Как подсказывают более искушенные люди,современный танец строится вокруг личности, труппа - вокруг режиссера формата сверхновой. Так вот, если в балете "Москва" решили, что их создатели звездного уровня, разочарую - нет. Планка низка. Балет "маленький уездный городок, затерянный в России" мог бы гордится такой постановкой, столичная труппа должна летать выше.
Я увидела старательных, юных, способных, красивых, пропорциональных исполнителей - идеальный материал для полетов в стратосферу. Спектакли же разочаровывают - убогостью художественных средств, слабой неинтересной режиссурой.
Зал центра Мейерхольда очень похож на ученический - от черной занавески и мансардной лестницы до сидений и дешевого черного блеска покрытия. Эти "мелочи" гасят спектакль (не зря веками бархат, хрусталь и позолота создавали нужный настрой).
А значит - надо еще талантливей, еще оригинальнее, еще интереснее, еще неожиданнее.
Фыркать мордой в ведро с водой для повышения "лошадиности" - вы серьезно?

Медея, музыка Павла Карманова
Музыка – превосходна.
Хореография – недурна, есть приметы собственного языка. Пор де бра главнее всего.
А ноги, хоть и нужны, но больше для красоты, чем для смысла.
Танцоры – хороши.
А вот фабула и название. «Медея» – мне кажется, что не должна быть банальным любовным треугольником.
Ведь это – трагедия и волшебство, Медея – чародейка, как минимум
А у нас тут довольно мелко. Персонажей – трое.
Предварю эпиграфом
«Три мудреца в одном тазу Пустились по морю в грозу.
Будь попрочнее старый таз – длиннее был бы мой рассказ»

Итак,
Муж. Михаил Киршин
Красив, атлетичен, в пальто – романтичный, достойный объект борьбы.
Жена, уж надоевшая порядком. Людмила Долмасова?
Изящная, ожившая скульптура, будто бы фигурка богини – матери стрекоз, бабочек и ящериц с Уральских гор. Мелкая пластика неведомого божества из неведомого миру музея.
Гладкая прическа, узкие глаза, энергия домашней феи.
Новая жена, веселая блондинка. Кукла наследника Тутти.
Александра Киршина.
Голубое платье, женственные формы, совсем живая девушка, но танцы не такие уж бесхитростные.
На сцене есть предметы, намекающие на быт и дом.
Красивейший диван, огромный, начала 20 века на вид. На нем вся труппа умещается, сидя, а все трое персонажей лежа
Еще красивые стеклянные бутылки, одинаковые и прозрачные, и, наконец, главное - таз с водой.
Сражение за этот таз двух танцовщиц приводит к гибели блондинки. Ее красиво замочит Медея.
Вот и вся трагедия нам.
Камерность семейную нарушает гран-па виллис
Группы балерин в черных шляпках вдов, их лица как цветы в ночном саду.
Балет Эвкус, музыка Алексея Айги
Бесподобная музыка. Пусть бы такая звучала сутками, тогда всегда будешь на взводе, в форме и в чувствах.
Движухи тут больше. Поскольку речь о профессии, от ремесле.
Есть речь, в том числе японская. И странность.
Про сюжет опять не то. По мотивам пьесы шеффера. Читаем про пьесу в википедии:
«Психиатр Мартин Дайсарт расследует жестокое ослепление шести лошадей острым металлическим предметом, совершённое скромным семнадцатилетним юношей Аланом Стрэнгом, единственным сыном упрямого, но робкого в душе отца и благовоспитанной, религиозной матери. «
Если б прочла подобное перед просмотром. ..
Спасибо, все предельно убрано, если оно и вообще было.
На сцену, хочется сказать, на арену, выходит дрессировщик с палкой (или еще чем похуже, типа хлыста) и тренирует маленькую балерину, у которой не все получается.
Потом уж всех остальных. Танцовщики слегка косплеят лошадей, не полностью, что замечательно.
Очевидная аллегория про жизнь и работу (спасибо не про смерть) артиста балета. Балетные – в своих движениях, мы знаем, совершенны, идеальны. Но создать из своего тела идеальный механизм сложно.
Зато видеть результат интересно.

Постановка из двух частей, не связанных между собой.
Первая часть - "Медея" - хороша тонкой пластикой движений и малым количеством танцовщиков - внимание сосредотачивается на каждом. И каждый хорош.
Вторая - "Эквус" - праздник энергии и темперамента. Квартет струнных с роялем, играющих Айги, создают волну напряжения, поддерживаемую танцующими. В действии и правда очень много энергии.

Если часть первая просто понравилась, то вторая - понравилась очень-очень.
Ещё раз сам бы сходил и друзьям бы порекомендовал.

В основе сюжета "Медеи" в постановке театра "Балет Москва" лежит древнегреческий миф о жене аргонавта Ясона Медее, узнавшей об измене мужа и, по версии Еврипида, убившей собственных детей, хотя до Еврипида считалось, что дети были убиты коринфянами. Но любовницу мужа Медея уничтожает вроде бы во всех версиях. Хореограф Кирилл Симонов создал балет по мотивам мифа, детей никто не убивает, а на сцене разворачивается драма любовного треугольника, и, в сущности, героев можно было назвать не Медея, Ясон и Креуса, а Маша, Петя и Люба, поскольку мы видим простую человеческую трагедию героини, осознавшей, что вся ее прошлая жизнь - в чем-то сама по себе миф, муж охладел к ней, а молодая соперница торжествует. Но как бы то ни было, древнегреческие мотивы лишь подчеркивают, что драма эта древняя, но актуальная!

Медея в исполнении Людмилы Доксомовой - и хрупкая, и сильная, в каждом ее движении передаются страсть, боль, отчаяние, Креуса (Александра Киршина) - цветущая, жизнерадостная, наслаждающаяся счастьем - яркая противоположность Медее, Ясон (Михаил Киршин) - мужественный красавец, мечущийся между двумя женщинами. Пластическая выразительность артистов и красота завораживающего хореографического рисунка усиливаются нежной, местами лиричной, а местами трагичной музыкой композитора-минималиста Павла Карманова. Минимальны и декорации, но спектакль очень камерный, для малой сцены, а потому минимализм оправдан, да и декорации не отвлекают и не маскируют какие-то огрехи, вот она возможность насладиться чистым искусством для зрителя и вызов профессионализму танцовщиков.

Эквус (Equus) в переводе с латинского - лошадь. Композитор Алексей Айги вдохновился одноименной пьесой английского драматурга Питера Шеффера о подростке, придумавшим себе бога в образе лошади, а хореографы Анастасия Кадрулева и Артем Игнатьев создали на эту музыку балет о лошадином тяжелом труде танцовщиков. От пьесы осталось только название, она вообще о другом, но неважно, музыка-то превосходна, и музыкальные образы лошадей прямо-таки осязаемы, однако, вот такая произошла трансформация идеи!

Аллегория отличная, педагог (Михаил Киршин), занимается с балериной (Кристина Рюмшина), она уходит с занятия из-за усталости.. и тут начинается фантасмагория - учитель превращается в жокея, а группа артистов - в стадо лошадей, послушно выполняющих тяжелые задания.

Постановка очень динамичная и зрелищная, "лошади" заполняют все пространство сцены, оставляя свободным лишь уголок с музыкантами, из которого доносится прекрасная живая музыка, и выполняют сложные задания жокея. К концу же действа все явственнее проступают в них человеческие черты, и вот уже на сцене - просто артисты балета, упахавшиеся до изнеможения у станков в балетном классе после выполнения сложных танцевальных связок и акробатических этюдов. Конечно, балет - это профессиональный спорт, но как прекрасен он, как вид искусства!

Я, к слову, в восторге от уровня труппы, это первое мое близкое (пара метров до сцены! :)) знакомство с коллективом, если не считать увиденный на днях дуэт Александры Киршиной и Михаила Киршина в оперном спектакле "О, Моцарт! Моцарт..." на сцене "Новой оперы", пара очень понравилась и техникой, и артистичностью. И сейчас про труппу в целом скажу то же самое - великолепная техника, растяжка, идеальная форма и ко всему этому - артистизм и вдохновение.

Даже не знаю, как оценивать эти две постановки, слитые в один спектакль. Было бы честнее ставить оценки за каждый по отдельности.
1. "Медея". Хороши танцовщики и музыка. Хореография не внушила восторгов, хотя была пара интересных моментов. Но сюжет вызвал полное недоумение. Почему "Медея", когда на сцене мы видим банальный любовный треугольник с невнятным убийством соперницы в конце? При таком названии и отсылкам к трагическому древнегреческому мифу и сюжетное наполнение спектакля должно быть соответствующим. Красиво расставленные по сцене бутылки тоже вызывают вопросы - к чему они и как связаны с сюжетом? На мой взгляд, "Медея" - абсолютно "проходная" постановка. Был замах на что-то большое, но не получилось, увы.
2. "Эквус". Вот ради второй части можно сходить на этот спектакль. Хотя сюжет - тяжкий труд танцовщика,- опять же достаточно избит, в данной интерпретации авторам удалось слепить из него хорошую, интересно смотрящуюся и вполне небанальную постановку. Итого: красивые и техничные танцовщики, прекрасная музыка, смена планов и фокусов, интересные находки с точки зрения хореографии и сценографии. И, конечно, живой оркестр добавляет красок и делает действие богаче!

А вообще, Балету Москва невероятно повезло с труппой! С такими танцовщиками можно в космос летать и делать совершенно невероятные спектакли.

Высокую оценку спектаклю ставлю только за вторую часть.

Так как у крутейшего Балета Москва, обладателей "Золотой маски", до сих пор нет своей сцены, я наблюдаю их проекты на разных площадках. Не знаю, это специфика Малой сцены Стасика или выдумка самого театра, но позади танцовщиков стояли пластиковые зеркала. В них зрители отражались и как будто сами были участниками событий, а ходила я на вечер одноактных балетов "Медея" и "Эквус".
То, что в "Медее" танцовщики были не в античных хламидах, а в современной одежде, очень хорошо работало на слоган поставки: "Каждая женщина - это Медея". Кордебалет - двойники Медеи, между которыми в какой-то момент, как между зловещими тенями прошлого, оказывались Ясон и Креуса, тоже это здорово подчеркивали.
А больше всего меня заинтересовало, что Медея, Ясон и Креуса взаимодействуют, а не брошенная женщина страдает где-то в отдалении от неверного любимого и юной соперницы. И, кажется, я впервые вижу, что даже прическа-хвост Креусы танцует ) Сначала кружится вместе с коротенькой пышной юбкой, когда легкомысленная девчонка только флиртует с несвободным героем. И позже, когда Медея топит похитительницу, брызги с волос летят по всей сцене.
"Эквус" я уже видела в рамках Ночи искусств-2016 на метро Полянка. Прямо посреди станции положили сено, разместился оркестрик. Меня тогда очень заинтриговали хореограф с хлыстом, сравнение балета с конюшней с беговыми лошадьми. Но, видимо, фишка с сеном была придумана специально для показа в метро, и в черном глянцевом пространстве Стасика я испытала гораздо меньше эмоций. Зато мои глаза фотографа насладились мрачным призрачным светом с дрожащими тенями от масок габо, а уши меломана - музыкой Алексея Айги (фильмы "Страна глухих", "Мата Хари", "Орда"), ее можно при желании найти в Сети.
Милая фишка, которой, наоборот, не было на метро Полянка, - не обезличены не только хореограф-жокей и прима-балерина, но и обычные лошади-трудяжки. Например, что-то по-японски бормочет Хаято Нисидзима - самая виктимная из всех лошадка японского происхождения ) Эх, я бы пофотографировала Хаято в конюшне на сене!
"Эквус" тоже очень чувственный, как, впрочем, все постановки Балета Москва. Харизматичные танцовщики, аскетичное оформление - полная противоположность балетному нафталину, где сцена завалена золоченой мишурой, и есть только две звезды. Я еще ни разу не была разочарована, всегда как будто майским воздухом подышала.

Два одноактных балета на музыку современных композиторов (Павла Карманова и Алексея Айги) от театра «Балет Москва» были представлены на малой сцене МАМТ им.Станиславского и Немировича-Данченко.

Два акта не связаны между собой. Первая часть – балет «Медея» в хореографии К.Симонова под музыку «Второй снег на стадионе» и «Весна в январе». Неожиданный выбор звукового сопровождения для древнегреческого мифа о колхидской царевне и жене аргонавта Ясона, убившей собственных детей, узнав об измене мужа. Артисты идеально подобраны на роли: смуглая черноволосая Медея в исполнении Людмилы Доксомовой, белокурая Главка (Александра Киршина) и неверный Ясон (Михаил Киршин). Декорации минималистичны: это диван в стиле 1950х гг., несколько пустых стеклянных бутылок и тазик с водой. Хореографу прекрасно удалось уместить в 40-минутный балет всю трагедию и ярость покинутой женщины. Движения Медеи невероятно выразительны: она мечется, то кидается к Ясону, то катается по сцене. Ясон танцует в основном с Главкой, но видно, что к Медее его все равно тянет, он не может от нее отказаться. Главка – легкая, наивная девушка: хоть она и рада, что Ясон с ней, она не может подавить в себе сочувствие и, например, осторожно подходит к Медее, когда та лежит на сцене. Ее наивность окажется роковой: разъяренная Медея дает волю мести.

Вторая часть – балет «Эквус» в хореографии А.Кадрулевой и А.Игнатьева. На данную постановку хореографов вдохновил «Equus» Алексея Айги, который сам музыкант и исполняет лично с ансамблем 4’33. Эквус – это «лошадь» в переводе с латыни. На протяжении всего балета прослеживается метафорическое сравнение танцоров балета с лошадьми, а их педагог (Михаил Киршин) – жокей с хлыстом. Наконец показано, как непрост труд артистов - это тяжелая, кропотливая и изнуряющая работа. Начинается действо с забавной сценки между Педагогом и его Ученицей (Кристина Рюмшина), которой упорно не даются пируэты – что на «пальцах», что без. Уставшая девушка хочет праздники и немного отдыха. А затем на сцену выходит вся балетная труппа. Показывают стандартный балетный класс: растяжку, процесс надевания пуантов, занятия у станка. Музыка все ускоряется, становится более напряженной, и вот танцоры уже на середине, подгоняемые Педагогом, который задает им очень длинную последовательность движений. Уставшие артисты фыркают, все больше напоминая лошадей. Но и сам Педагог – совсем как старый конь. Оставшись на сцене в одиночестве, он становится на колени и лакает воду из тазика. За этим занятием и застает его понимающая, сочувствующая Ученица. Но это – минутная слабость. Пройдет немного времени – и вот Педагог опять встанет в центр зала с хлыстом. И так каждый день.

Как всегда, я осталась приятно впечатлена пластикой и артистизмом всех артистов и глубиной сюжетного наполнения, которое удалось уложить в такие короткие балеты. А прекрасное место – 2 ряд партера по центру, лишь усилило положительные эмоции.

"Медея" и "Эквус" - современные одноактные балеты, которые посмотрела на днях в исполнении моего любимого "балета Москва". Короткие, яркие, красивые и очень экспрессивные. Ревность, протест и другие разрушительные чувства — спутники погубленной любви — подталкивают Медею к убийству, и финал оказывается трагическим. Безумная страсть, мечты о счастье, боль и страдание в каждом взгляде и жесте Людмилы Доксомовой.
У современного балета свой язык, своя эстетика движения. Много хореографии на полу и контактной, танцоры не могут оторваться друг от друга, добавляя страсти или нежности, и от этого танец выглядит еще более красивым. Очень нравится, когда танцуют босиком, в обычных одеждах, Медея была невероятно хрупкой и тонкой, и эти ее черты идеально подчеркивали длинная черная юбка и стильная повседневная блузка на пуговицах.
«Задевать струны души», «высекать огонь в сердцах людей» - это как раз то, что удается этому современному балету. Много говорить особого смысла нет, нужно увидеть, прочувствовать, прожить.
"Эквус" - интересная постановка про изнуряющий труд балета, требующий ежедневных упражнений и душевных сил. За прекрасным легким грациозным миром и красивыми улыбками стоит столько работы и напряжения. Танцоры двигаются механически, надрывно и пытаются показать зрителю, через что они прошли, чтобы добиться совершенства и безупречности.
За что я люблю "балет Москва"? Их постановки наполнены экспрессией, они удивляют, и ты всегда открываешь для себя что-то новое!

Очень сильный и красивый спектакль! Я не слишком хорошо разбираюсь в танце, но эта постановка тронула до глубины души! Браво талантливым артистам и гениальному постановщику!

Так уж исторически сложилось, что в России балет уже более двух веков является любимейшим из искусств. В одной только Москве круглогодично работает не менее десяти хореографических трупп, добавьте сюда еще гастроли, фестивали и всяческие гала, и станет понятно, что выживать в условиях такой жесткой конкуренции можно только имея свое собственное лицо и эксклюзивный репертуар - именно такими качествами и обладает Театр "Балет Москва". Но хотя в России балет и любят, но в основном любят балет классический, а современную хореографию большинство зрителей не понимает, не пытается понять, и в массе своей отрицает. Надо обладать большим мужеством чтобы в таких условиях плыть против течения, делая ставку на молодых хореографов и авангардный репертуар. И в результате, наперекор всему, Театр "Балет Москва" занимает особую нишу, имеет своих зрителей, награждается премиями и показывает спектакли в переполненных залах. С некоторых пор поклонницей этого театра стала и я. На этот раз нам была представлена программа из двух балетов «Медея» и «Эквус». Когда я собиралась на спектакль, то особо меня привлекала «Медея» - и древностью сюжета, и именем хореографа- было интересно как Кирилл Симонов интерпретирует супертрагический миф. Но именно этот балет меня и разочаровал – жуткая древнегреческая трагедия с убийством детей была переведена в бытовую плоскость, когда обманутая жена мочит в корыте соперницу. Но все недостатки спектакля искупались для меня тем, что Медею танцевала Людмила Доксомова – она с первых секунд полностью приковала к себе внимание и не отпускала до конца балета. Ее гибкое, выразительное, невесомое тело говорило больше о душе страдающей женщины, чем все остальные составляющие спектакля. Неверный Ясон, блондинка-разлучница, тени Медеи в вуалетках – все это было вторично -Людмила Доксомова делала балет. А вот «Эквус» пошел на ура – и неоклассический стиль хореографии легче воспринимался, и идея спектакля в хореографии Анастасии Кадрулевой и Артема Игнатьева - все мы немного лошади, кордебалет-конюшня, репетитор-берейтор - остроумна и зрелищна. Вот тут классическая труппа театра «Балет Москва» воистину заблистала с юмором обыгрывая свой «лошадиный» труд. Очень украсила балет и живая музыка Алексея Айги в исполнении и Алексея Айги ансамбля «4’33»

«Медея» и «Эквус» / «Балет Москва»
Это два одноактовых современных балета.
«Медеа» – это история от лица женщины про душевные переживания связанные с любовью. Вся негативные эмоции в отношениях – боль, страдание, ревность и предательство. Любовь как смысл жизни и невероятное поражение, как потеря этого смысла. В основе лежит сюжет древнегреческого мифа о колхидской царевне и жене аргонавта Ясона, убившей собственных детей, узнав об измене мужа.
«Эквус» – ( в пер с лат «лошадь») без сюжетная зарисовка об особенностях и тяжести профессии танцовщика. Проводится сравнение труда танцовщика и лошадиного труда.
Вопреки особенностям современного искусства данные зарисовки очень хорошо воспринимаются, нет полнейшей абстракции. Очень хорошее исполнение, артисты легчайшие, хорошая техника, только в массовых сценах есть не синхронные моменты, но на общем фоне не так сильно режут глаз. После просмотра только легкость и воодушевление, хотя сами по себе истории содержат смысл, но форма передачи очень хорошая.

Первый акт "Медея" не впечаилил вообще, было похожемна экзамен в худож-хореограф. школу,все движения были не синхронны, недотягивали, в общем ужасно!!
Второй акт уже порадовал, и техника хорошая и синхронно и музыка супер! небо и земля, можно посмотреть только ради второго акта!

По причине того, что на свою самую любимую постановку своего самого любимого театра ("Тристан+Изольда") написать внятную рецензию я не смогу (исключительно бессвязные капслочные фразы КОНСТАНТИН МАТУЛЕВСКИЙ ОООО ААА ПОМОГИТЕ СПАСИТЕ ЗАЧЕМ ТАК ХОРОШ ААА БОЛЬШЕ НИКОГДА В ПЕРВЫЙ РЯД МНЕ ПЛОХО МНЕ ХОРОШО ПОМОГИТЕ МАТУЛЕВСКИЙ, а потом такие же опусы про Гайдукову, а потом я просто пойду по алфавитному списку, ибо каждый из танцоров театра бессовестно хорош), мною было принято решение составить максимально обоснованную рецензию на другую работу - замечательную "Медею"...
(...но и там возможны промашки, ведь Медею никогда не показывают без Эквуса, а там Костя Матулевский танцует в белом и щелкает стеком, а я всегда беру билеты на первый ряд, потому что если саморазрушаться, то с оттягом. В общем, сложно быть мной).

«Отбросьте привычные стереотипы и просто наслаждайтесь балетным искусством», - такой лозунг напечатан заголовком в программках одноактного балета «Медея» театра «Балет Москва». Действительно, хоть постановку и исполняет классическая труппа театра (помимо нее, в «Балете Москва» работает современная труппа), от академического танца и привычных балетных движений остались только некоторые па и пуанты на ногах танцовщиц.

«Балет Москва» называет себя самым неординарным и необычным театром столицы, и он заслуживает такое звание по праву. Театр никогда не ограничивается рамками современного или классического танца, каждый раз экспериментируя с музыкой, хореографией и возможностями тела танцовщиков. Приглашенные хореографы со всего света создают неповторимые спектакли, которые раз за разом собирают полные залы зрителей, в ряде постановок музыканты находятся на сцене вместе с танцовщиками, участвуя в перформансах, смешиваются на сцене танец, оперное пение и мультимедиа.

Спектакль «Медея» – интерпретация общеизвестного сюжета древнегреческого мифа о колхидской царевне, жене аргонавта Ясона, которая, узнав об измене мужа, убила соперницу и собственных детей. Симонов в своей постановке отказывается от детоубийства, но не в пользу «смягчения» сюжета – куда важнее для хореографа отношения между Медеей, Ясоном и Креусой, соперницей Медеи в борьбе за Ясона, и ничто не должно отвлекать зрителя от них. Нет и никаких отсылок к героическому прошлому Ясона, к царственному происхождению Медеи – Симонов оставляет только образы, не привязывая их ко временам и эпохам, позволяя своей истории приобрести вневременной оттенок.

Сценография спектакля принадлежит россиянину Эмилю Капелюшу, лауреату и участницу жюри премии «Золотая Маска», оформившему более 250 спектаклей в России и за рубежом. В глубине сцены находится кровать, громоздкая, выполненная в торжественных красных и золотых тонах, неудобная и жесткая на вид. Пространство по
краям сцены заставлено бутылками, которые Медея на протяжении спектакля старательно моет в тазу – бликующее в меняющемся свете стекло создает ощущение хрупкости, которая вот-вот разобьется от нарастающего напряжения, и затаившейся опасности. Невероятные ощущения создает простая лампа под абажуром, висящая над головами танцоров и незаметная с первого взгляда – тут и некоторая интимность, будто мы смотрим в чужую квартиру, на события, разворачивающиеся в ней, и актуальность проблемы любовных треугольников, прошедшая от античных лет до наших дней. Еще одна находка – зеркальная пленка в глубине сцены. Она не отражает, как зеркало, а передает только искаженные фигуры и движения, и тем точнее звучит замысел хореографа – каждый раз, когда Ясон и Креуса «тайно» встречаются за широкой спинкой супружеского ложа колхидской царевны и агронавта, мы словно видим эту измену глазами Медеи, безобразную и отвратительную.

Хореограф очень аккуратно и четко наполнил спектакль сольными номерами, дуэтами и трио, одна сцена перетекает в другую, постепенно раскрывая характеры персонажей. Невероятно красивы дуэты главных героинь – хореография у Креусы и Медеи одна, но пластика, чувства, которыми танцовщицы наполняют свои движения, различаются настолько, что кажется, будто они танцуют разные фразы. Дуэты Ясона со своими женщинами тоже абсолютно разные благодаря, во многом, тем поддержкам, которые хореограф выбрал для каждой пары. Легкомысленно-нежные движения у Креусы и надрывные, широкие и резкие у Медеи - они рисуют взаимоотношения героев, заставляя сопереживать героиням и удивляться пластике танцоров.
Еще один важный «персонаж» постановки – образ двойников Медеи. Одетые так же, как и Медея, они создают общий фон или выражают бушующие в главной героине эмоции, когда сама она, обманчиво-спокойная, легко передвигается по сцене. Общая хореография объединяет их, но при этом каждая немного отличается от других танцовщиц, положением рук, изгибом спины – они словно рисуют нам смятенные, лихорадочно сменяющиеся мысли Медеи, которая в итоге все равно приходит к единственному решению. Двойники также единственные, кто в постановке издает звук – в какой-то момент они с пронзительным криком падают, и это отличная альтернатива резкому звуку разбитого стекла, которого так ждешь.

Замечательно подобраны Стефанией фон Граурок, приглашенной из Литвы, сценические образы. Строгая блузка и юбка-карандаш у Медеи рисуют ее собранной, строгой и зрелой женщиной, женой, со своими обязанностями и правами. Пучок волос стянут так сильно, что, кажется, причиняет боль, и это добавляет образу «страдалицы» еще большего трагизма. Легкомысленное белое платье и высокий хвост Креусы делают ее невинной и нежной, она выглядит совсем юной девушкой. Ясон появляется на сцене в брюках и длинном пальто, и в нем же и уходит, когда Медея прогоняет его. Остальное время он танцует с голым торсом – и рельефная грудь и руки не только символизируют его силу и мужественность, но и отчетливо выражают мысль хореографа, желавшего поменять местами «дикарку» Медею и эллина Ясона. На фоне Медеи в строгом костюме полуголый Ясон выглядит варваром и ведет себя по-варварски.

Музыкой к спектаклю были выбраны «Второй снег на стадионе» и «Весна в январе» современного московского композитора Павла Карманова, с начала 90-х увлечённого эстетикой поставангарда и минимализма. Музыка логично дополняет постановку и ведет движения танцоров. Она – словно еще один голос, озвучивающий происходящее, оценивающий события, это голос хореографа-постановщика. Постановки Симонова всегда отличаются музыкальностью – музыка никогда не «спорит» с современным танцевальным языком, а сосуществует в гармонии – и «Медея» не исключение.

А если подытожить все эти длинные-длинные высказывания, то можно сказать так: сам хореограф считает, что каждая женщина - немного Медея, и если вы не согласны с такой постановкой фразы, то обязательно сходите посмотреть этот завораживающий, хрупкий и пронзительный балет, переживите трагедию главной героини вместе с ней, полюбуйтесь невероятной пластикой танцоров, и, я уверена, вы найдете отголоски своей Медеи и внутри себя.