Одни страдания от той любви

(В Большом театре кукол 2 спектакля по книгам ветхого завета: «Екклесиаст» и «Песнь песней». Собственно, если добавить еще книгу Йова, то перед нами была бы трилогия Жизни языком театра: жизнь как суета, жизнь как Любовь и жизнь как страдание.
Ну, оставим страдание (без него лучше).
Сразу скажу, что спектакли разные, но оба — настоящий Театр! Образный, эмоциональный, трепетный, изобретательный, яркий! Р.Кудашов — великий режиссер, и актеры играют, выкладываясь по полной (что во время антреприз и сериалов встречается чрезвычайно редко).

"Песнь песней" - один из самых поэтичных текстов, гимн чувственной любви — а в спектакле (безусловно, талантливом, см. начало) одни страдания.
Начинается действо с романтического шепота книгочеев, со щитов с древними письменами, с выхода в белом платье Любви. Но загрохотали щиты с текстами, раздели Любовь и перекрасили ее платье в пурпур, зазвенела погремушка Смерти - в спектакль вошли муки любви.
Герои мучительно пытаются вырваться из пут смирительных рубашек, рвут на себе одежды, режут рот бритвой. Красный цвет брызжет не столько гранатом и страстью, сколько кровью. Страсть и кровь смешивается с черным пеплом.
Двое героев страдают, как бы, каждый в своем круге света. И шепчут голоса: «Ты прекрасен, возлюбленный мой! Ты прекрасна, возлюбленна моя!», но каждый мечется в своем пространстве, разговаривая со своей фантазией.
Любовь как излом, экстаз и гибель. Влюбленный рвет путы, но не обретает свободы, а лишь изнемогает в борьбе.
И сплетают ткачи нити человеческих жизней, создавая полотно со сверкающим словом «Любовь», и подбирают ключ к замку герои, и даже большие пальцы ног превращаются в жениха и невесту, но ни окрыляющей радости, ни счастья, ни гармонии, ни резонанса двух душ, - нет ожидаемого (по крайней мере мной) обыкновенного чуда и счастья.
Может быть, само слово «любовь» режиссеру захотелось отвоевать у пошляков, считающих, что «все это немного неприлично, очень, очень приятно, но причем здесь смерть?» Может быть, только трагедия влюбленных убеждает в подлинности чувства? А может, создатели спектакля еще слишком молоды для иного восприятия темы?
В общем, на носу моем очки, а сердце еще не осень, наверно, мне с любовью повезло больше:) И перерезанное горло, кромсание бритвой лица, судороги и горстки пепла, фокус с доставанием изо рта букв, складывающихся в «любовь», красивые вышитые салфеточки с тем же словом, пустые половинки гранатов, злобное хихиканье карнавальных масок — безусловно, эффектны, но в мою парадигму любви входят. И в эпоху, когда ни чумы, ни вендетты, ни религиозной аскезы, ни родительского произвола, ни сословных границ, ни диктата общественного мнения, ни войны - большинство трагедий, на мой взгляд, в собственных головах (и тут не умиляться надо глубинам человеческой души, а за психологической помощью обращаться:).

Спектакль не услаждает зрителя романтическими таинствами любви, не напоминает, что только влюбленный имеет право на звание человека, а показывает, что «крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее - стрелы огненные». Всем, кому такое понимание любви не близко, вариации БТК на «Песнь песней» можно не смотреть.

Два спектакля в целом оставили ощущение, что житейская суета бега на месте понятнее, чем трагизм всепоглощающей любви. Не то стали суетливей и меркантильней, не то старше и мудрей?:)