Вчера ходила в Et Cetera на спектакль "Пожары". Это было что-то странное. Мне скорее не понравилось, чем понравилось. Я в очередной раз убедилась, что это слишком современный для меня театр. Только если до этого я еще воспринимала и принимала постановки, то эта было просто какая-то запредельная.
История изначально странная и тяжела для восприятия: умерла мать близнецов (причем близнецов играет молодая блондинка и тувимец) и оставила в завещании два конверта. Один должна отдать дочь отцу (который якобы умер), а второй должен отдать сын брату (которого они тоже не знают). В итоге это оказывается один и тот же человек. Весь спектакль раскручивается история жизни умершей матери. Трудная, тяжелая, насыщенная (еще бы, собственный сын стал отцом ее детей!).
Постановка очень тяжелая как для зрителей, так и для актеров. Жанна (дочь) постоянно практически плачет. Постановка достаточно спорная. Я не поняла, почему называется "Пожары". В спектакле периодически лили на сцену воду (обоснованно), еще и поэтому непонятно название. Это пожар души или что?
Мне понравились некоторые интересные режиссерские задумки, например, когда рассказывается о том, что мать чуть не попала в автобус, который расстреляли, во время рассказа она стояла под разбрызгивателем воды. Вода по ней проходила так, как будто это в нее стреляли. Очень интересно придумано.
Мне понравилась игра актеров. Они очень здорово передали эмоции. Если они действительно через себя пропускают эту историю, то я не удивлена, почему этот спектакль всего раз в месяц идет. Если плакали, то реально плакали, если кричали, то действительно кричали так, что мурашки бежали. Но не смотря на это спектакль в целом мне показался бредовым.

хотела поставить "0" и изключить из списка рекомеендаций - а такой функции нет. а жаль.
история про инцест. девушка родила сына, ей не дали выйти замуж, ребенка отобрали, через какое-то время она убегает из деревни его искать, попадает в кучу неприятностей, пока она его искала прошло лет 20-25, она попадает в тюрьму, где ее насилует палач, она рожает от него 2х детей. выходит из тюрьмы, растит их, а потом, еще лет через 20 узнает, что этот палач и есть ее старший сын. а потом ее дети, после ее смерти, раскручивают эту историю, все узнают, находят этого палача-сына, он в шоке.
про актеров - понабрали по обьявлениям.
ужас из 8-ми актеров на сцене нормально играли тока 2-ое.
две девченки вообще такие страдания народные строили, прям "я страдала, страданула". аж голос срывается, вся в раж вошла и давай там сама с собой настрадывать.
тихое безумие.
спект идет часа 2,5. в общем, если б не природное любопытство, тяга к прекрасному и 50 рублей, отданых за билет в партер, мы б ушли.
а так досмотрели.
впечатление странное.
были и очень удачные моменты и сцены.
хорошие декорации, интересная режиссерская задумка и постановка...
но актеры......
когда спектакль закончился мы все дружно сказали "уффф, хорошо, что они закончили

Я не уверена, что это нужно играть на сцене. Я не уверена, что на это нужно смотреть. Но у меня нет сомнений, стоит ли смотреть на то, как террорист убивает свою жертву, перерезая ей горло?.. Нет! Поэтому это не вопрос режиссуры, сценографии, актерской игры. Это вопрос этики.
Представьте, вы зритель и пришли вечером на спектакль, на зрелище.
Вы пришли что-то почувствовать или развлечься. Перед вами - сцена, актеры, вы видите, как и какими именно инструментами режиссер передает вам свои идеи. И что вам показывают?
Сомнительное интеллектуальное удовольствие с садо-мазохистским уклоном. Чтобы не быть мазохистом - правда, достаточно выйти из зала. Но... хочется же понять, зачем и почему?
Это драма от начала и до конца. И с каждым витком - все заковыристее и жестче. Причем очевидно, автору хочется проверить толстокожесть зрителя: сейчас я вгоню вам иголку - что, больно? А теперь? А если еще? Вы думали вам слишком плохо от того, что вы тут услышали и увидели? Нет, по-настоящему плохо вам будет сейчас! А теперь еще немножко, и еще чуть-чуть...

В начале действия детям Жанне и Симону сообщают о смерти матери. Им плевать: дочь молчит, а сын кроет мать по чем свет стоит, в том числе, и обсценной лексикой. Откуда эта ненависть? Оказывается, пять последних лет мать молчала. Молчала, а теперь оставила в наследство, помимо имущества, дурацкую красную тетрадь и просьбу передать письма их отцу и старшему брату, о которых дети и не подозревали.
Действие происходит в исламской стране в период войн и полного беспредела.
Их мать Науаль от большой юношеской любви (в духе Ромео и Джульетты) в 15 лет рождает сына, которого акушерка в жестяном ведре уносит в детский приют по настоянию родственников. Влюбленных разлучают, а юная мать клянется любить своего сына, чтобы не случилось и найти его, во что бы то ни стало. В связи с войной, постоянным захватом территорий, вырезанными деревнями и селами – найти следы ребенка почти невозможно.
Перед смертью бабушка просит Науаль научиться писать и читать, выучиться, чтобы вырваться из этого темного мира и круглой нищеты.
Жанна – математик, ей хочется точности и ясности. Она идет по следам матери, и узнает, что Науаль была в ряду повстанцев, и террористы искали ее, чтобы убить. Так Науаль попала в тюрьму. Все знают ее как «поющую женщину» с необыкновенно красивым голосом, но собственные дети ни разу не слышали ее песен. Как же так?

Оказывается, в тюрьме их мать страшно пытали и насиловали. Она забеременела и родила ребенка. А дальше – опять... грязное жестяное ведро с ребенком. Охранник несет его к реке, где потонуло уже сотни тюремных детей. Но нет! В этот раз он отдает ведро пастуху. В ведре оказывается двое детей. Так, Жанна узнает, что их отец не погиб – он палач, который безжалостно убивал своих жертв. Вам хватит? Нет! Надо же еще найти их старшего брата – плод большой юношеской любви.
Брата находит Симон – он оказывается необыкновенно талантливым снайпером, убивающим своих жертв филигранным выстрелом в глаз. Убивает и фотографирует на память. Он целится в зрительный зал, он стреляет - вы умерли, вы давно умерли!..

Дети помнят, что мать тщательно следила за процессами над военными преступниками - после одного из таких процессов она и замолчала. Процесс был над тем самым палачом, в котором Науаль узнала отца своих детей, Симона и Жанны. Но оказывается, она узнала тогда не только это… Во время суда снайпер, палач и убийца Нихад достает из кармана свой тотем – клоунский нос на резинке, доставшийся ему от матери, которую он никогда не видел. Науаль понимает, что он и есть тот, кого она искала всю жизнь – ее первенец, ее мальчик. Это ему она шептала, склонившись над ведром: «Я буду любить тебя, чтобы не случилось». Сын, который избивал и насиловал ее в тюрьме, сын – отец ее последующих детей…
Вот, я бы один раз прочитала книгу Важди Муавада (автор и режиссер) и ужаснулась ужасам войны, исламскому миру, адской жизни и прочей жести, иного слова не подберу. Но смотреть это в качестве зрелища, в театре? Увольте.
Не ходите на «Пожары»

«Пожары»: не верю!
Спектакль «Пожары» по пьесе Важди Муавада — пример театра, который сильно зависит от времени своего появления. Почти двадцать лет назад этот текст воспринимался как жёсткое и смелое высказывание о войне, травме и насилии. В 2026 году он читается иначе — как тщательно сконструированный трагический механизм, в котором форма давно обнажила себя.
Сюжет пьесы выстроен по принципу максимального сгущения катастроф: гражданская война в вымышленной ближневосточной стране, любовь «по типу Ромео и Джульетты», насильственное разлучение с ребёнком, многолетние изнасилования в тюрьме, инцест, неузнавание, двойное материнство, квест-завещание для детей. На одну женскую судьбу приходится столько трагедий, что персонаж перестаёт быть человеком и становится носителем авторского замысла. Именно здесь возникает то самое станиславское «Не верю» — не к отдельным событиям, а к их накоплению.
Если рассматривать «Пожары» как переписанный миф об Эдипе, многое становится логичнее. Структура узнавания, рок, инцест, телесное наказание (немота вместо ослепления), поиск истины детьми — всё это мифологически прозрачно. Но проблема в том, что пьеса не оформлена как миф. Она подана в реалистическом, почти квазидокументальном регистре, где зрителю предлагается верить в происходящее как в «историю про войну». Мифологический каркас при этом тщательно замаскирован, и сегодня швы слишком заметны.
В 2006–2007 годах такая стратегия ещё работала. Реальные войны были дальше, медиа-поле — менее насыщенным, травма — менее проговорённой. В 2026 году, на фоне многолетних реальных войн, документальных свидетельств и личных историй, «Пожары» выглядят как эстетизированный ужастик, собранный из максимальных трагических клише. Пьеса не анализирует механизмы насилия — она сразу выкручивает их на предельный уровень.
Сценография спектакля корректна и профессиональна, но не спасает ситуацию. Большинство персонажей существуют как функции сюжета, а не как живые люди. На этом фоне особенно выделяется образ нотариуса — единственного героя с человеческой дистанцией, иронией и внутренней логикой. Его присутствие лишь подчёркивает картонность остальных фигур.
Сравнения с «Нашим классом» Театра Вахтангова выглядят неуместными. Там — трагедия факта, основанная на реальных событиях, где ужас рождается из узнаваемости и обыденности зла. Здесь — трагедия конструкции, где ужас создаётся наращиванием сюжетных катастроф. В 2026 году эта разница принципиальна.
«Пожары» — не плохой спектакль, но и не живое высказывание сегодняшнего дня. Это артефакт театра травмы 2000-х, текст своего времени, который оказался слишком общим и слишком сконструированным, чтобы выдержать проверку реальностью. Не потому, что «такого не бывает», а потому что так больше нельзя рассказывать.

Сюжет - совершенная чернуха плюс нецензурщина с первых же слов. Не отношусь к поклонникам такого экстрима в театре. Но поставлено, правда, очень хорошо.

Была в театре, действительно храм искусств, но спектакли....
"Пожары" - и автор не русский, а без мата никуда. Для меня это было полной неожиданностью , сразу хотелось встать и уйти. Разве мы за этим пришли. Но у Калягина своя слабость, вырвался на свободу и везде мат, иначе выразить себя не может.
Калягин не занят в этом спектакле,но он руководитель, да и какой араб будет использовать русский мат в своей трагедии.
Не ходите в этот театр, мата хватает и на улицах.

Кошмар!
Я понимаю, автору очень хотелось показать трагедию, не получилось даже плохонькой комедии...
Замыслов много, сплошные описания ужасных сцен, мат со сцены, было бы меньше грязи, может быть тронуло...а так талантишка не хватило.

Игра актеров также не поражает воображение...жаль потраченных денег

В описание заявлено « детектив». Но сюжет спектакля похож больше на бредовую грязную и насильственную Санта Барбару.

Спектакль о том как дно пробито. За те деньги которые уплаченны могли бы хоть как то разнообразить сцену, одна шведская стенка, 6 старых стульев и 4 ведра. Одни и те же актеры играют разных людей прямо не уходя со сцены и не переодеваясь. Это полный вынос мозга. Кто это что это. За что убили сына, и его похоронили , а после антракта он живой. Но самое главное, речь актеров дале 5 ряда никто не слышит. Что там мямлят полвину не разобрать , могли бы хоть микрофоны повесить. Но в итоге пересилив желание свалить пытаясь порять этот бред , наконец то в конце понимаешь. Это не бред. Это полный трэшак.

Хочется радикально разделить отзыв на две части. Первая касается игры актёров, и здесь моя признательность и восхищение самоотдачей актёров на сцене... Вторая же касается самого спектакля, и в этом месте я вынуждена признать, что это был категорически не мой материал... очень жаль. Одно большое длинное политическое высказывание, поток сознания, к середине спектакля физически почувствовала себя дискомфортно от потоков громких звуков и скуки, а скука это самое досадное, что может приключиться в театре. Мне кажется, что спектакль был актуальным и звучал остро и смело в середине нулевых, когда только появился, а сейчас как будто просится какое-то перепрочтение.