Спектакль

На все времена

Хрупкой яшмой

роняет сакура сотню лепестков.

Гайдзинам не понять -

любовь в каком из них,

но смерть придет в последнем

(из блокнота пилота истребителя Зеро, сбитого над Окинавой в 1945 году)

В одном соглашусь с многочисленными критиками этого спектакля: Мисима на Московской сцене - это буквально и действительно провокация, но ведь никак иначе не провести линию между принцессой Комати и Ахматовой.

Древняя легенда страны Ямато, объединившая волей Эрвина Гааза три эпохи, три разных культуры, три восприятия, послужила своеобразным Розеттским камнем для зрителя. И так же, как Розетский камень помог ученым расшифровать египетские иероглифы, так и тут схема «три спектакля в одном», из конгломерата разных культур, к концу действия помогла создать в зрительском восприятии агломерат философии и чувств.

Невозможная, казалось бы, задача, посмотреть на русскую и японскую культуру через призму совместного восприятия, тем не менее, Эрвину Гаазу блестяще удалась. Тяжелая для нашего зрителя философская подача жанра «Но» довлела своей изящной мрачностью все первое действие, и прорыв-вспышка во втором - как бы оттенил и сделал более резкими детали истории любви и смерти принцессы Оно-но Комати и генерала Фукакуса.

Озорная «марктвеновость» светлых костюмов как бы осветила зал, а аромат лимонного мороженого с ванилью буквально чувствовался изящным дежавю, но зритель, подсознательно помня светлую грусть минора первого акта, был уже внутренне подготовлен к переходу с лазурных пляжей в багряную тьму военного коммунизма.

Трудно точно передать читателям все чувства, которые я испытывал в зале, ибо такие спектакли надо смотреть, чтобы понять.

Чрезвычайно хорошо сыграл Игорь Пехович: он был практически проникнут Бродским. И очень по-хорошему задело решение, когда строфы аранжировались, осыпающимися на сцену, с внезапно деревянным стуком, соцветиями сакуры.

Но, безусловно, царила на сцене Марина Витальевна Полицеймако: сила её эмоций, её талант сделали спектакль именно тем театральным событием, о котором еще долго будут говорить. Она ли растворилась в роли, роль ли растворилась в ней, но играла она бесподобно. Это был воистину её бенефис.

Приглашение в этот спектакль Марины Полицеймако и Игоря Пеховича было очень правильным решением режиссера.

Не боюсь повториться, сказав, что спектакль «На все времена» режиссера Эрвина Гааза - весьма заметное событие в театральной жизни Москвы.

И хочу закончить еще одной танкой:

Пронзая время,

Слова поэта, как капли крови,

С наконечника копья

Падают на шелк души.

И пламенем заката рождают грусть