Спектакль

«Наше все...» Шедевры русской прозы

Народный артист России Авангард Леонтьев исполняет и комментирует повесть Льва Толстого «Хаджи-Мурат» и рассказ Николая Лескова «Чертогон». Он представляет страницы их произведений, пытаясь выявить грани русского характера, поговорить о вере и безверии, самодурстве и угодничестве, жестокости и милосердии – словом, о самых разнообразных и сложных чертах, которыми с состраданием и иронией наделяют своих персонажей Лесков и Толстой. Для прочтения актер выбрал два классических произведения, каждое из которых заставляет вновь задуматься о природе человеческих переживаний, взаимоотношений и мыслей. «Я боюсь смерти Толстого. Если бы он умер, то у меня в жизни образовалось бы большое пустое место. Во-первых, я ни одного человека не любил так, как его; я – человек неверующий, но из всех вер считаю наиболее близкой и подходящей для себя именно его веру. Во-вторых, когда в литературе есть Толстой, то легко и приятно быть литератором; даже сознавать, что ничего не сделал и не делаешь, не так страшно, так как Толстой делает за всех. В-третьих, Толстой стоит крепко, авторитет его громадный, и пока он жив, дурные вкусы в литературе, всякое пошлячество, наглое и слезливое, всякие шершавые, озлобленные самолюбия будут далеко и глубоко в тени». Антон Чехов. Мало кто из современных артистов так тонко чувствует литературное слово и так глубоко знает русскую литературу как народный артист России Авангард Леонтьев. Сам он определяет жанр своих спектаклей как «звучащее слово». Вечера с Авангардом Леонтьевым по форме может быть и похожи на традиционный «чтецкий концерт», но по сути они – нечто гораздо большее: это еще и разговор с внимательным и чутким собеседником, предлагающим увлекательное путешествие в русскую литературу, лучше других знающим, как сделать слово объемным, живым, сильным и волнующим, как разглядеть на знакомых (или незнакомых – Леонтьев выбирает не самые известные произведения) страницах неожиданные смыслы. Звучащая словесность Авангарда Леонтьева – почти осязаемая реальность, столь увлекательная, что зритель забывает обо всем, что осталось за дверями зрительного зала.