Спектакль в Санкт-Петербурге

На дне

Леонид Андреев: «Это, брат, великая штука „На дне“, — попомни мое слово».

Премьера Никиты Кобелева по величайшей пьесе Максима Горького «На дне» (публикация — 1902) состоялась в Александринском театре 14 февраля. Команда спектакля неизменна: текст — Никита Кобелев, Дмитрий Богославский (пьеса довольно сильно переписана), сценография — Нина Абдрашитова. Кроме того, хореограф Владимир Варнава, художник по свету Игорь Фомин, видеопроекция Мария Варахалина.

Действие происходит в безвременье, ничто не указывает на то, какой год на дворе, в этой убогой ночлежке время остановилось. На сцене нарочито кашляет Анна (Анна Селедец), её утешает и готовит к скорому уходу Лука (Игорь Волков). Анна вспоминает, как она с мужем (Сергей Еликов всё время чинит какую-то адовую шумную машину) один раз в жизни ездила на море и мечтает выкурить сигаретку. Кобелев отдаёт этому персонажу справедливость. После смерти забитой мужем в прямом и переносном смысле слова Анны мы видим, как она появляется перед нами в сверкающем розовом платье, с желанной сигареткой в руке. Значит, Лука был прав и на том свете ждёт только покой.

Удивило меня, что в спектакле нет околоточного Медведева, вместо него предлагает руку и сердце Квашне Барон (Мария Кузнецова и Виктор Шуралев). Между ними лет тридцать разницы, и это странно, в пьесе Квашня, которая здесь развлекается просмотром мелодрам по телевизору, и её поклонник-околоточный, а позже муж, примерно одного возраста.

Как и в «Воскресенье», в текст пьесы вкраплены фрагменты и других произведений Горького. Так, проститутка Настя (Мария Лопатина) плачет не над романом «Роковая любовь», а над аудиокнигой «Первая любовь» (это автобиографический рассказ Максима Горького о его первой гражданской жене — Ольге Каминской).

Сам Максим Горький считал странника-проповедника Луку жуликом и вообще отрицательным персонажем. И действительно — отчасти он, разумеется, виновен в смерти Актёра (Дмитрий Бутеев). Этот трагический герой поверил россказням, что действительно есть восхитительная лечебница для пьяниц: мраморный пол, чистота, пища, а потом осознал, что это воздушный замок и не захотел больше жить. Неслучайно при первом появлении Луки на сцене звучит песня Джона Леннона о недостижимом рае.

Imagine there’s no heaven

It’s easy if you try

No hell below us

Above us only sky

Imagine all the people

Living for today

Критики обвиняли Горького, что он играет на низменных и скверных струнах человеческой души, называли пьесу безнравственной, а его героев — маргиналами и босяками, недостойными того, чтобы стать главными действующими лицами. «Нет на свете людей лучше воров» — говорит шулер-философ Сатин (Илья Исаев). Васька Пепел (Иван Ефремов) под влиянием мученицы Наташи (Мария Медведева) и всё того же старца лукавого начинает стыдиться, что он вор и хочет изменить свою жизнь (но ему, как мы помним, одна дорога). Пепел, наверное, самый цельный персонаж спектакля, он не суетится и не метается, как остальные. Наташа в пьесе раздражает своей податливостью и готовностью к насилию. В спектакле она даёт Василисе (Янина Лакоба) сдачи.

Кто из героев у нас остался? Бубнов (Валентин Захаров), Костылев (Сергей Паршин), Кривой Зоб (Владимир Минахин), Татарин (Виталий Сазонов) — все на своих местах, пусть даже появление некоторых из них минутное. Непонятно мне, зачем Кривого Зоба режиссёр делает евреем, и они с Татарином обсуждают женский вопрос мусульман и иудеев. Это ещё сильнее запутывает сумбурное течение спектакля, в котором много малозначимых деталей для понимания сюжета пьесы.

Если кто-то не читал «На дне» (очень советую, это смешно, актуально и иронично) — советую освежить перед просмотром спектакля. Потому что за беготней и нагромождением деталей несколько ускользает смысл. Нам не нужно видеть, что Васька целует Василису, что Костылев хватает жену пониже спины, чтобы понять, что к чему и кто кого любит. Да, это зрелищно, картинка приковывает внимание, но от переписывания пьесы пропал юмор.