Спектакль

На дне

Горьковская пьеса походит на идейный диспут, так что литовец Коршуновас не начудил, усадив жильцов городской ночлежки за длинный стол лицом к лицу со зрителями. Зрителям, обычно наблюдающим за актерами с безопасного расстояния, приходится переживать происходящее как собственную катастрофу. Но настоящим испытанием спектакль (Коршуновас называет его лабораторией) становится для актеров: они перед нами как на ладони. «Текст Горького обретает смысл, только когда актер способен, скажем так, вырастить персонажа внутри себя, опираясь на собственный опыт».