Я чего-то не понимаю в таком театре. Райкин безусловно талантлив. Но эта симитская вещь сбила меня с толку. Я люблю евреев, но вышло так, что я к тому же очень люблю Вагнера, и меня не смущает совсем, что он был любимым композитором фюрера.
А вот у автора пьесы это как кость в горле. Есть ощущение, что автор написал эту пьесу только лишь для того, что бы умалить достоинства этого великого композитора.
Сама же история о несчастном одиноком неудачнике играющем на контрабасе и влюбленном в некую Сару (что очевидно подчеркивает довольно симитский характер пьесы), меня не впечатлил. Маленький человек это, конечно, занятная тема, но тут она слегка затянута, и Райкин не тот артист, что бы играть этого маленького человека, он талантлив в другом. Хотя 2 часа высиживается довольно легко. Все держится лишь на энергетике Райкина. Не могу сказать, что он умопомрачительна, он все таки уже не молод и видно поистаскался, однако, немного задора в нем осталось..
Рекомендовала бы этот спектакль лишь ярым поклонникам творчества артиста...
В лучших традициях Зюскинда, самый мерзкий момент в спектакле, как он представляет, что контрабас девушка и пытаемся им овладеть... выглядет это настолько натуралистично, что мерзко до одури, и вправду кажется, что в руках у него обнаженная девушка... А вы тут пойманы за просмотром откровенной эротики... Это безусловный талант .... Потому что ощущаешь себя очень неприятно...

Умные люди говорят, что для того чтобы понять, нравится ли тебе что-либо, необходимо сделать\попробовать\посмотреть и т.д. эту вещь трижды. Если и после третьего раза не берет, не торкает – значит не твое.

Место действия – то же, театр «Сатирикон». Пьеса, слава Богу, иная - «Контрабас». Актер – один, сам Константин Райкин. Лишние убраны.

Пьеса – о маленьком человечке, об острой нехватке любви (когда и тебе остро не хватает любви другого, и ты не можешь отдать то, что в тебе накопилось), об одиночестве, о музыке, о страхе и много еще о чем. Пьеса – хорошая, добрая и правильная.

Вот только герой у Райкина получился какой-то утрированный и местами некрасивый, гадкий и даже злой. Можно было сыграть мягче и добрее, тоньше и душевнее, и, кстати, медленнее (энергетика у Райкина бешеная и ее проявление, на мой взгляд, совершенно не укладывалось в играемый персонаж).

Райкин – гениален. Но гениален в пластике. А на сцене разница между пластикой и речью видна очень отчетливо. Райкин может одним точным движением, позой очень выразительно передать чувства, эмоции, мысли. Но говорит он как-то не убедительно, не искренне, шаблонными интонациями. Слушаешь его – и не веришь («не верю!»), не понимаешь, не чувствуешь.

Интересно, что в программке есть несколько более ранних фотографий спектакля (одна из которых справа), на которых герой более мягкий, более добрый, более душевный и более домашний (действие происходит дома у героя). И свитер у него правильный – толстой такой домашней вязки, уютный.

Сыграть такую пьесу – задача сложная, но не возможная. Убрать нелепую переигранность движений, неуместный живот, одеть по приятнее, добавить эмоций в голосе и уместных пауз в действии – и герой станет ближе, понятнее, честнее и трогательнее.

Минимализм декораций, который позволяет все, свет и музыка – впечатляют.

Оригинал - здесь.