
Худрук Театра комедии Татьяна Казакова снова выпустила спектакль по пьесе из арсенала Николая Акимова. Призрак этого художника и режиссера, должно быть, преследует Казакову в кошмарах, но борется она с ним престранным способом. Все тексты, которые Акимов ставил как уморительные комедии, Казакова пытается превратить в назидательные драмы, и с «Призраками» — та же история. Имеется, впрочем, сюрприз: любительница моралите выпустила спектакль, в моральном отношении, мягко говоря, сомнительный.
Безработный Паскуале проживает деньги любовника своей жены, то ли притворно, то ли всерьез полагая, что средства к существованию ему доставляют сверхъестественные силы. Эдуардо Де Филиппо писал свою пьесу в послевоенном 46-м в Италии — вышел остросатирический бурлеск об иждивенчестве. В интерпретации Казаковой действие перенесено в абстрактное пространство, где время от времени вспыхивают свечи и медленно падает снег. Нелепое распределение ролей породило галерею неприятных скользких типов, словно старающихся выдать себя за кого-то другого. Неверная жена обернулась анемичной куколкой: дебютантка Юлия Ковалева пугается собственного голоса в сценах, где должна бы проявлять страсть. Денис Зайцев надрывается, тужась изобразить хлыщеватого любовника Альфредо. А Татьяна Полонская, играя его обманутую супругу, сетует на нелегкую долю голосом прожженной базарной торговки.
На этом тягостном фоне Паскуале, приторговывающий телом жены, кажется милягой. Приглашенному на эту роль Сергею Барковскому не впервой призывать зрительскую милость к маленькому человеку — это дело у него доведено до автоматизма. Когда, наклонив голову и устремив печальный взгляд в зрительный зал, он жалуется на проклятую нищету, забываешь, что перед тобой не Акакий Акакиевич, а банальный, хоть и начинающий, сутенер. Финал, в котором ему в руки нежданно-негаданно попадает тугой кошелек, преподносится как торжество справедливости: по мнению Казаковой, романтический дурак — сегодняшний идеал нравственности. Когда-то болван считался опаснее врага — но это было в театре Акимова.

Я не люблю, когда заглядывают в душу...
А кгда заглядывают в спальню, или в гостиную? Тут уж точно начнёшь понимать друг друга без слов, и не то, что два часа промолчишь, а " будешь не разговаривать друг с другом неделями". Интересно, что эта пьеса рождает неожиданные ассоциации с другой небезызвестной российской пьесой. Имел ли ввиду драматург именно это, передавал ли привет другому. Зная, что находится "под прицелом", как минимум трёх наблюдателей, Паскуале перед отъездом говорит жене, что и его и её сердце крепко заперто- как это похоже на "моя душа, как дорогой рояль"...уметь играть так прекрасно...рояль приоткрылся .. :" я не любила никогда в жизни".…А если бы он распахнулся, жить с раскрытой душой, распахнутым сердцем? А что поняли из этого приватного разговора заглядывающие, - ничего, но их сердца тоже переполнились романтикой и смягчились. Тем, у кого музыка в душе не нужно ключа "ни новый подбирать ни старый отыскивать…" Возьми пальто...только шаль...