
В первой сцене посреди двора лежит молодой человек в красной олимпийке (Алексей Черных). Через минуту, проламывая щелястый забор, на сцену вывалит толпа мужиков: они закружат пацана, переоденут в костюм сельского доктора, выслушают, напоят водкой. Приведут за собой сладкоголосую диву с фазаньими перьями в прическе (Оксана Корниевская), немолодую фельдшерицу Анну Кирилловну на пуантах из алюминиевых кружек (Татьяна Владимирова). Разведут его с одной, сведут с другою, в конце концов помогут фельдшерице приготовить ту порцию морфия, после которой вернуться к прежней жизни он уже не сможет. В финале мужики выпотрошат безвольное тело из штанов и той самой олимпийки и разложат одежду на пустой сцене — все, что осталось от человека.
Все два часа на сцене — семь актеров и шестеро музыкантов; автора можно увидеть только на поклонах. А еще недавно он выходил на сцену в другом качестве. Видевшие первый спектакль казанцевского Центра — «Ощущение бороды» — должны помнить Владимира Панкова: он играл там шустрого Ковбойца. В «Облом off» Михаила Угарова роль Панкова была чуть меньше — обломовского слуги Захара. Были и другие, но вскоре у Панкова и вовсе не стало времени играть на сцене: его все больше манила другая роль — композитора и музыканта. С дюжину московских постановок — будь то «Двенадцатая ночь» Доннеллана или «Гроза» Нины Чусовой — озвучены его «Пан-квартетом». После «Мещан» Кирилла Серебренникова, где эту группу поместили на сцене и включили в действие, Панков выпустил свой первый самостоятельный спектакль — «Красной ниткой». Там этот принцип — музыканты не иллюстраторы, а участники событий — был доведен до логического предела. Изобретенный Панковым жанр был назван саундрамой, «Пан-квартет» разросся, но баян, контрабас, виолончель, труба и перкуссия с тех пор присутствуют в каждом его спектакле. В «Морфии» Панков идет дальше, выводя на сцену оперную певицу: оттого что булгаковский герой был брошен исполнительницей партии Амнерис, музыка из «Аиды» становится его наваждением, эквивалентом другой его болезни — морфинизма.
Чего-то в этом энергетическом коктейле с избытком: в какой-то момент кажется — нот, в какой-то — беготни. Но многое Панкову в нем удалось: например, массовые выходы, где все слаженно, как в швейцарских часах. И еще — тихие сцены между ужасно трогательным Алексеем Черных и Татьяной Владимировой, в глазах которой — вся боль за пропащего мальчика.

Морфий - не грипп. Эта штука практически не лечица. Похоже, этот спектакль - про болезнь, одержимость и моральное падение - спонсировал не меньше чем Госнаркоконтроль. Тем не менее по какой-то непонятной причине пустые шприцы в один момент летят в зрите льский зал - тут уж впору объявлять антракт...
Порадовала музыкальная тема, оркестр в стиле Кустурицы, песня "Морррфий" звучит свежо и убедительно - чего, увы, не скажешь о спектакле в целом.

Спектакль заявлен как "саундрама". Поискала в интернете, нашла, что "Саундрама — это смешение жанров, стирание границ между различными видами искусства для создания инновационных, необычных творческих проектов." Спектакль поставил В. Панков, собственно, художественный руководитель студии SounDrama.
В общем, новый, авторский жанр, похоже. И у меня с ним как-то не заладилось.
Нет, все красиво. "претензий к пуговицам нет", т.е. если по отдельности оценивать, то все прекрасно: актеры, звук, свет, постановка... А все вместе почему-то воспринималось (мной, по крайней мере), как невообразимый хаос, этакий винегрет из разных приемов. Тут и оперное пение, и неожиданные звуки, и оркестр, и хор, и крик, и свет, и тьма, и огонь, и вода, и грохот, и марши, и танцы... и все - при минимуме декораций. Всего слишком: слишком много, слишком громко, слишком контрастно, слишком ярко. За этим теряется сама история, смысл происходящего на сцене. Созерцать можно, сопереживать не получилось.
Я помню рассказ Булгакова, он серьезный, ясный, очень точный. А здесь... отчаянный фарс.
Мнение мое сугубо субъективное, конечно. Спектакль идет уж восьмой год, зал полон - значит, многим и многим нравится. Я то ли в настроение не попала, то ли просто "не мое".

Актрисам играющим возлюбленных юного врача одной глубоко 60 ( фельдшерица) , а другой за 40 лет ( оперная певица) . С учетом того , что прототипом фельдшерицы у Булгакова была его первая жена 25 летняя Татьяна Лаппа, кастинг был своеобразным даже в 2006 году, когда спектакль был поставлен. Актеры мужчины играющие крестьян увы не в лучшей физической форме и раздеваться им на сцене не стоило бы. Сыграть что либо интересное при таких исходных данных невозможно. Если хочется полюбоваться интерьерами театра ет сетера в стиле лужковской архитектуры девяностых, и заодно посмотреть на несомненный прогресс режиссера "Морфия" господина Панкова , сходите лучше на "Утиную охоту".

Если почитать отзывы на Афише, то можно обнаружить прямо противоположные впечатления, при этом есть те, кому очень понравилось, и те, кому не понравилось вовсе. Равнодушным не остался никто.
Я отношусь к тем, кому спектакль не понравился, увы.
Мне не понравилась массовка из мужиков - то в телогрейках и ушанках, то полуголых. Они, может быть, были бы уместны в "Записках юного врача", где крестьяне-пациенты играют не последнюю роль в повествовании, но в "Морфии" они выглядят совершенно чуждым элементом для тех, кто читал книгу.
Мне не понравилась ужасная затянутость действия. Долгая оперная ария в конце спектакля утомляет ужасно и вызывает желание уйти.
Элементы оперы как дополнение к действию, как раскрытие образа бывшей жены - на протяжении всего спектакля были довольно интересны, но вот это действие в конце с египетскими костюмами и большой арией кажется совершенно чужеродным и нелепым.
Если поискать либретто "Аиды", то можно обнаружить, что именно хотел этой вставкой сказать автор, но подавляющее большинство нашей публики не настолько хорошо знакомо с оперным искусством, чтобы экивоки в виде арий не на русском языке могли ей что-то сказать.
Мне, кстати, очень понравилась певица Ирина Рындина, ее голос, ее стать. Но мне не понравилось, как обычные актеры изображали оперный мужской хор - ну не умеют же петь!
А еще мне ужасно не понравилась в этом спектакле Татьяна Владимирова, которая получила за эту роль награду от "Московского комсомольца" (лучшая женская роль второго плана в категории «мэтры» (2007)):
Анна Кирилловна, которая у Булгакова довольно нейтральна и мила, в исполнении Владимировой в первой половине спектакля у меня вызывала просто отвращение: этакая похотливая старуха, широко расставляющая ноги и зазывно открывающая рот, соблазняя молодого доктора. Старуха в старушачьей одежде, пытающаяся сделать выражение лица, как у наивной влюбленной девочки.
Брр.
Полная противоположность той строгой, суровой и прекрасной Владимировой, которая потрясала публику в "Пожарах".
Ну, и чтобы не заканчивать негативом - помимо прекрасной оперной певицы Рындиной мне понравился оркестр, который постоянно присутствовал на сцене. И вообще музыкальное оформление спектакля.
И главный герой - доктор Поляков - Антон Пахомов - очень яркий и убедительный, хотя и несколько далек от оригинала, особенно в начале действия.

Действие закончилось. Свет погас. Рядом сидящая девушка прошептала: "Пи..ц". Очень ёмкое определение спектакля.
Именно это слово крутилось у меня в голове на протяжении полутора часов. Такие спектакли идут без антракта, потому что люди и так не стесняются вставать и уходить.
Полуголые мужики. Плохо исполненные (правда, может это у меня вкус не очень) оперные арии. Мужик, орущий в микрофон "Моооорфиииий". Светомузыка. Припадочные танцы. Падающие скамейки (их сначала выставляют в ровненькие ряды, а потом роняют, и так по кругу раза три). Неудавшееся хоровое пение. Эхо в зале после каждой реплики актеров.
Хотя может не все так плохо? Ведь спектакль заставляет задуматься.
Например, я долго думала, да и сейчас размышляю: Зачем? Зачем героиня нацепила на ноги железные кружки и давай в них цокать, как парнокопытное?
Был и хороший момент, поэтому две звездочки, а не одна. Очень здорово показали наркотическую ломку. Сама не видела, не знаю, но почему-то кажется, что все именно так, страшно.

Тяжелый спектакль под оглушительную, душераздирающую музыку. История рождения, ломки и смерти наркомана-морфиниста по рассказу Булгакова. Толпа полуголых парней в семейных трусах. Герой, врач тоже все действие или в трусах, или в спущенных брюках. В зале вместо обычных бабушек-старушек много стильных молодых пар и мужчин. Думается, это те, кто в ТЕМЕ. Почти весь зал досидел до конца, некоторые искренне аплодировали и даже дарили цветы. Кто-то зевал, некоторые уходили. Мне было тягостно-переживательно, уши затыкала руками...
Здравствуйте!
Все же ставить Булгакова на сцене, если материал изначально не был пьесой - дело неблагодарное. Особенно такой тяжелый исходник...
Скорее всего, я не слишком утонченный театрал. Вероятно, я не очень хорошо разбираюсь в современных трактовках почти классических произведений. Совершенно точно я не люблю и не понимаю оперу. Видимо, поэтому в течение почти двух часов меня преследовала мысль: "Когда же это уже кончится?"
Понимая, что крайне сложно реализовать на театральной сцене жанр дневниковой записи, я не ожидала ничего сверхъестественного от спектакля. Была даже почти уверена, что мне не понравится.
Спектакль совершенно не захватил. Невнятный, временами сюсюкающий доктор Поляков, роковая женщина Амнерис в платье из мебельного плюша, поющая куда-то внутрь себя, странный хор мальчиков-зайчиков, и страшно гримасничающая "не старая еще женщина" Анна Кирилловна, которая в спектакле выглядела натуральной бабушкой лет шестидесяти...
Конечно, от нагнетания мрачности никуда не деться - все же материал такой, не рассказ о прогулке по лесу в жаркий летний полдень. Но постоянная какофония из криков, музыки, постукивания, посвистывания, многократных повторений одного и того же текста меня лично напрягали все время.
И еще. Публике, не знакомой с первоисточником, могло показаться, что доктор Поляков окончил свой путь, попросту сторчавшись, выражаясь современным языком. Нет, несчастный доктор застрелился, не видя смысла продолжать свою жизнь. Мне кажется, это важно.
В целом: непременно стоит сходить.
О хорошем: замечательно играет Алексей Черных. Вообще очень занятная идея: доктор Поляков - запутавшийся ребёнок.
О плохом: идея бесхитростна (скажи наркотикам нет))).

Спектакль "Морфий" театра Et cetera заставил меня задуматься о том, что современные художники работают слишком грубо. Мол, вы, товарищи, всю гамму чувств еще не осознали, но, ничего, сейчас я добавлю бубнов, барабанов и плясок и вы все поймете. Мне было достаточно личного опыта и приличной игры главного героя, чтобы прочувствовать, представляете, каково же было мне потом еще час выносить весь остальной реквизит? В общем, кажется, надо тоньше работать, "намазывать, а не класть".
Вдобавок, начинает возникать чувство, что формат современного театра ничего, кроме формы: главный герой, массовка из пяти-десяти человек, отождествляющая самого главного героя, толпу, эпизодические роли и помощников сцены, песни и незатейливый реквизит-трансформер - предложить не может. А это уже начинает наскучивать.

странный, очень странный спектакль.
Корниевская хороша, и оперные вставки понравились.
Пахомов очень правдоподобно передал все наркотические состояния, и хор внутренних голосов в этом помог.
но вот как-то слишком это было шумно, громко, эти скамейки... и Владимирова совсем не ассоциировалась с Анной, слишком возрастная, на мой взгляд...
и актеры в семейных трусах.
Впечатление спорное, скорее негативное.
Если смотреть вне связи с произведением Булгакова - вполне возможно, что и терпимо. Некая в целом выдержанная линия, неплохая игра Черных и Владимировой, удачная находка в соединении галлюцинаций неизлечимо страдающего врача и "Аиды". А вот почитателям творчества Булгакова смотреть не советую. Нестерпимо тяжко лицезреть превращение трагического, во многом автобиографического (и, согласитесь, мужественного) произведения в какофонию-фарс с чудовищным оркестриком на сцене и странной массовочной группой в семейных трусах на протяжении всего спектакля. А. Черных играет неплохо, но вот постановка звука в спектакле неважная. Либо актер еще не освоил это мастерство. Ключевые фразы либо закрываются звуками оркестрика, либо слышны трем первым рядам. 10-страничное произведение Булгакова намного трагичнее и сильнее этой антинаркотической агитпросветки, более уместной в рамках какого-то движения или фестиваля.
Спектакль мне не понравился своей прямолинейностью. Никаких режиссерских находок я не заметила, все сделано слишком в лоб. Этот спектакль похож на антирекламу наркотиков для 20летних. Слишком громкая музыка (слишком много барабана). Булгаков, на мой взгляд, куда более тихий и главное более глубокий писатель. А все его дополнительные смыслы в спектакле потеряны.
Похоже на книгу Карла Алена "Легкий способ бросить курить". Два часа траурной процессии во главе со словом "Скажи наркотикам нет".
Однообразные завывания "оперной" певицы и потуги на "ансамбль" "Stomp!" утомлячет на раз два и прошибает на дикое желание пойти прогуляться.
Вообщем -2 по пятибальной шкале от 1 до 5.
Хуже только андеграундные постановки с Мироновой (Федра. Золотой Колос) во главе.
Если вы адекватен, не тратьте попусту время и деньги....Найдите им более достойное применение чем этот вздор.