Как вам спектакль?
Рецензия Афиши
При чтении комедия братьев Пресняковых кажется довольно монотонной и дидактичной сатирой на злобу дня. Больше всего, как ни странно, эта идеологическая многословица (одни реплики на пол-страницы чего стоят!) похожа на сочинения просветителя Вольтера. У него в «Кандиде» тоже собирались за одним столом свергнутые короли разных стран, чтобы потрепаться обо всем на свете. Во времена Вольтера, правда, такой саммит был событием исторической значимости. У Пресняковых встреча «мужчины в куртке» (Путин), «мужчины в темно-синем костюме» (Тони Блэр) и просто «пожилого мужчины» (Буш) — рядовое совещание, ровным счетом ни на что не влияющее. В этом смысле братья точно подметили ситуацию. Вопрос: насколько серьезно они решили высказаться насчет грядущего апокалипсиса?
Действие происходит в пабе, открытом в католической церкви. Хозяин паба — некий Отец, клиенты — три президента, а «мужчина в черном военном пальто Zara с меховым воротником» здесь за дьявола, который не без удовольствия сообщает собравшимся, что через две недели — конец света. Собственно, этот факт и обсуждают между собой три президента. В конце им в качестве надежды оставляют стакан океанской воды, но и он оказывается нефтью. Тогда Отец забирает у своих гостей зажигалку и говорит: «Сидите, сидите, вы мне не мешаете…» Ад продолжается.
В спектакле президентов посещает дьяволица в исполнении Людмилы Гурченко, которая завершает этот диспут исполнением песни Земфиры «Хочешь?». К спецэффектам можно отнести и стриптизерш, вертящих задами в алтаре. А также перевоплощения из Фиделя Кастро в Саддама Хуссейна, а там и в Ангелу Меркель, которым самозабвенно предается артист Виталий Хаев.
Спектакль «Паб» — вторая режиссерская работа Пресняковых после венгерского «Терроризма». Нельзя сказать, чтоб они особенно восторгались театральными воплощениями своих пьес, но это дело привычное для драматургов. В «Пабе» же, поставленном ими на большой сцене с Людмилой Гурченко, звездой телевизионной эстрады Михаилом Шацем и литовскими зубрами Регимантасом Адомайтисом и Юозасом Будрайтисом, братья показали, что такое театр в их понимании. И если в пьесе «Паб» победил братский разум, то в спектакле — их склонность к веселому безумию.
От обычной антрепризы «Паб» отличается не только тем, что героями ее являются не муж, жена и любовник под кроватью, а президенты, Бог и Дьявол. Главное, конечно, та степень дури, принятой за норму, от которой поклонницы Людмилы Гурченко падают в обморок или бегут к выходу и которая иногда, если честно, действительно смешит. Из области таких шуток — сетования Блэра на то, что его жена вешает свои мокрые колготки в ванной и тело премьера чешется, когда носки этих колготок его касаются. Далее на упомянутых колготках над сценой будет качаться артист Хаев, и любители творчества Пресняковых вспомнят «колготочный» мотив из «Терроризма».
Короче говоря, такой «антрепризой» вряд ли можно заработать — ну кто из рядовых театралов пойдет на говорильню, где всенародно любимая артистка показывает фальшивую грудь, а Шац скромно помалкивает под маской Блэра? То-то же. Потому, вспоминая давний Театр имени Кристины Орбакайте, в котором Пресняковы тыкали когда-то родному екатеринбургскому зрителю в лицо окровавленными прокладками, признаем честно: есть в их стремлении строить собственный мир, на бумаге и на сцене, вызывающая уважение последовательность.
ПРОСТО ПАБ. И НИКАКОГО П-А-Б-ЕЗОБРАЗИЯ
Стоит начать с того, что ПАБ – очень удачное название. И фонетически и лексически – оно стреляет и попадает точно в цель (жалко, что здесь не место развивать – почему это так).
Как всегда, Пресняковых отличает изобретательность и прочность драматической конструкции. Братья остаются верны своему собственному жанру, который можно определить, как - «играющий проповедник». Дело вкуса, конечно, но мне очень даже такой жанр по душе…
Несомненное достоинство Паба – это актерская команда. Юозас Будрайтис и Регимантас Адомайтис – прекрасные тяжеловесы с отличными драматическими голосами, харизмой, положенной бронзой и соответствующим весом. Новое лицо - Денис Яковлев очень соответствует локомотивам. М.Шац тоже ничего не портит. И, что очень важно – актерам есть, что обсуждать. Вообще, мало найдется театра, где можно поговорить и есть предмет для диалога. В Пабе – есть. Пусть это, как говорят, актуальная тема - «на злобу дня», но, согласитесь, злоба та есть! Еще одна приятная особенность Паба – португальская тема… (кто был, тот понимает…пора снова в поусады).
Теперь о проблемах Паба.
Нельзя объять необъятное. Все, что поставлено из творчества Пресняковых до Паба – лучше. У Братьев полно верных единомышленников в режиссерском мире, чтобы самим браться за постановку…
Сомнителен тезис об уорхоловских истоках художественности Паба. Во-первых, не поздновато ли ставить на уже музейные ценности современного искусства?! И, во-вторых, использование Людмилы Марковны Гурченко в качестве объекта – уорхоловского супа- идея хоть и эффектная, но ничего не дающая. Если не считать привлечение в зал случайной публики…
Справедливости ради, надо сказать, что сама по себе примадонна – украшает общую сценографию. И еще бы отметил, финальный номер ЛМГ, где она издевается над собственной же перепевкой песни Земфиры «Хочешь?». Это хорошо… Жалко только к спектаклю никакого отношения не имеет.
Итак, сальдо между дебетом достоинств и кредитом просчетов, скорее, положительно. Вполне осмысленный, трезвый и зрелищный театр.
Сперва Дьявол (Людмила Гурченко), щеголяющий огромным силиконовым бюстом, рассказывает зрителям о том, что там, наверху, «сейчас вкладываются в совсем другие организмы», а земной «проект» решено свернуть. Это «сворачивание» нечистая сила собирается поручить большой тройке: президенту США (Регимантас Адомайтис), премьер-министру Великобритании (Михаил Шац) и президенту России (Денис Яковлев). Местом для встречи на высшем уровне становится старинный португальский паб, в котором клиентов обслуживает невозмутимый дяденька в забрызганном кровью фартуке (Йозас Будрайтис), предлагающий всем называть себя Отцом. В помощь ему дана целая стая девиц, превращающихся по его воле то в официанток, то в проституток. На сообщение о конце света Отец не реагирует, в речи Дьявола не вмешивается, хотя горящий факел у собравшихся на всякий случай отбирает – «А то вы все тут подожжете…».
Чтобы члены большой тройки, а вместе с ними и зрители, не впали в депрессию, их веселит артист Виталий Хаев, появляющийся на сцене в образе Фиделя Кастро, Ангелы Меркель, Саддама Хусейна, Михаила Горбачева и какого-то русского эмигранта, страдающего от простатита. В финале на сцене вновь появляется Дьявол, то есть Людмила Гурченко в развевающемся красном платье, и поет песню Земфиры «Хочешь?», поглядывая в сторону актера, играющего Путина. Чего именно должен захотеть в этот момент президент, понять сложно.