть, чтобы увидеть вторую часть.Во второй части кажется что непонятная суета и неясность мысли уходят и появляется танец- насыщенный и эмоциональный- тот который трогает и в самом конце просто сметает.
Это уже что-то большее чем балет- это драматический спектакль переданный посредством танца, где эмоциональная наполненность движения может быть важнее самого движения. Видела постановку с Дианой Вишнёвой. Диана пропитана этой странной музыкой . Кажется, что она и есть эта музыка. Это -волшебно, и это- печально: на её фоне остальные ( кроме Онегина и Ольги) кажутся оторванными от музыки. В антракте слышала восторженную реплику-" Как танцуют! И музыки не надо". Этот спектакль не только, и не столько эстетическое хореографическое действо- это новый язык, требующий усилий в прочтении и похоже новых навыков от артистов балета.

Это просто чудо, какое-то. С первых сцен пролога, когда сумасшедшая музыка задает темп, и саркастически, с юмором показаны сцены светской жизни Онегина, начинаешь радоваться сочетанию всего - музыки, хореографии, костюмов, декорациям, свету (свет, кстати, вообще великолепный в спектакль - отдельно хочу это отметить). И хотя не все сцены в первой части спектакля идеально гармоничны: есть все-таки некоторые провалы, немного затянуты отдельные эпизоды (например, сцена где Ленский заводит дружбу с Онегиным) и не всегда хореография согласуется с музыкой,но зато когда все складывается - это феерия!! Все новое, свежее, смелое и при этом понятное, считываемое. Вообще, хочется отметить что балет поставлен по всем правилам драматического спектакля. И некоторые приемчики драматической постановки прямо считываются, иногда даже слишком очевидно, но это чудо, когда смотришь балет, как спектакль или даже фильм. И какая игра актеров, И хотя я не попала на Диану Вишневу, я ничуть не пожалела, что танцевала или, правильнее сказать, играла Татьяну Валерия Муханова. Все было отлично, и Онегин (Алексей Любимов) очень колоритен и по фактуре ,и по исполнению. Но так как это по сути драматический спектакль, то стоит посмотреть его в исполнении разных составов, потому что актерская игра в нем имеет очень важное значение, а значит у каждого исполнителя роли получатся по-своему. Ну и этот спектакль стоит того, чтобы сходить на него несколько раз. Первые огрехи премьеры уйдут, и он станет только еще лучше. По костюмам хочется пробежаться отдельно - простые, современные, красивые, отвечающие задумке автора сделали спектакль скорее иностранным, а не русским, чем покоробили многих любителей строго следования оригинальному тексту русской классики. Несмотря на костюмы адъютантов, березки и медведя, присутствующие в спектакле, в целом, было ощущение что сюжет Евгения Онегина происходит не в России, а скорее в Америке начале 20го века. Но мне это было абсолютно по нутру. Почему бы и нет? Потому как спектакль скорее по мотивам "Евгения Онегина", и не надо придираться к авторскому прочтению. Тем более такому талантливому.

Волшебно! Еще раз убедились, что Ноймайер - гений. Только гениальный человек может создавать на сцене такие истории. Его рассказ о Татьяне полон эмоций, кажется, что герои ведут с тобой диалог по средствам танца и можно отчетливо понять не только мысли и эмоции героя в целом, но и даже прочувствовать конкретные слова этого диалога.

ОЧЕРЕДНОЙ ГВОЗДЬ В КРЫШКУ ГРОБА РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ…

Сходила я на спектакль Татьяна – балет в уважаемом мною Московском Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко. Композитор – Лера Ауэрбах, автор либретто, постановщик и художник по костюмам – Джон Ноймайер.
То есть, показали нам, как г-н Ноймайер понял «наше все».
Ответ: понял примитивно, базово, на уровне сюжета и осознания наличия образности, оригинальности и доступности…Садись – два.
Музыка полностью отражает его такое понимание.
Теперь подробнее.
В принципе, балет является прекрасной иллюстрацией (именно иллюстрацией, в прямом смысле слова) к знаменитому роману в стихах Пушкина – эдакие комиксы по Онегину. После просмотра знание сюжета гарантировано, хотя трактовка некоторых моментов несколько двусмысленна. Так «молодой повеса», специалист в «науке страсти нежной» показан у себя дома, в постели в трусах (к счастью, не семейных) в обществе 3-4 девиц в нижнем белье. Раза 3-4 он на авансцене снимает и надевает брюки, повернувшись лицом к залу – «одет, раздет и новь одет». И «его бобровый воротник» тоже на месте – на роскошной шубе. И «острижен по последней моде» - то есть налысо. И т.д. и т.п.
Формально, полностью соблюдены все основные особенности произведения, причем как Пушкина, так и Чайковского:
- роман в стихах был новаторским для своего времени, равно как и музыка Чайковского – для своего. «Новаторской» можно назвать и эту постановку – и хореография, и музыка полностью переворачивают все традиционные представления о балете (по крайней мере в нашей стране).
- все знают со школы про «онегинскую строфу» - оригинальную поэтическую форму, которую Пушкин изобрел специально для романа, чтобы придать стихам разговорность, сделать легкими для чтения и восприятия. А также поэт впервые использовал разговорный язык и характерные для того времени французские слова. Максимально облегчили восприятие и создатели данного «произведения», используя «язык улиц» во всем, например, в костюмах: так, офицеры представлены либо «парадной формой Шойгу», либо формой, напоминающей гимнастерки белых офицеров – эдакие «господа офицеры»; наряды персонажей при этом абсолютно современны – таких людей мы видим на улицах, на балах и.т.п.
- Как Пушкин, так и Чайковский в своих произведениях использовали аллюзии на современную им «популярную культуру» - народные песни и обычаи и т.п. (отчасти именно поэтому В. Белинский назвал роман «энциклопедией русской жизни»). В данной постановке это тоже имеет место быть: когда наступает ночь, звучат фразы из известной (но не всем) Silent Night (не самая русская мелодия), офицеры танцуют под «цыпленок жареный», семейное счастье Татьяны иллюстрируется повторяющейся фразой из популярного шлягера…То есть, тоже своего рода «энциклопедия»…
Да, и что Онегин – «лишний человек», нам тоже показали – он время от времени бегает по пустой сцене из конца в конец, как неприкаянный.

То есть, зрителям можно не напрягаться – все четко, ясно, как бывает при чтении комиксов. Даже есть характерные персонажи – двое в черных плащах с набором дуэльных пистолетов. Появляются несколько раз рефреном.
Да и тон этого «произведения» вполне соответствует комиксам: мрачный, безрадостный (чего никогда не было в оригинале). Тонкая ирония Пушкина практически отсутствует… Музыка в первом отделении тоже чрезвычайно мрачная и, к сожалению, однообразная (я даже чуть не заснула). Во втором она становится немного более разнообразной – главным образом, за счет вышеупомянутых «заимствований» …

Одним словом, стиль авторы выдержали – эдакие музыкально-хореографические комиксы на тему Евгения Онегина.

Для объективности должна отметить, что исполнители честно выполнили поставленную задачу (в чем бы она ни заключалась). Более того, их в чем-то жалко: столь сложная хореография в данном случае была абсолютно не обоснована. Оркестр и дирижер тоже сработали на совесть. Так что финальные аплодисменты были вполне заслуженные.
В заключении скажу, что многие покинули зал после 1го действия. Мы остались из любопытства.

Да, и, конечно же, это никак нельзя было назвать «Онегин» или даже «Евгений» - помидорами бы закидали. Поэтому «Татьяна» - и не придерёшься.

Одним словом, вполне типичный продукт для нашего времени с его повальной дебилизацией нации. Не требует никаких усилий мозга – все разжевано, все узнаваемо и понимается с полувзгляда. Даже воды добавлять не надо…

Ребят, я не ханжа, вполне себе космополит и очень люблю ходить в театр в Риге, Лондоне, Нью Йорке и т.п. Но: зачем мне показывают в уважаемом московском театре, в исполнении российских артистов балета, как понимают величайшее произведение русской литературы иностранцы, читающие его в переводе (а практически все переводы «Евгения Онегина» - это не более, чем подстрочники – я это знаю, т.к. несколько вполне уважаемых изданий стоят у меня в шкафу)?

Алексей Любимов как Онегин.

После просмотра балета "Татьяна" Джона Ноймайера 26 июня 2015 года.

Когда говоришь о "Татьяне" наверное, в первую очередь, сказать надо о музыке Леры Ауэрбах, написанной специально для Джона Ноймайера и его "Татьяны". Музыке, которая совершенно точно является одним целым с танцем, и которая благодаря своей мелодичности и красоте в одних местах и неестественности, невыносимости скрипа и звучания в других дает нам ощущение того, как жизнь в любви бывает прекрасна, а жизнь вне любви бывает невыносима. Но говорить хочется только об Онегине.

Когда говоришь о "Татьяне" Ноймайера необходимо рассказать, что его Татьяна соткана из своих снов, прочтенных книг и предчувствий. Такие сложные материи переданы на сцене так ясно. И Валерия Муханова (исполнительница партии Татьяны) совершенно разная, но одинаково прекрасная и во сне, и наяву, и когда танцует внутренний мир, и когда соприкасается с внешним. Но говорить, почему-то хочется только об Онегине.

Конечно, необходимо сказать об удивительных "двойных" персонажах, которые в некоторой степени руководили действиями героя в роковой момент. Он сопротивлялся, но уже был обречен. И как мастерски это придумано и передано. Они высокие, больше тебя, черные и неотвратимые. И о том, что хореограф буквально соткал Россию из кусочков и лоскутков разных эпох, разных времен, разных художников, но так, чтобы мы в каждой сцене чувствовали, что все случилось в России и только в ней возможно. Но говорить хочется только об Онегине.

Так позволим же себе это! И скажем, что во-первых, он невероятно красив, Онегин в этой постановке. Он хорош и во фраке и в модном пиджаке, но лучше всего мы его видим, когда каждый как-будто прорисованный карандашом мускул его тела рассказывает о страданиях, сомнениях, мучениях, попытках исправить или забыть. Он так циничен в начале, так глубоко несчастен в конце. И он передает нам то, как он разрывается, как хочет забыть себя. Но, кажется, что основное чувство, которое проходит лейтмотивом в его партиях, исполненных так талантливо, так искренно, это некая неотвратимость и безысходность. Он говорит, то есть танцует о том, что после страшного поступка, больше ничего в жизни невозможно, и ему не под силу сделать бывшее не бывшим. И как бы он не убегал от себя, пересекая сцену из конца в конец в этом беге, всё равно окажется там же. Он так любил свою Татьяну, так тянулся к ней и молил ее, и так надеялся, что она сделает шаг к нему, а не к своему окну. Но...

А понятно, что это и не совсем Онегин, не его точное олицетворение на сцене, а великолепный Алексей Любимов стало лишь однажды. Лишь в тот момент, когда долгие овации уже понемногу стихали и он склонился в благодарным поклоне перед своей партнершей, давшей ему возможность прожить Онегина на сто процентов.
Но, говоря об Онегине в "Татьяне" Ноймайера почему-то не хочется говорить ему "спасибо", хочется сказать только, "Алексей, Браво, Еще"...